Суд продолжает допрашивать свидетелей обвинения по делу Абдулмумина Гаджиева

13.09.2021

Допрошенные силовики могли лишь повторять голословные утверждения свидетелей обвинения

Южный окружной военный суд допросил на заседании 9 сентября двух силовиков — свидетелей обвинения по делу редактора отдела религии дагестанского издания «Черновик» Абдулмумина Гаджиева и ещё двух фигурантов этого дела — Кемала Тамбиева и Абубакара Ризванова. Журналист обвиняется в участии в деятельности террористической организации (ч.2 ст.205.5 УК), организации её финансирования (ч.4 ст.205.1 УК) и участии в экстремистской организации (ч.2 ст.282.2 УК). Вину подсудимые не признают. Правозащитный центр «Мемориал» признал Гаджиева политзаключённым.

9 сентября суд допросил сотрудника уголовного розыска УМВД по РД Абужаппара Биярсланова и оперуполномоченного дагестанского УФСБ Эльдара Штибекова. Оба заявили, что Гаджиев вёл информационное сопровождение деятельности проповедника Исраила Ахмеднабиева и его фондов, которые под прикрытием благотворительности занимались финансированием террористов. Штибеков также заявил, что преступная группа Ахмеднабиева преследовала ту же цель, что и «Имарат Кавказ», — создание на Северном Кавказе исламского государства, живущего по законам шариата.

Биярсланов сообщил, что в 2017 году, во время оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) по выявлению лиц, причастных к финансированию терроризма, установил, что примерно в 2009 году Исраил Ахмеднабиев (также известный как Абу Умар Саситлинский, проповедник из Дагестана, с которым аффилированы все указанные в деле Гаджиева фонды и которому вменяют организацию финансирования терроризма; отрицает свою причастность к террористической деятельности; покинул Россию в 2014 году. — прим. ПЦ «Мемориал») с Каримом Алиевым и Ризваном Абубакаровым, придерживаясь радикальных религиозных взглядов, организовали строительство школы хафизов в селе Новосаситли Хасавюртовского района Дагестана и сбор средств на это через социальные сети и платёжные системы. Примерно в 2013 году они создали благотворительный фонд «Ансар», а часть собранных на работу фонда средств отправляли на финансирование террористической деятельности.

Свидетель рассказал, что Ахмеднабиев вовлёк в свою преступную деятельность Абдулмумина Гаджиева, Кемала Тамбиева, Ровшана Алиева, Мансура Даутова, Рафика Шабанова, Рафета Магомедова, Саида Абдулазизова и Магомедбасира Гасанова.

По словам Биярсланова, на Гаджиева было возложено информационное «обеспечение» деятельности Ахмеднабиева и его фондов через газету «Черновик». Конкретные публикации журналиста свидетель не вспомнил. Он также не вспомнил, когда, каким образом и где Ахмеднабиев вовлёк Гаджиева в преступную деятельность, участвовал ли Гаджиев ещё каким-то способом в организации финансирования терроризма.

Свидетель не смог ответить, повлияло ли интервью, которое Гаджиев взял у Ахмеднабиева, на увеличение сборов.

Об участии Гаджиева в сборе средств на строительство школы ему стало известно лишь со слов других людей, сказал Биярсланов.

Тамбиев и Гасанов, по утверждению свидетеля, организовали ещё один благотворительный фонд в Москве для сбора денег в центральной части России.

Биярсланов сообщил, что с 2009 по 2015 год Ахмеднабиев собрал около 67 млн руб., из которых 10 млн направил террористической организации, какой именно — свидетель не уточнил. Преступная группа Ахмеднабиева вербовала молодых людей в террористическую организацию и склоняла их уезжать в Сирию. Для вовлечения молодёжи Ахмеднабиев записывал видео, пропагандирующие быт муджахедов («борцов за веру»), которые затем Карим Алиев распространял через соцсети.

Основной целью группы, по словам Биярсланова, было распространение в России радикального ислама. Про школу хафизов ему известно только то, что она предназначалась для обучения нормам ислама детей-сирот и детей из малообеспеченных семей.

По словам свидетеля, Ахмеднабиев выступал с проповедями в мечетях, расположенных в Махачкале на улицах Ахмата-Хаджи Кадырова (бывшая улица Котрова) и Генерала Омарова (бывшая улица Венгерских Бойцов), прихожане которых, в основном, и уезжали в Сирию. По его мнению, люди, ходившие в эти мечети, придерживались более радикальных взглядов, чем прихожане других мечетей.

Отвечая на вопросы защитников, Биярсланов заявил, что не помнит, были ли схожи цели и задачи Ахмеднабиева и его преступной группы с целями и задачами запрещённой в России террористической организации «Имарат Кавказ». Полицейский отметил, что сам не проводил никаких ОРМ по делу, а информация ему известна со слов опрошенных по делу свидетелей.

Прокурор попросил суд огласить часть показаний, которые Биярсланов дал на предварительном следствии. Судя по протоколу допроса, он утверждал, что Ахмеднабиев и участники его группы преследовали те же цели, что и «Имарат Кавказ», в частности — отделение Северо-Кавказских регионов от России и создание в них исламского государства, где будут действовать законы шариата. Участники группы не признают действующую власть, но понимают, что в настоящее время насильственным путем её свергнуть невозможно. Поэтому они сосредотачивают внимание на подрастающем поколении, чтобы увеличивать численность единомышленников, а затем с их помощью создать исламский халифат и занять в нём ключевые должности.

***

Подполковник ФСБ Эльдар Штибеков заявил, что в ходе ОРМ было установлено, что Ахмеднабиев с Каримом Алиевым и Абубакаром Ризвановым планировали добиться радикализации религиозных взглядов населения Дагестана. Они хотели вовлечь как можно больше людей в свою деятельность, чтобы создать исламский халифат и установить нормы шариатского правления, то есть преследовали те же цели, что и «Имарат Кавказ».

Ахмеднабиев и его соратники решили строить школу хафизов для обучения детей-сирот, создали в Махачкале фонд «Ансар», через который собирали деньги на строительство, а также на помощь детям-сиротам и сирийским оппозиционным силам, которые противостояли правительственным войскам Башара Асада. Свидетель указал, что в 2009–2010 годах Ахмеднабиев и его помощники во время молитв агитировали мусульман выезжать в Сирию, говоря, что там угнетают мусульман.

Далее свидетель начал зачитывать показания с телефона. Они дословно совпадали с показаниями, которые он давал на предварительном следствии и которые были включены в обвинительное заключение. Из них следовало, что Ахмеднабиев, Ризванов и Карим Алиев, создав фонд, привлекли к своей деятельности Ровшана Алиева, Абдулмумина Гаджиева и других людей, разделявших идеи Ахмеднабиева.

По решению Ахмеднабиева, он сам, Алиевы, Ризванов, Гаджиев и другие люди должны были организовывать финансирование терроризма, прикрываясь благотворительностью. Деньгами распоряжался Ахмеднабиев, часть он передавал участникам незаконных вооружённых формирований в Сирии.

Гаджиев обеспечивал информационное сопровождение деятельности фонда «Ансар», организовывал сбор денег, пиарил фонд и самого Ахмеднабиева. Конкретных публикаций журналиста Штибеков назвать не смог. Также он не помнил, как Гаджиев собирал деньги и на какие счета переводил. Тамбиев руководил фондом «Амана» и тоже организовывал сбор денег.

Видя, что свидетель просто зачитывает протокол своего допроса из уголовного дела, судья Роман Сапрунов прервал его, указав, что показания надо давать своими словами.

Отвечая на вопросы сторон, Штибеков сказал, что Ахмеднабиев читал проповеди в мечетях на улицах Котрова и Венгерских бойцов, куда, в основном, ходили приверженцы радикального ислама, уезжавшие в Сирию.

По словам Штибекова, многочисленные свидетели подтверждают, что Гаджиев призывал людей делать пожертвования. Как именно журналист призывал, свидетель сказать не смог. Также он не смог сказать, как Ризванов вовлёк Ровшана Алиева и Абдулмумина Гаджиева в преступную деятельность. По словам Штибекова, свидетели по делу подтверждают, что Ризванов участвовал в строительстве школы хафизов.

Свидетель признал, что не был очевидцем преступлений, он лишь документировал их, опрашивая свидетелей.

По мнению адвоката Анны Сердюковой, которая защищает Гаджиева по соглашению с ПЦ «Мемориал», показания обоих силовиков должны быть оценены критически и признаны недопустимыми, так как, согласно разъяснению Верховного суда России, показания сотрудников правоохранительных органов относительно сведений, о которых им стало известно во время допроса свидетеля, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

Следующее заседание назначено на 23 сентября.

  • Абдулмумина Гаджиева задержали 14 июня 2019 года после того как у него дома прошли обыски. Спустя четыре дня Гаджиеву была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а 22 июля ему официально предъявили обвинение, изменив при этом его роль с непосредственного финансиста террористов на идейного вдохновителя. Показания на журналиста дал другой обвиняемый по этому делу Кемал Тамбиев — как он заявил, под пытками. Впоследствии Тамбиев отказался от этих показаний.
  • 14 апреля 2020 года против Гаджиева возбуждено новое уголовное дело об участии в экстремистской организации (ч.2 ст.282.2 УК РФ).
Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзэков

Гаджиев Абдулмумин Хабибович родился 18 июня 1984 года. Житель Махачкалы. Редактор отдела религии дагестанской газеты «Черновик». Имеет 4 несовершеннолетних детей, женат. Обвиняется по ч. 2 ст.

Поделиться: