Массовые бессудные казни в Чечне должны быть расследованы: ПЦ «Мемориал» обжалует отказ в возбуждении уголовного дела

12.04.2021

Рассказ бывшего полицейского Сулеймана Гезмахмаева — ещё одно свидетельство необходимости дополнительной проверки

Адвокат Александр Немов, работающий по соглашению с Правозащитным центром «Мемориал», направил жалобу руководителю Главного следственного управления Следственного комитета (ГСУ СК) РФ по СКФО на постановление от 9 февраля 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с похищением и убийством 27 человек в ночь на 26 января 2017 года. Адвокат обращает внимание на важные вновь открывшиеся обстоятельства. Речь идёт о публикации в «Новой газете» показаний бывшего сотрудника полиции, старшего сержанта полка патрульно-постовой службы полиции №2  им. А. Кадырова (ППСП-2) Сулеймана Гезмахмаева.

В жалобе указано, что показания Гезмахмаева прямо доказывают совершение преступлений сотрудниками правоохранительных органов и непосредственное участие в них ряда высокопоставленных чиновников и сотрудников силовых структур Чеченской Республики – бывшего главы Шалинского района ЧР Турпал-Али Ибрагимова, бывшего командира ППСП-2 Аслана Ирасханова и начальника ОМВД по Шалинскому району Тамерлана Мусаева. Гезмахмаев был подробно опрошен правозащитниками в 2018 и в 2021 годах. Копии этих объяснений приложены к жалобе адвоката. Подлинники будут представлены следователю после возобновления доследственной проверки по заявлению о преступлении. Это свидетельствует о том, что сведения, изложенные в статье Е. Милашиной «Я служил в чеченской полиции и не хотел убивать людей», не являются «фейком» и реально отражают те события, которые исследовались в ходе доследственной проверки.

В связи с этим следствию необходимо:

  1. Приобщить к материалам проверки объяснения Гезмахмаева и проверить изложенные в них факты и обстоятельства;

  2. Установить местонахождение всех лиц, которые, согласно объяснениям, содержались в подвалах зданий в месте дислокации ППСП-2 в Грозном, провести опрос по обстоятельствам их содержания там, о применении к ним пыток, для подтверждения или опровержения факта убийства ряда людей, названных в рассказе Сулеймана Гезмахмаева;

  3. Получить у командования ППСП-2 сведения о доставке в расположение полка указанных в списке «Новой газеты» граждан;

  4. Опросить бывшего командира ППСП-2 Аслана Ирасханова и начальника ОМВД по Шалинскому району Тамерлана Мусаева по обстоятельствам произошедших событий;

  5. Истребовать и приобщить к материалу проверки копию журнала учёта посетителей в полку ППСП-2.

В жалобе указано, что процессуальная проверка, по итогам которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, была проведена неполно, односторонне, предвзято, с грубыми нарушениями, имеющие значение обстоятельства следователем должным образом не проверены.

Напомним, что без малого четыре года назад, 10 июля 2017 года, «Новая газета», опубликовала статью «Это была казнь» со списком из 27 человек, которые в ночь с 25 на 26 января 2017 года были тайно бессудно казнены в Грозном в расположении ППСП-2. В доказательство того, что эти люди находились в руках полиции, «Новая газета» опубликовала снимки фототаблиц на задержанных (стандартный оперативный документ МВД с краткими установочными данными и фотографиями задержанных людей). В документах присутствуют 26 из 27 персонажей «расстрельного списка». В фототаблицах наряду с бесследно исчезнувшими людьми присутствуют также другие задержанные, которым позже были официально предъявлены обвинения и которые затем были официально осуждены судами к разным срокам лишения свободы. 

Эти документы доказывают факт задержания представителями государства людей, которые позже бесследно исчезли.

Правозащитный центр «Мемориал» параллельно самостоятельно занялся проверкой этих сведений. В результате опроса родственников и соседей фигурантов «расстрельного списка» удалось подтвердить, что, как минимум 25 человек из 27-ми, фигурирующих в «расстрельном списке», были задержаны сотрудниками правоохранительных органов ЧР на глазах их родственников и других свидетелей. Все эти люди затем бесследно исчезли, а от их родственников сотрудники полиции угрозами добивались, чтобы те никуда не жаловались и прекратили поиски пропавших.

Жалобы всё же были направлены в следственные органы. Власти были вынуждены начать доследственную проверку, которую проводили следователи ГСУ СК РФ по СКФО. 

По итогам проверки следователи восемь раз выносили постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые затем отменялись вышестоящими органами как незаконные и необоснованные. Через некоторое время следователь снова выносил аналогичные постановления. В конце концов, 9 февраля 2018 года, в возбуждении уголовного дела было окончательно отказано.

Материалы проверки составили 18 томов и, на первый взгляд, выглядели как результаты большой и серьёзной работы. Однако при детальном ознакомлении становилось ясно, что эта работа была направлена на то, чтобы саботировать реальную проверку фактов, приведённых в жалобах родственников пропавших людей.

Выводы следователей основывались, в основном, на сведениях, предоставленных им сотрудниками полиции Чеченской Республики. Эти сведения принимались на веру и не проверялись.

Так полицейские из Чечни утверждали, что 22 пропавших без вести фигуранта «расстрельного списка» якобы уехали в Сирию воевать за террористов. Это утверждения либо вообще ничем не подтверждались либо основывались на противоречивых показаниях трёх людей, находящихся в местах лишения свободы. Следователи в ходе «проверки» фактически не проверяли эту информацию: их не заинтересовал тот факт, что что у якобы уехавших за границу людей дома остались их заграничные паспорта, не был исследован биллинг соединений с телефонов, следователи проигнорировали показания свидетелей, видевших задержания этих людей силовиками.

Никакого объяснения тому, как фигуранты «расстрельного списка» оказались в фототаблицах задержанных, в материалах проверки нет.

Двое фигурантов этого «расстрельного списка», согласно информации МВД по ЧР, якобы скончались в Республиканской клинической больнице от ранений. Ещё один фигурант «расстрельного списка» якобы умер дома своей смертью от сердечного приступа. Однако трупы этих трёх людей не были исследованы. В отношении двоих даже не установлено место захоронения. Документы, удостоверяющие смерть третьего, были оформлены с грубыми нарушениями закона, есть основания считать, что они были фальсифицированы. Но всё это не заинтересовало следователей в ходе доследственной проверки.

В ходе осмотра места дислокации полка ППСП-2 следователем были осмотрены все корпуса, кроме тех, где могли содержаться в подвалах незаконно задержанные люди.

И это далеко не полный список претензий к качеству проведённой «проверки», на основании которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Попытки правозащитников добиться отмены этого постановления в суде не привели к успеху. Суд первой инстанции 14 декабря 2018 года постановил, что  все доводы о неполноте и предвзятости проверки «не являются основанием для удовлетворения жалобы, поскольку согласно нормам уголовно-процессуального законодательства следователь оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств <…>». Суд второй инстанции оставил в 2019 году это постановление в силе. 

Олег Орлов, член Совета ПЦ «Мемориал»:

«Тогда суд фактически нам сказал: «Вы можете сколько угодно приводить ваши доводы, но суд не будет их оценивать, поскольку следователь сам оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению. И он всегда прав». О такой подход суда разобьются любые свидетельства и факты. И тем не менее  мы, как правозащитники, обязаны бороться за «успех нашего безнадёжного дела». Сейчас мы, основываясь на вновь открывшихся фактах, вновь требуем возбуждения уголовного дела. И если получим отказ, то вновь и вновь будем идти в суды. Мы уже подали жалобу в Европейский суд по правам человека. Сейчас мы комментируем Суду ответ нашего правительства по нашей жалобе. Решение ЕСПЧ в итоге будет вынесено. И раньше или позже правосудие свершится и в нашей стране — мы готовим для этого почву».

Программа: Горячие точки

В статье «Это была казнь», опубликованной 10 июля 2017 года «Новой газетой

Поделиться: