Статья УК: 
Написать письмо

186420, Республика Карелия, г. Сегежа, ул. Лейгубская, ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия, Гуеву Георгию Руслановичу 1992 г.р.

Гуев Георгий Русланович

Гуев Георгий Русланович родился 13 декабря 1992 года. Житель Москвы. Мусульманин, уроженец мусульманского села Северной Осетии, принял ислам в 17 лет. Имеет высшее образование, работал экономистом, женат, имеет двоих малолетних детей. Осуждён по ч. 1 ст. 205.1 УК РФ («Финансирование терроризма») к 6 годам колонии общего режима. Под стражей с 15 мая 2019 года.

Полное описание

Описание дела

13 мая 2019 года Следственный комитет по материалам, пришедшим из ФСБ, возбудил уголовное дело в отношении Георгия Гуева по ч. 1 ст. 205.1 УК РФ.

15 мая 2019 года его задержали в Москве сотрудники ФСБ и СКР. «Выявить предполагаемого финансиста ИГ (Международная террористическая организация «Исламское государство» – запрещена в России) удалось благодаря совместным действиям ФСБ, СК, МВД и Росфинмониторинга», - сообщило ТАСС со ссылкой на ФСБ и СК.

Новость со снятым ФСБ видео задержания прошла по федеральным телеканалам и другим СМИ. Центр общественных связей (ЦОС) ФСБ распространил пресс-релиз, в котором заявил, что Гуев «осуществлял безналичные переводы на банковские карты лиц, принимающих участие в боевых действиях в Сирии в составе запрещённой в России международной террористической организации «Исламское государство», а также в адрес основателя исламского фонда «Мухаджирун» Ахмеднабиева И. С. (позывной «Абу Умар Саситлинский», объявлен в розыск за терроризм). Аккумулированные таким образом денежные средства обналичивались за рубежом и направлялись для подготовки и совершений преступлений террористического характера. Всего с 2015 года фигурантом перечислено не менее 50 млн руб.».

В квартире задержанного изъяли «значительное число» банковских карт, якобы экстремистскую литературу и атрибутику, «телефоны с инструкциями от координаторов ИГ».

В постановлении о возбуждении дела указано, что Гуев перевёл спонсорам отрядов ИГ в Сирии не менее 50 млн руб. Затем следствие сократило сумму до 31,7 тыс. руб., а в обвинительном заключении и приговоре фигурирует 7 тыс. 201 руб. 

Из них 7001 рубль в 2015 году поступил на банковскую карту Анны Папушиной – индивидуальной предпринимательницы из Мурманской области, оказывавшей услуги по сбору и учёту пожертвований благотворительному фонду «Мухаджирун» (был зарегистрирован с её помощью в Швеции). Отдельное уголовное дело в отношении неё по ч. 4 ст. 205.1. УК («Организация финансирования терроризма») было возбуждено в марте 2019 года – двумя месяцами ранее, чем дело против Гуева.

Ещё 200 рублей уже в 2016 году Гуев перевёл на другую банковскую карту, с которой, по мнению следователей, осуществлялись переводы денег участникам «Исламского государства» в Сирии. Эльнара Султанмурадова, осуществлявшая содействие платежам с этой карты (она была открыта на её мать и отправлена в Германию гражданке РФ), приговорена за содействие финансированию терроризма 24 мая 2019 года к 8 годам колонии общего режима (уголовное дело против неё было возбуждено 12.11.2018), свою вину по существу обвинения не признала. Султанмурадова заявила, что не знает Георгия Гуева.

В обвинительном заключении и в суде были представлены скрин-шоты личной переписки Георгия Гуева с пользователем Алиханом Хоранти в Telegram. Так, Гуев сообщает Хоранти, что «здравый парень лет 30» принял ислам, но «он попросил пока не говорить его фамилию» и он «подтянет его на очередную встречу с братьями». В другой раз они обсуждали помощь имамам в размере 3-5 тыс. рублей в месяц, т. к. «некоторые из них вынуждены работать на АЗС и в такси, чтобы кормить семью». В протоколе осмотра переписки оперуполномоченный майор полиции Р. А. Бахтиев, предполагает, что, «возможно, диалог ведётся в зашифрованном виде и, возможно, речь идёт о вербовке лиц, принявших ислам, и финансировании группы лиц (имамы, муфтии)»

В обвинительном заключении приведены банковские справки, из которых следует, что Георгий Гуев с 2014 по 2018 годы открыл пять счетов в разных отделениях Сбербанка в Москве и один счёт в Росбанке, также в российской столице. Сумма всех операций по счёту, с которого и были осуществлены четыре перевода, попавшие в обвинение, превысила 11,5 млн рублей. Ещё на трёх счетах суммы операций составили от 2,5 до 3,5 млн рублей на каждом. Никаких обвинений, связанных с этими счетами и деньгами, Георгию Гуеву не предъявлено. В ходе судебного следствия судья расспросил Гуева о его доходах в связи с тем, что эти суммы превышают его зарплату. Подсудимый настаивал, что его доходы легальны и транзакции на его счетах были проанализированы следствием.

Следствие утверждает, что основатель исламских благотворительных фондов Исраил Сайгидахмедович Ахмеднабиев (Абу Умар Саситлинский),1980 г. р., организовал законспирированную сеть, предназначенную для финансовой поддержки вооружённых джихадистов - в первую очередь, граждан России, воюющих в Сирии. Также он подозревается в вербовке в ряды исламских боевиков в Сирии и объявлялся в розыск Следственным управлением СК по Дагестану по обвинению по ч. 1 ст. 282 УК РФ («Возбуждение ненависти или вражды по признаку религиозной принадлежности с использованием Интернета»): «Следствием установлено, что на Интернет-ресурсе www.youtube.com Ахмеднабиев И.С. разместил видеозапись религиозно-экстремистского содержания под названием «Вместе мы сила», на которой содержатся высказывания, направленные на возбуждение ненависти, вражды по признаку религиозной принадлежности, а также высказывания, унижение достоинства социальных групп по религиозному признаку, пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, на оправдание практики насильственных действий в отношении группы «немусульмане», либо мусульман, придерживающихся отличной от автора лекции идеологии».

Исраил Ахмеднабиев учился в исламских учебных заведениях в Дагестане и Сирии получив специальность «Шариатский судья». После возвращения в родное дагестанское село Новосаситли стал салафитским проповедником.

С 2009 года Саситлинский и его команда публично ведут сбор пожертвований на различные проекты: строительство исламских учебных заведений и интернатов (Школа-интернат чтецов Корана в Новосаситли – был его первый проект, затем благотворительный фонд «Ансар»), мечетей и колодцев в мусульманских сёлах Северной Африки, помощь сиротам, беженцам из Сирии и Мьянмы, нуждающимся мусульманам и т. п. Во время поездки с благотворительными целями в Африку в конце 2013 года на родине он был объявлен в розыск по обвинению по ч. 1 ст. 282 УК РФ и больше не возвращался в Россию. В декабре 2018 года Следком сообщил, что Абу Умар Саситлинский объявлен в международный розыск «за терроризм и его финансирование». Он отрицает свою причастность к террористам, считает, что обвинения в его адрес стали следствием «палочной» системы отчётности силовиков.

Отметим, что в 2015 году интервьюент «Новой газеты», глава села Новосаситли, где жил и работал Абу Умар Саситлинский, и откуда на тот момент не менее 22 жителей уехали воевать в Сирию, заявил, что считает проповедника вербовщиком, действующим, в том числе и из корыстных побуждений. Автор расследования «Халифат? Приманка для дураков!» Елена Милашина указывает также в этой публикации, что её источники сообщили ей, что «для покупки» загранпаспортов для комбатантов «был организован специальный фонд», а глава села подтвердил это.

В течении нескольких лет в разных регионах России арестовывают людей, подозреваемых в финансировании терроризма в сотрудничестве с Абу Умаром Саситлинским. Так, в декабре 2018 года Следком и ФСБ отрапортовали о задержании семи таких «исламистов»: «По версии следствия, группа лиц, разделяющая радикальные формы ислама, используя банковские карты, в период с 2010 года по настоящее время перевела не менее 38 млн рублей на расчётные счета лиц, принимающих участие в боевых действиях в составе международной террористической организации «Исламское государство» и «Джебхат-Ан-Нусра» (запрещены решением суда на территории Российской Федерации). В дальнейшем указанные денежные средства использовались для финансового обеспечения материально-технических подразделений террористических организаций, а также для подготовки и совершения преступлений террористического характера».

По другому делу, открытому 13 июня 2019 года, обвиняются, как указано в постановлении о его возбуждении, 11 человек: Исраил Ахмеднабиев, Ровшан Алиев, Мансур Даутов, Рафик Шабанов, Рабиджон Вахобов, Рафет Магомедов, Карим Алиев, Магомедбасир Гасанов, Абубакар Ризванов, Абдулмумин Гаджиев (журналист, признан ПЦ «Мемориал» политзаключённым), Кемал Тамбиев. По версии следствия, они с 2013 года в целях «распространения идей исламского экстремизма», продолжения и возобновления деятельности ИГ на территории России через созданные ими благотворительные фонды «Ансар», «Мухаджирун» и «Амана» перечисляли деньги «для обеспечения организованных групп и незаконных вооружённых формирований» в Сирии и России для совершения преступлений террористического характера.

По состоянию на 2021 год под руководством Абу Умара Саситлинского работают два основных фонда: зарегистрированная в Европе Ассоциация «Живое сердце» и фонд «Рахма» в Нигере. Кроме этого, он ведёт исламские информационные проекты.

В интернете публикуются видеоролики с лекциями Саситлинского. Два из них («Абу Умар Саситлинский - Про Шиитов и Алавитов (из лекции «Вместе мы сила») и «Абу Умар Саситлинский - Испытание по уровню имана») признаны в 2015 году российскими судами экстремистскими и включены в Федеральный список экстремистских материалов.

Так, в решении Тракторозаводского районного суда Волгограда суда о запрете ролика «О шиитах…» говорится, что эксперт ЭКЦ ГУ МВД России по Волгоградской области 04.02.2015 года установил, что в нём имеются высказывания, в которых негативно оцениваются шииты и алавиты, оправдываются агрессивные враждебные действия других мусульман против них. В частности, он говорит в своей лекции: «Пусть Аллах сделает скорейшим… уничтожение… шиитов, алавитов, предателей-суннитов», а также сожалеет о том, что мусульманские страны не уничтожили Израиль. Кроме того, видеозапись содержит одобрение Саситлинским убийств мусульманами американцев, «пришедших на их землю».

20 ноября 2020 года Второй Западный окружной военный суд в Москве под председательством Сергея Семенкова, судей Бровко и Никитчука, приговорил Георгия Гуева к 6 годам исправительной колонии общего режима.

26 апреля 2021 года Апелляционный военный суд в Москве оставил приговор в силе.

В середине июня 2021 года Георгия Гуева этапировали из московского СИЗО в исправительную колонию одного из российских регионов, конкретный адрес пока нам неизвестен.

Гуев вину не признал. Он утверждает, что несколько раз перевёл деньги благотворительному фонду на строительство колодцев в Африке. Ещё 200 рублей он также перечислил, по его словам, увидев в Интернете объявление о сборе средств на помощь нуждающемуся человеку.

Следствие вёл следователь по особо важным делам следственного управления по Юго-Западному административному округу ГСУ СК России М. Д. Мизонов. Обвинительное заключение утвердил заместитель прокурора Москвы государственный советник юстиции 3-го класса К. К. Кремнев. В суде обвинение поддерживали прокуроры отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры г. Москвы советник юстиции К. А. Юрздицкий, юрист 1-го класса А. В. Сизов, советник юстиции М. В. Розова, младший советник юстиции Э. А. Зотчик.

Основания признания политзаключённым

Ознакомившись с приговором, обвинительным заключением, материалами уголовного дела, рассмотрением дела в суде, мы пришли к выводу, что вина Георгия Гуева абсолютно не доказана.

Из показаний Георгия Гуева в суде (Протокол судебного заседания от 3 августа 2020 года, стр. 6): «Мои знакомые прислали мне ссылку благотворительного фонда «Живое сердце», я перешёл по данной ссылке и начал изучать информацию, находящуюся на сайте. После изучения я понял, что данный благотворительный фонд, на деньги перечисленные в него, строит колодцы в Африке, кормит детей, строит школы. Я убедился, что фонд «Живое сердце» существует, поскольку на его сайте были опубликованы фотографии колодцев, которые были построены на пожертвования очень известных людей, например, такого как Кадыров Рамзан Ахматович, а также Евкуров (фотографии колодцев, построенных на деньги указанных чиновников, приобщены к материалам дела, - прим. ПЦ «Мемориал»). Всё это вызвало у меня доверие. На сайте был указан номер карты «Сбербанк», на который можно делать переводы, чтобы оказать помощь, что я и сделал. Реквизиты счёта, на который можно сделать пожертвования, были в открытом доступе. Если человек жертвовал деньги, которых хватало на построение целого колодца, то он назывался в его честь. Я себе не мог такое позволить, поэтому жертвовал сколько мог… Меня обвинили в том, что я занимался финансированием терроризма, однако я негативно отношусь к агрессивным формам ислама, не поддерживаю их религиозные взгляды. Дело в том, что моя мама стала жертвой теракта. Как я могу после этого положительно относиться к терроризму. Я исповедую традиционный ислам». Эти утверждения подсудимого обвинение, с нашей точки зрения, опровергнуть не смогло.

Абу Умар Саситлинский заявляет, что с Георгием Гуевым не знаком, никакой совместной деятельности с ним не вёл, поддержкой и вербовкой боевиков «Исламского государства» не занимался.

В апелляционной жалобе защита отмечает, что Ставропольский суд 23 марта 2016 года «запретил все сайты аффилированные с Ахмеднабиевым (Саситлинским)» с реквизитами банковских карт, на которые предлагалось направлять «денежную помощь на благие цели». «Между тем, все переводы Гуева Папушиной произведены ещё в 2015 году, то есть задолго до того, как государственные органы пришли к осознанию, что имеет место незаконная деятельность. Так почему Гуев должен был знать в 2015 году, что Папушина собирает деньги на террористов, а суд и прокуратура не знали?», - вопрошает адвокат Сайгитов.

Криминальность перевода Гуевым 200 рублей в 2016 году на банковскую карту Султанмурадовой обвинение не обосновало ничем - ни документами, ни иными вещественными доказательствами, ни показаниями свидетелей. Георгий Гуев заявил, что летом 2016 года увидел в Интернете призыв помочь нуждающемуся человеку и перечислил на указанный в объявлении номер счёта 200 рублей. Сама Эльнара Султанмурадова заявила в суде, что Георгия Гуева не знает. При обжаловании своего приговора в октябре 2019 года она указывала, что не имела данных о преступном использовании средств, собиравшихся под благотворительными объявлениями на указанный банковский счёт в Сбербанке.

Силовики и муфтий Осетии: данных о радикализме и преступлениях Гуева нет

Согласно справке из МВД Северной Осетии 2019 года, имеющейся в материалах уголовного дела и исследованной в суде, в отношении Георгия Гуева «материалов проверок по преступлениям и правонарушениям экстремистского характера, а также преступлениям, связанным с финансированием терроризма и терроризма, не регистрировалось».

Справка из ФСБ Северной Осетии указывает, что Гуев «в оперативной разработке УФСБ России по РСО-Алания не находится», что органы безопасности республики «сведениями о приверженности Гуева Г.Р. к радикальным формам ислама не располагают», а «информации о высказываниях Гуева Г. Р. или его действиях экстремистского характера не имеется». «Сведениями об имеющихся контактах Гуева Г. Р. с лицами или организациями, пропагандирующими радикальные формы ислама, подозреваемым или обвиняемым в экстремизме или терроризме; сведениями об имеющихся контактах Гуева Г.Р. с лицами или организациями, финансирующими экстремистскую или террористическую деятельность в России и за её пределами» управление также не располагает.

Из характеристики, данной Георгию Гуеву муфтием РСО-Алании Х. Гацаловым (первым лицом мусульманской общины Северной Осетии, т. е. лидером мусульман, исповедующих «традиционный» ислам) следует, что Гуев участвовал в благотворительных акциях общины (в частности, в приобретении брошюры по обучению намазу «Моя молитва»), «оказывал материальную помощь нуждающимся по мере своих возможностей, каких-либо радикальных взглядов и убеждений не придерживался, и в разговорах на эту тему не был замечен. Последователь традиционного ислама. Спокоен, выдержан. Помогал людям из убеждений своей богобоязненности».

Единственный свидетель обвинения Анна Папушина не была знакома с Гуевым и дала противоречивые показания

Анна Папушина заявила в суде, что в 2015-16 годах работала бухгалтером в благотворительном фонде Абу Умара Саситлинского «Мухаджирун», официально зарегистрированном в Швеции 27 июля 2015 года. Как выяснил ПЦ «Мемориал», именно она подготовила учредительные документы и участвовала в регистрации фонда в Швеции, т. к. знает шведский язык.

По показаниям Папушиной, в 2015 году она познакомилась в соцсетях с А. В. Лорсановой, проживавшей в Швеции. По просьбе Лорсановой Анна открыла в России счета на своё имя, для сбора пожертвований в фонд «Мухаджирун». Поступившие на её счета деньги Анна Папушина «отправляла своим работодателям».

На самом деле, по словам Папушиной, организаторы фонда создали «законспирированную сеть» для финансирования «воинов джихада». В различных пабликах в соцсетях они писали, что собирают деньги только для помощи нуждающимся мусульманам в Сирии и странах Африки, но также отправляли деньги боевикам, воевавшим в Сирии. «Информацию о финансировании джихада» публиковали, по утверждению свидетельницы, в группах в соцсетях и мессенджерах, где эти деньги собирались, и на сайте фонда «Мухаджирун». Когда и в какой форме её публиковали, Папушина указать не смогла. Не смогло это сделать и следствие.

Анна Папушина утверждает, что с самого начала догадывалась об истинных целях организаторов фонда, но предпочитала верить, что они занимаются исключительно благотворительностью. Сомнения её якобы «рассеялись окончательно» в декабре 2015 года, когда она увидела в интернете ролик (сюжет в передаче «Добров в Эфире» на РЕН ТВ с голословными, на наш взгляд, обвинениями) об Абу Умаре Саситлинском, где рассказывалось, что он занимается финансированием исламских боевиков. Ролик ей отправили сами организаторы фонда. Сначала, заявила свидетельница в суде, они вводили её в заблуждение, говоря, что Саситлинского преследуют в России по политическим мотивам. Потом пытались склонить её к принятию ислама, а затем уже напрямую якобы говорили, что часть денег отправляют для поддержки джихадистов. 

Как гласит обвинение, Георгий Гуев сделал три перевода на карту Папушиной - 3001 рубль 7 ноября 2015 года, по 2000 рублей 4 и 29 декабря 2015 года. То, что это поступления именно от Гуева, Анна Папушина якобы знала потому, что в онлайн-банке отслеживала, кто ей отправляет деньги. Она «для своей безопасности» выписывала данные тех, кто делал переводы. Перечислений было много – в общей сложности на её карты поступило более 6 млн рублей. На суде защита ей возразила, что в онлайн-банке фамилия не высвечивается, только имя и отчество. Тогда, она уточнила, что на самом деле прочитала о Гуеве в интернете, когда его задержали, и поняла, что это тот самый человек, который сделал три перевода. 

Мы видим, что показания Папушиной основываются на предположениях. Так, она сделала «логический вывод», что Гуев знал о противоправных целях сбора денег, так как это якобы очевидно из контента групп фонда Саситлинского в мессенджерах Telegram и WhatsApp, в которых, по её мнению, Гуев состоял. Хотя прямых призывов участвовать в войне или финансировать терроризм там не было, по её словам, но говорили про ИГ и Сирию, обсуждали исламские вопросы и проповеди Саситлинского. По подсчётам ФСБ в интернет-сообществах фонда было около 110 тыс. подписчиков. По мнению Папушиной, все они знали о реальной цели сбора средств — финансировании терроризма. В то же время она признала, что, жертвуя деньги, люди указывали назначение платежа: «закят» (выплата с доходов мусульманина в пользу малоимущих, нуждающихся) или «на колодцы в Африке». Специалисты, исследовав интернет-страницы фонда Саситлинского по постановлению следователя, установили, что в них публикуется просветительская и благотворительная информация, там ничего нет о финансировании терроризма. 

Одновременно Анна Папушина утверждает, что сама об «истинных целях» узнала только 7 декабря 2015 года (работать в фонде начала в августе), после просмотра видеоролика, разоблачающего Саситлинского. Тем самым она опровергла собственное заявление, что каждый участник интернет-сообществ фонда «Мухаджирун» понимал из чтения переписок в них, что деньги собираются на финансирование джихадистов, т. к. сама она, будучи таким участником, этого из переписок так и не поняла. Мало того, что Георгий Гуев первые два перевода сделал до даты просмотра свидетельницей указанного сюжета Рен-ТВ — 7 ноября и 4 декабря, но и ролик ему никто не посылал и нет данных, что он смотрел эту телепередачу. Более того, Георгий Гуев отрицает, что состоял в интернет-сообществах фонда «Мухаджирун» и следствие доказательств обратного не обнаружило.

На предварительном следствии Папушина сказала, что Гуева лично не знала, но они общались в группах в соцсетях. В суде сообщила, что фамилию Гуева впервые услышала в 2019 году, когда увидела новость о его задержании по телевидению. 

На момент допроса в суде по делу Гуева в августе 2020 года Анна Папушина находилась под домашним арестом в городе Полярный Мурманской области. Между тем, обвинение в её адрес по ч. 4 ст. 205.1. УК («Организация финансирования терроризма», до пожизненного лишения свободы) более тяжкое, чем у Георгия Гуева. Весьма вероятным представляется, что мягкая мера пресечения была применена к Анне потому, что она пошла на сделку со следствием и согласилась дать выгодные правоохранительным органам показания против Гуева, Абу Умара Саситлинского и его соратников.

Ранее, Папушина была трижды судима за преступления против собственности, в частности, мошенничество, а также за хранение наркотиков для личного употребления без цели сбыта (согласно справке в деле, она употребляла наркотики длительное время). По словам её бывшего супруга в суде, он с Анной несколько лет вместе употреблял систематически наркотики, а в 2016 году Папушину принудительно лечили в психиатрическом стационаре. В 2013 году суд обязал её пройти лечение от наркотической зависимости. На момент допросов по делу Георгия Гуева она состояла на учёте у психиатра и нарколога, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами. В 2019 году она проходила лечение в психиатрической клинике.

Отметим, что в ходе допроса в качестве свидетеля в суде Анна Папушина отрицала, что состоит на наркологическом и психиатрическом учётах. На вопрос защиты Георгия Гуева в суде, заключила ли она сделку со следствием, Анна отвечать отказалась.

В связи с вышеизложенным полагаем, что показания Папушиной не могут быть приняты судом как достоверные.

Суд не признал Гуева агрессивным исламистом

В приговоре суд исключил из предъявленного Гуеву органами предварительного следствия «указание о том, что подсудимый исповедовал в период инкриминируемых ему действий крайние, наиболее агрессивные формы ислама, призывающие к «джихаду» - «священной войне» против «неверных», как не нашедшее своего подтверждения исследованными в суде доказательствами». По словам подсудимого, а также показаниям нескольких свидетелей защиты в суде, он не мог положительно относиться к исламскому террору, т. к. его мать пострадала при теракте на рынке Владикавказа в 2010 году. Также он участвовал в акциях памяти жертв теракта в бесланской школе.

«То есть суд пришёл к выводу, что Гуев не разделяет философию ИГИЛ, взгляды и цели последователей данной организации. Казалось бы, при такой позиции суда вывод о невиновности Гуева Г. Р. логичен и безальтернативен. Тем не менее, суд решил, что Гуев виновен, и в его действиях имеется состав преступления! В приговоре указывается, что Гуев «пришёл к убеждению о необходимости оказания финансовой поддержки лицам, входящим в её (ИГИЛ) состав и принимающих участие в НВФ и МТО». Но что его на это побудило, что его мотивировало – не разъясняет. И что тут можно разъяснить? Если человек не разделяет взгляды «ИГ», то зачем ему финансировать эту организацию, жертвовать совсем не лишние деньги? Гуев, будучи последователем традиционного ислама, не мог профинансировать деятельность «ИГ», поскольку традиционный ислам и, так называемые «крайние течения» являются антагонистическими направлениями в исламе», - восклицает адвокат Умалат Сайгитов в апелляционной жалобе.

Переписка с Хоранти не содержит признаков преступления

Вновь принявший ислам человек, упомянутый Гуевым в переписке, просил не называет свою фамилию потому, что был из христианской семьи и хотел сначала аккуратно подготовить своих близких к сообщению этой информации, а не потому, что собирался заниматься терроризмом, - пояснил ПЦ «Мемориал» адвокат Умалат Сайгитов.

По просьбе судьи Гуев рассказал об упомянутой в разговоре с Хоранти помощи имамам: «Я знаю имамов и муфтиев из Осетии, со многими из них общаюсь. Они представляют особую ценность, многие из них занимаются образовательной деятельностью, но у них очень низкие доходы. Ребята из Москвы решили им финансово помочь, чтобы им не приходилось подрабатывать водителями такси и т. д.». 

Алихан Хоранов, зарегистрированный в Telegram под ником Алихан Хоранти, был допрошен в суде как свидетель. Он сказал, что является другом Георгия Гуева и подтвердил его показания.

Адвокат отметил, что в этой переписке нет ничего, что касалось бы финансирования терроризма. Кроме того, Гуеву не вменяют вербовку, а радость от того, что кто-то принял ислам, ею не является. 

В пресс-релизе силовиков о задержании Гуева указано, что в его квартире была изъята экстремистская литература, но в обвинение её хранение не вошло. Однако, на видео обыска видна книга «Крепость мусульманина». Разные издания этой книги действительно несколько раз признавались судами экстремистскими. «Мемориал» уже заявлял, что согласен с позицией экспертного центра «Сова» о том, что «Крепость мусульманина» Саида бин Али бин Вахфа аль-Кахтани не содержит признаков экстремизма, хотя регулярно становится поводом для преследования мусульман за распространение экстремистских материалов по ст. 20.29 КоАП. Эта книга - сборник молитв на каждый день без агрессивной риторики.

Более 15 лет «Мемориал» наблюдает за различными формами давления на мусульман в России, фабрикациями уголовных дел по несуществующим преступлениям экстремистской и/или террористической направленности. Государственная пропаганда использует и усугубляет бытовую исламофобию, сращивает ислам и терроризм в сознании обывателя.

Гражданский контроль за такого рода преследованиями минимален, спецслужбы получают возможность многократно завышать показатели раскрываемости (собственную полезность), манипулируют представлениями о террористической угрозе, подменяют реальную антитеррористическую борьбу имитационной. «Раскрытие» серийных дел о финансировании терроризма сейчас предельно упрощено, для достижения «высоких результатов» (десятки арестованных и осуждённых) требуются минимальные усилия. В то же время, в последние годы именно антитеррористическими соображениями объясняется принятие законов, ограничивающих конституционные права граждан. Таким образом, антитеррористические имитации работают на упрочение субъектами власти властных полномочий.

Принятая в силовых структурах «палочная» система, традиция планирования показателей, с угрозой неизбежного снижения штатов и ассигнований при невыполнении плана, толкает к активному поиску новых источников «палок», то есть раскрытых дел, и т. п. Возможно, в этом кроется ещё одна причина появления дел о «финансировании терроризма».

Напомним, что один из обвиняемых в поддержке Абу Умара Саситлинского – журналист Абдулмумин Гаджиев – признан ПЦ «Мемориал» политзаключённым.

Мы полагаем, что данное уголовное дело политически мотивированно, создано субъектами власти с целью упрочения и удержания властных полномочий.

Правозащитный центр «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», признаёт Георгия Гуева политзаключённым в связи с тем, что лишение свободы применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, исключительно из-за его религиозных убеждений в связи с ненасильственным осуществлением свободы вероисповедания, гарантированных Конституцией РФ, Международным пактом о гражданских и политических правах и Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод в условиях отсутствия состава преступления. 

Признание людей политзаключёнными не означает ни согласия ПЦ «Мемориал» с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий

Адвокаты Георгия Гуева: У.Т. Сайгитов, С.Е. Батыров.

Как помочь

Семья Георгия Гуева (жена и двое малолетних детей) материально нуждается. Помочь ей можно, сделав денежный перевод на банковскую карту супруги (Мадина) № 4276 6000 1103 9738.

Помочь другим политзаключённым можно, сделав пожертвование на счета Союза солидарности с политзаключёнными на карту «Сбербанка России» № 5469 3800 7023 2177 или на кошелёк системы «ЮMoney» 410011205892134.

Ссылки на публикации в СМИ:

ПЦ «Мемориал». Суд в Москве допросил свидетелей по делу Георгия Гуева, обвиняемого в финансировании терроризма // http://memohrc.org/ru/news_old/sud-v-moskve-doprosil-svideteley-po-delu-georgiya-gueva-obvinyaemogo-v-finansirovanii

ПЦ «Мемориал». Свидетели защиты: Георгий Гуев не экстремист и ненавидит террористов // http://memohrc.org/ru/news_old/svideteli-zashchity-georgiy-guev-ne-ekstremist-i-nenavidit-terroristov

Новая газета. Елена Милашина. «Халифат? Приманка для дураков!» // http://novayagazeta.ru/articles/2015/07/29/65056-171-halifat-primanka-dlya-durakov-187

НТВ. Вербовщики ИГИЛ сулят новобранцам новую жизнь // http://ntv.ru/novosti/1425076

Кавполит. Абу Умар Саситлинский о ведомой против него кампании в СМИ // http://kavpolit.com/blogs/ingonline/21720

Кавполит. Дагестанский проповедник Абу Умар Саситлинский задержан в Турции // http://kavpolit.com/articles/dagestanskij_propovednik_abu_umar_sasitlinskij_zad-11698

Коммерсантъ. Юлия Рыбина. В Дагестане журналиста задержали по подозрению в содействии террористам // http://kommersant.ru/doc/4002764

Дата обновления справки: 28.06.2021 г.

Развернуть