Свидетель по делу Гаджиева: «В протокол допроса следователь записывал слухи и информацию из интернета»

17.12.2021

Судья посчитал, что, заявив это, свидетель подтвердил показания и настаивает на них

В Южном окружном военном суде Ростова-на-Дону прошло очередное слушание по делу журналиста дагестанского издания «Черновик» Абдулмумина Гаджиева и ещё двух фигурантов этого дела — Кемала Тамбиева и Абубакара Ризванова. Гаджиева обвиняют в участии в деятельности террористической организации (ч.2 ст.205.5 УК), организации её финансирования (ч.4 ст.205.1 УК) и участии в экстремистской организации (ч.2 ст.282.2 УК). Подсудимые отвергли предъявленные им обвинения. Правозащитный центр «Мемориал» признал Гаджиева политзаключённым. Один из его адвокатов, Анна Сердюкова, работает по соглашению с Правозащитным центром «Мемориал».

Под председательством судьи Романа Сапрунова были допрошены два свидетеля обвинения. Один сказал, что не знаком ни с одним из подсудимых. Второй заявил, что ему ничего не известно о фактах, изложенных в протоколе его допроса на предварительном следствии. По словам свидетеля, это слухи и информация из интернета, которую они читали вместе со следователем на допросе.

Заседание суда 16 декабря началось с допроса засекреченного свидетеля «Александра Макова». Он заявил, что с подсудимыми не знаком. Он переживает за свою безопасность и не хочет, чтобы его личность была известна.

Свидетель рассказал, что в 2015 году, работая водителем на «Камазе», увидел в интернете объявление, что в качестве благотворительной помощи детям-сиротам строили какой-то дом. Он поехал по указанному в объявлении адресу в село Новокули между Новолакским и Кумторкалинским районами Дагестана. Там его встретил прораб, который представился Ромой. По мнению свидетеля, он был там главный.

«Маков» предложил Роме помощь, два раза привозил им морской песок, за что ему платили по две тыс. руб., — этого хватало на топливо и на погрузку песка, а перевозку он осуществлял бесплатно.

Когда «Маков» приехал туда с песком в третий раз, его пригласили пообедать с рабочими. «Макову» показалось, что все они (35–40 человек) хорошо знали друг друга, вместе совершали намаз и поэтому он предположил, что это «одна группировка». Одни из них говорили, что строят дом для сирот, другие — для семей неких братьев. Маков же решил, что, возможно, они строят «убежище для боевиков».

Рома предлагал ему и дальше вместе работать, но ему «не понравилась атмосфера» — все были бородатые и обсуждали темы, которые были ему не по душе. Например, они говорили, что в России нет справедливости, в отличии от Сирии и исламских государств. «Маков» решил больше туда не ездить.

Свидетель сказал, что ничего не слышал про благотворительные фонды «Ансар», «Амана» и «Мухаджирун», в том числе на стройке. Он не знаком с проповедником Исраилом Ахмеднабиевым (Абу Умаром Саситлинским)*, только пару раз слушал его лекции в социальных сетях про «всякие праведные вещи». Однажды один из рабочих при нём спросил у Ромы про Ахмеднабиева и тот ответил, что «он сейчас в международном розыске, но у него все хорошо».

Прокурор заявил, что эти показания «Макова» не соответствуют тому, что он рассказывал на предварительном следствии. По его ходатайству суд огласил предыдущие показания «Макова» (от 20 марта 2020 года). Из них следовало, что во время обеда с рабочими свидетель слышал, как те обсуждали «кафирские законы» (законы неверных) российского государства, восхищались жизнью мусульман в Сирии, на подконтрольной Исламскому государству (ИГ, признана террористической и запрещена в России) территории. Тогда он понял, что эти люди «радикалы» и «ваххабиты». Свидетель попытался им возразить и напомнил, что члены ИГ убивают невинных людей, жестоко обращаются с женщинами и детьми, а ему ответили, что религия позволяет такое в отношении «кафиров». Рома в присутствии Шамиля предложил «Макову» работать с ним и Абу Умаром Саситлинским — помогать им с фондами. Но он отказался, так как понял, что все они поддерживают ИГ, а дом строят для осиротевших семей террористов.

«Маков» подтвердил, что давал такие показания. Суд затем огласил протоколы опознания по фотографиям — «Маков» опознал Рому (Ровшан Алиев, ещё один обвиняемый по делу Гаджиева) и Шамиля (Шамиль Кадыров, осуждён за финансирование терроризма).

После оглашения показаний Ризванов попытался задать свидетелю несколько уточняющих вопросов из-за противоречий в его показаниях. Судья Роман Сапрунов снял их и указал, что «свидетель запамятовал на заседании, и, огласив данные им на предварительном следствии показания, суд устранил все противоречия».

Свидетель Ильяс Умалатов — работник Муфтията Дагестана и председатель Совета имамов Махачкалы — рассказал, что в 2018 году шесть месяцев руководил школой хафизов в селе Новосаситли Хасавюртовского района. Тогда эту школу по просьбе сельской общественности передали в ведение Муфтията.

Он не знает, когда и кем она была построена (по слухам — джамаат села) и почему её закрыли. Ему неизвестно, чему в этой школе учили детей до её передачи в Муфтият и «радикализировался» ли кто-либо из учеников там.

Прокурор спросил, известен ли ему Ахмеднабиев. Умалатов ответил утвердительно, так как «это очень известная личность и о нём в интернете много пишут, как хорошее, так и плохое».

Суд вновь удовлетворил ходатайство прокурора «из-за существенных противоречий» огласить показания свидетеля, данные им на следствии.

На допросе 15 октября 2019 года Умалатов сообщил, что школу построил Ахмеднабиев, согласно документам, строительство завершено в 2014 году. Одновременно в протоколе допроса было указано, что Умалатов не видел никаких правоустанавливающих документов на здание. Из СМИ ему известно, что Ахмеднабиев примерно с 2014 года находится в международном розыске за совершение преступлений экстремистского и террористического характера.

В школе хафизов детей обучали только арабскому языку и чтению Корана. Дети сами читали Коран, не руководствуясь мнениями ученых мусульманского мира. По мнению Умалатова, это неприемлемо: не каждый способен постичь написанное в священной книге, и неокрепшие умы могут сделать неверные выводы, а это способствует распространению экстремистской идеологии.

Умалатов заявил, что не подтверждает эти показания. По его словам, там очень много слухов и информации из интернета. При разговоре со следователем Надиром Телевовым он говорил, что ходят такие слухи, но сам не подтверждал их. Телевов при Умалатове открывал различные сайты, они вместе читали статьи и следователь оттуда заносил информацию в протокол.

Судья спросил, почему тогда он подписал такой протокол. Умалатов ответил, что его заверили, что «эти показания нужны для галочки, чтобы быстренько сделать дело». Свидетель добавил, что ему ничего не известно об изложенных в протоколе фактах, это «всего лишь различные слухи» от жителей Новосаситли — сотрудников администрации, членов «джамаата» (сообщества) и прочих. Он не смог пояснить, кто именно ему их рассказывал.

Судья заявил, что слово «слухи» неприменимо к этим источникам информации (сведениям администрации и жителей села), «это фактические обстоятельства дела, значит, записанные слова в протоколе принадлежат свидетелю». Затем судья резюмировал: «Всё понятно, то есть подтверждаете свои показания и настаиваете на них».

Ризванов просил Умалатова объяснить, откуда ему известно, что строительство школы хафизов завершилось в 2014 году. Свидетель вновь ответил, что ему неизвестны эти детали, «наверное, следователь взял её из документов и сам дописал или может следователь сказал мне, что в документах указана эта дата и я ему ответил, „значит это так“». «То есть документально подтверждена информация», — заключил судья.

Следующее судебное заседание по делу назначено на 23 декабря.

  • Абдулмумина Гаджиева задержали https://memohrc.org/ru/news_old/dagestanskiy-zhurnalist-abdulmumin-gadzhiev-arestovan-na-dva-mesyaca 14 июня 2019 года после того, как у него дома прошли обыски. Спустя четыре дня Гаджиеву была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а 22 июля ему официально предъявили обвинение, изменив при этом его роль с непосредственного финансиста террористов на идейного вдохновителя. Показания на журналиста дал другой обвиняемый по этому делу Кемал Тамбиев — как он заявил, под пытками. Впоследствии Тамбиев отказался от этих показаний.
  • 14 апреля 2020 года против Гаджиева возбуждено https://memohrc.org/ru/monitorings/protiv-obvinyaemogo-v-finansirovanii-terrorizma-zhurnalista-abdulmumina-gadzhieva ещё одно уголовное дело — об участии в экстремистской организации (ч.2 ст.282.2).

* Исраил Ахмеднабиев (также известен как Абу Умар Саситлинский) — проповедник из Дагестана, с которым аффилированы все указанные в деле Гаджиева фонды и которому вменяют организацию финансирования терроризма. Ахмеднабиев отрицает свою причастность к террористической деятельности. Он покинул Россию в 2014 году

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзэков

Гаджиев Абдулмумин Хабибович родился 18 июня 1984 года. Житель Махачкалы. Редактор отдела религии дагестанской газеты «Черновик». Имеет 4 несовершеннолетних детей, женат. Обвиняется по ч. 2 ст.

Поделиться: