Фантасмагория в грозненском суде

Олег Орлов
28.4.2021

Суд в Грозном подтвердил решение следователей, отказавшихся проверять Кадырова на возбуждение ненависти и превышение полномочий

  • Сотрудник Следственного Комитета дает оценку словам Кадырова, исходя исключительно из публикаций в СМИ, поскольку сам не владеет чеченским языком.
  • Прокурор выступает за свободу слова… для Рамзана Кадырова.
  • Рамзан Кадыров открыто публично угрожает своим критикам, но суд не усматривает оснований для проведения проверки его высказываний.

26 апреля 2021 года Старопромысловский районный суд Грозного наконец рассмотрел жалобу правозащитников на отказ Следственного управления СКР по Чеченской Республике (ЧР) в проведении проверки публичных высказываний главы ЧР Рамзана Кадырова на предмет наличия в них состава преступлений. Ранее этот же суд отказывался даже рассматривать такую жалобу, однако после удовлетворения апелляционной жалобы заявителей в Верховном суде ЧР был вынужден все же это сделать. Ожидаемо суд отказал в удовлетворении жалобы.

Полтора года назад, 4 ноября 2019 года, глава ЧР Рамзан Кадыров, выступая на расширенном заседании республиканского правительства, высказал угрозы в адрес журналистов, правозащитников и пользователей социальных сетей, которые негативно оценивают ситуацию с правами человека в республике и деятельность властей ЧР. Более того, Кадыров давал указания чиновникам и силовикам совершать в отношении таких людей незаконные действия. Он призвал остановить их, «убивая, сажая за решётку, пугая, делая, что угодно». 5 ноября сюжет об этом был показан на ЧГТРК «Грозный» и опубликован на их сайте.

В том же месяце председатель Совета Правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов, член Совета ПЦ «Мемориал» Олег Орлов, сопредседатели МХГ Вячеслав Бахмин, Валерий Борщёв и Дмитрий Макаров направили председателю Следственного Комитета РФ заявление, в котором просили проверить высказывания Кадырова на наличие признаков преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 282 УК РФ (действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, по признаку принадлежности к какой-либо социальной группе), ч. 2 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями) и ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий). Поскольку в связи с пандемией реальные подписи под обращением поставили только Черкасов и Орлов, то в дальнейшем официальными заявителями считались только они.

В течение полутора лет заявители безуспешно пытались добиться проведения доследственной проверки по их сообщению о преступлении. Оно было переслано в Следственное управление (СУ) СК РФ по ЧР, а оттуда заявителям отвечали, что «в обращении отсутствуют достаточные сведения об обстоятельствах, указывающие на признаки преступления». Суд отказывался рассматривать жалобу на бездействие сотрудников СК.

И только 26 апреля 2021 года Старопромысловский суд Грозного всё же рассмотрел жалобу.

Председательствовал судья Руслан Дандаев. В рассмотрении дела участвовали заявитель Олег Орлов, адвокат Михаил Беньяш (представляет интересы Орлова и Черкасова), представители СУ СК РФ по ЧР Э. А. Мухаметов и прокуратуры ЧР Д. Ш. Асталов.

Судья не препятствовал заявителю и адвокату развернуто представить их позицию, которая состояла в следующем.

  • Заявители воспринимают эти слова Кадырова как прямую угрозу, которая может иметь тяжкие последствия для всех, кто критически высказывается в адрес властей ЧР.
  • В своём выступлении Кадыров, не называя имён, упомянул в крайне негативном аспекте инцидент, связанный с расследованием «Новой Газетой» и правозащитниками убийства 27-ми человек в расположении полка Патрульно-постовой службы полиции № 2 в Грозном. Таким образом, говоря об убийствах, запугивании и т. п., он имел в виду в том числе и сотрудников «Мемориала», занимающихся этим делом.
  • С момента выступления Кадырова его призыв расправляться с критиками властей ЧР последовательно воплощался в жизнь: в феврале 2020 года совершено нападение на адвоката Марину Дубровину и журналистку Елену Милашину в Грозном, и покушение на убийство живущего в Швеции чеченского блогера Тумсу Абдурахманова, в июле в Вене совершено убийство чеченского блогера Мамихана Умарова, в сентябре был похищен в Геленджике, подвергнут надругательству и, вероятно, убит модератор оппозиционного Telegram-канала «1Adat» Салман Тепсуркаев, а в Финляндии совершена попытка покушения на чеченского блогера Мусу Ломаева, в 2021 году в Германии пытались убить брата Абдурахманова.
  • Этими высказываниями Кадыров публично подрывал авторитет республиканской и федеральной власти, демонстрировал пренебрежение к законам страны, конституционным принципам и демократическим ценностям.
  • Впоследствии Кадыров попытался оправдать свои заявления ссылками на адаты (право обычая) и тем, что в бытовом общении обещание убить — всего лишь образ, оборот речи, который не следует воспринимать буквально. Эти самооправдания не выдерживают никакой критики, поскольку глава ЧР произносил эти слова не в бытовом разговоре, а на заседании республиканского правительства. Обращаясь к сидящим перед ним должностным лицам, Кадыров призывал вовлечь в преступную деятельность полицейских и чиновников.
  • Ранее в Верховном суде ЧР указали на то, что перевод слов Кадырова, приложенный к заявлению правозащитников, может быть неточен. Заявители уверены в его верности, поскольку он сделан носителем чеченского языка с высшим филологическим образованием. Тем не менее, мы просим в ходе проверки слов Кадырова поручить их перевод профессиональному переводчику и, если понадобится, осуществить психолого-лингвистическую экспертизу этих высказываний.
  • В заявлении правозащитники сообщали сведения о событиях конкретных преступлений. Такой документ должен быть зарегистрирован как сообщение о преступлении, по нему должна быть проведена проверка. Ответ из СУ СК РФ по ЧР, в котором содержится отказ в проведении проверки, нарушает права заявителей на эффективную правовую защиту.
  • Незаконный отказ в регистрации сообщения о преступлении запрещён. Заявители просят суд не только признать незаконным ответ из СУ СК РФ по ЧР, но и признать незаконным бездействие руководящих должностных лиц следственных органов в виде уклонения от регистрации и проверки сообщения о преступлении.

Свою позицию суду изложил и руководитель второго отдела процессуального контроля СУ СК РФ по ЧР Мухаметов, который 25 февраля 2020 года направил заявителям ответ. Он сообщил, что не является следователем, не может проводить доследственную проверку или поручить это сделать кому-то другому. Возглавляемый им отдел контролирует деятельность отделов по расследованию особо важных дел. Руководство поручило ему лишь подготовить ответ на обращение граждан, что он и сделал, указав, что в их обращении отсутствуют достаточные данные для проведения проверки. Оснований для регистрации этого обращения как сообщения о преступлении не усматривалось.

— Вы видеозапись выступления главы Чеченской Республики, о которой говорят заявители, исследовали? — спросил адвокат.

— Видел. Она была размещена в интернете.

— На чеченском языке? Или, может быть, там был перевод на русский?

— Нет, только на чеченском.

— Извиняюсь, я правильно понимаю, что чеченский язык родной для Вас? — продолжал спрашивать адвокат.

— Нет, я не понимаю по-чеченски, — неожиданно ответил руководитель отдела (позже выяснилось, что он приехал в Чечню из Ставропольского края 13 лет назад и за это время так и не овладел чеченским языком).

— Тогда каким же образом, не зная чеченского языка и исследуя видеозапись на чеченском языке, Вы сделали вывод, что эта запись не содержит те самые слова, о которых говорят заявители?

— Но ведь потом было дополнение на этот счёт. Была сделана ещё одна видеозапись с пояснениями со стороны самого главы.

— Я всё же спрашиваю о той самой видеозаписи выступления на заседании правительства. Правильно я понимаю, что в ходе рассмотрения заявления Вами не проводился анализ смысла произнесенного на этом заседании?

Вместо ответа вновь прозвучало утверждение, что состава каких-либо преступлений в словах Кадырова не усматривается.

Затем Мухаметов заявил, что приложенный к обращению перевод высказываний главы ЧР сделан неизвестно кем и есть серьезные основания сомневаться в его правильности.

— Проблема не в том, кто перевёл это выступление. Проблема в том, что Вы сами даже не попытались получить его перевод. А теперь совершенно непонятно, на каком основании Вы делаете те выводы, о которых говорите, — прокомментировал адвокат Беньяш. — И все же, если должностное лицо на совещании говорит подчинённым ему людям, что надо убивать журналистов, по Вашей оценке, в этих словах есть признаки состава преступления?

Мухаметов задумался.

— Это надо оценивать по последствиям. Если есть существенные последствия, то да, — ответил он. И добавил: Но в данном-то случае никаких таких последствий не усматривается.

— Вы упомянули про дополнение со стороны главы Республики. Вы имеете в виду его высказывания, сделанные позже в мечети, где он говорил о том, что его слова были неверно истолкованы? Но ведь это Рамзан Кадыров тоже говорил на чеченском языке. Как же Вы поняли, о чем он говорит? — задал вопрос Орлов.

— Не помню точно. Прошло уже много времени. На этот счет тоже были публикации СМИ в интернете.

— То есть я правильно понимаю, что Вы посмотрели в интернете публикации СМИ о выступлении главы ЧР на заседании правительства республики и изложили это в одном абзаце Вашего ответа нам? А потом посмотрели другие публикации СМИ уже о комментариях Рамзана Кадырова и изложили их в другом абзаце Вашего ответа? И в этом и заключалось Ваше рассмотрение нашего заявления? — уточнил Орлов.

— Нет, неправильно. Я ещё рассматривал само ваше обращение согласно нормам закона, приказу и ведомственными инструкциями. И на основании этого и написал ответ.

Добиться более внятного ответа от Мухаметова не представлялось возможным.

Прокурор Асталов сообщил суду, что не поддерживает жалобу.

— Вы утверждаете, что глава нашей республики давал кому-то указания, но при этом не сообщили, кому конкретно, — сказал он, обращаясь к Орлову.

— На записи выступления на заседании правительства видно, что глава республики выступал перед залом, в котором сидело много людей в погонах, в том числе и наверняка знакомых Вам, из республиканского МВД, — пояснил правозащитник. — Там же сидели и гражданские чиновники из многих ведомств, включая и министров республиканского правительства.

— Но ведь Вам должно быть хорошо известно, что сотрудники министерств внутренних дел не подчинены главам субъектов. Глава нашей республики не мог давать им указания. Глава нашей республики просто высказал своё мнение, воспользовался свободой слова. У нас ведь есть свобода слова, её никто не отменял, — парировал прокурор.

Реплика адвоката о том, что свобода слова не безгранична, что недопустимы призывы к незаконному насилию и противоправным действиям, тем более исходящие от должностного лица, осталась без внимания.

Прокурор продолжил:

— Руководитель второго отдела процессуального контроля республиканского Следственного Управления действовал в соответствии с федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ» и внутриведомственными приказами и инструкциями. Утверждения о том, что после слов главы республики где-то были совершены какие-то преступления, ничего не доказывают. Мало ли кто совершает разные преступления. Одно с другим не связано. Кроме того, перевод высказываний главы Республики, приложенный к обращению Орлова и Черкасова в следственные органы, сделан неизвестно кем, и есть серьёзные основания сомневаться в его правильности. Я считаю, что в этих высказывания ничего преступного нет, поскольку нет их официального перевода. Прошу суд отказать в удовлетворении жалобы.

Судья Дандаев удалился в совещательную комнату. Вернувшись оттуда через полчаса, он огласил постановление — в удовлетворении жалобы отказать.

Программа: Горячие точки

5 ноября 2019 года в эфире государственного телеканала ЧГТРК «Грозный» было показано выступление

Поделиться: