«Людьми оставайтесь, пожалуйста». Последнее слово Анастасии Шевченко

08.02.2021

Ростовская активистка Анастасия Шевченко, которую судят за сотрудничество с «Открытой Россией», выступила в суде с последним словом

 —  Я не помню, не помню, какое это по счету “последнее слово” за эти два с половиной года. Начну с небольшой арифметики. Очень жаль, что не пришел прокурор Пушнов, который запросил для меня пять лет на прошлом заседании, и оставил со всем этим женщин разбираться. Больше двух лет домашнего ареста плюс четыре года реального срока за вычетом отсиженного. Получается больше шести лет заключения. Это выше, чем максимальный срок по моей статье.

Если вы считаете, что домашний арест с двумя детьми в течение двух лет это не наказание, то я вам расскажу, как сидеть под домашним арестом с детьми. Тем более, сейчас детей, которые сидят с родителями под домашним арестом, или ждут своих мам и пап, которые оказались в колонии за политические взгляды, все больше. Расскажу вам, как дети мои во время обыска боялись, но ни слезы не проронили, как дочка моя, которая здесь присутствует, тайком мне конфеты в сумку изолятора подкладывала, как к старшей дочери в больницу не пускали, как бы я ни просила. Как сын мой ночью просыпался и кричал «мама». Как девочка в 14 лет стала взрослой, никакого переходного возраста не было. И как они сейчас вдвоем, после брошенной прокурором вскользь фразы про пять лет, считают последние дни с мамой в ожидании приговора: украдкой снимают меня на видео, чтоб память осталась, голос мой записывают. Вам мало, я не понимаю? Когда вы напьетесь моей крови?

Я считаю, что это наказание после наказания. Два года меня изучали вдоль и поперек: под лупой рассмотрели мое лицо в портретной экспертизе, изучили мою вменяемость в психиатрической экспертизе, изучили все мои слова на лингвистической экспертизе, изучили все мои слова на митингах в политологической экспертизе, изучили все мои доходы и расходы в финансовой экспертизе. Сшили из всего этого двадцать девять томов уголовного дела. Зачем?

Я всегда жила открыто и продолжаю жить открыто. Обо всех своих ситуациях жизненных, встречах, поездках, знакомствах я писала в блоге. Все свои доходы декларировала. Политические взгляды никогда не скрывала — отстаивала свою позицию на дебатах. Что касается двух административных дел по статье о нежелательных организациях, то я их рассматриваю исключительно как момент грязной политической борьбы. На дебатах, а также в семинаре я участвовала исключительно как представитель российского общественного движения «Открытая Россия». Я считала тогда и продолжаю быть уверенной сейчас, что объединение российских граждан не может быть нежелательным, и к этому объединению закон о нежелательных организациях не относится. Эту же мою позицию подтвердил представитель Генпрокуратуры Куренной в интервью федеральным СМИ. Я выступаю категорически против этой статьи о нежелательных организациях, потому что считаю, что прокуратура не может незаконно преследовать российских граждан, не имея на то никаких оснований.

Свое участие в российском общественном движении «Открытая Россия» я никогда не скрывала. Наоборот, с гордостью везде об этом говорила. Поскольку я выступаю за открытый диалог власти и общества, за открытые дебаты, а не за пинки из-под запотевшего забрала, за открытые отношения с другими странами, за открытые и честные правила бизнеса, за открытые и настоящие выборы, за открытые и честные новости в СМИ. В чем моя вина в таком случае? Я просто хочу, чтобы мои дети и ваши дети жили в чистом красивом городе, в стране, где соблюдаются законы и права человека. В стране, где нет политических репрессий. 

Я за это время от своих преследователей много раз слышала «Ну, это не мы, вы же все понимаете. Это не мы, это Москва. Не мы решаем». Я не понимаю. Взрослые люди должны брать на себя ответственность за свои решения и поступки. А пока получается все как в песне земляка Басты: «Я сам не пачкаю ручки, я просто помогаю палачу». Не надо этого делать. Я прошу вас не участвовать в политических репрессиях. И прошу даже не для себя, а для вас и для ваших детей прошу. Людьми оставайтесь, пожалуйста, вот мое последнее слово.

Ну и в заключение хотелось бы, конечно, поблагодарить своих защитников за то, что были моими единственными собеседниками, когда мне ни с кем нельзя было разговаривать. За то, что шутили, когда мне было грустно. За то, что учили и наставляли, когда я вас об этом не просила. Поблагодарить хотелось бы правозащитные организации, «Правозащиту Открытки» и все СМИ, которые открыто о моем деле говорили. И большое спасибо ростовчанам за неравнодушие, за поддержку.  Не было ни одного случая, чтобы меня остановили на улице и сказали «так тебе и надо». Меня все поддерживали, всегда подходили и говорили «Все будет хорошо. Держись. Мы с тобой». И этих несправедливых процессов в нашем городе, к сожалению, сейчас очень много, и поэтому у меня просьба обязательно ходить в суды. Такая поддержка нужна, я по себе это знаю. И, конечно, спасибо моей семье, моим детям. Мы справимся.

Программа: Поддержка политзэков

Шевченко Анастасия Нукзариевна родилась 23 октября 1979 года, проживает в городе Ростов-на-Дону; участница и член Совета Общественного сетевого движения «Открытая Россия». Приговорена по ст.

Поделиться: