Уроженцу КБР, осуждённому за публичное оправдание терроризма в колонии, отказали в кассационной жалобе

12.11.2021

Ислама Тухужева осудили за разговоры в ШИЗО о гуманитарной деятельности в Сирии организации, признанной в России террористической 

Верховный суд России по делам военнослужащих отказал в удовлетворении кассационной жалобы по делу осуждённого в 2019 году за публичное оправдание терроризма 34-летнего уроженца КБР Ислама Тухужева и оставил решение нижестоящих судов без изменения. По версии следствия, Тухужев в феврале 2017 года «публично» оправдывал террористическую деятельность активной в Сирии организации «Джебхат ан-Нусра». Делал он это в присутствии «не менее трёх заключённых» в штрафном изоляторе ИК-5 (Ивановская область), где отбывал срок в 14 с половиной лет по делу о нападении на Нальчик (так называемое «дело 58-ми»; в марте 2020 года он должен был выйти на свободу). Тухужев отрицает свою вину. Его интересы в ВС представлял адвокат Иван Новиков, работающий по соглашению с Правозащитным центром «Мемориал». 
 
На заседании 11 ноября адвокат Иван Новиков просил суд отменить приговор, так как считает его необоснованным и незаконным, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием события преступления. По его мнению, право Тухужева на защиту «было уничтожено».
 
Основные доводы защитника:

  • Отсутствие публичности 

Тухужев вёл частный разговор с четырьмя сокамерниками в штрафном изоляторе ИК-5 (закрытый режимный объект), обсуждал гражданскую войну в Сирии и причины, которые к ней привели, критически отзывался о политике президента Сирии Башара Асада. Он рассуждал о бедственном положении суннитов в этой стране и говорил, что они были вынуждены противостоять режиму тирана. Тухужев не делал никаких публичных заявлений, никого не призывал к насилию и не был инициатором этого диалога. Он отвечал на вопросы «секретного свидетеля» — на самом деле агента-подстрекателя.

  • Секретные свидетели 

Обвинение ссылается на показания двух необоснованно засекреченных свидетелей «Иванова» и «Смирнова». Суды первой и апелляционной инстанции не учли, что у Тухужева не было реальной возможности их допросить и продемонстрировать несостоятельность их показаний. Выводы суда об отсутствии у этих свидетелей причин для оговора Тухужева были не обоснованы, его конституционное право на защиту — незаконно ограничено. Таким образом, был нарушен принцип равенства сторон. Также показания этих «свидетелей» не соответствуют расшифровкам аудиозаписей их разговоров.

  • Незаконные оперативно-розыскные мероприятия  

В колонии в отношении Тухужева ФСБ проводила оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» — записывали на аудио всё, что  происходило в штрафном изоляторе, где он содержался. Выводы суда об их законности не подтверждаются материалами уголовного дела. Допрошенный в качестве свидетеля на суде оперативник УФСБ по Ивановской области С. Куприянов утверждал, что основанием для «наблюдения» послужила «оперативная информация об оправдании Тухужевым идеологии и практики терроризма. Якобы, по его мнению, действия террористов правильны и нуждаются в поддержке и подражании. Вопреки этим показаниям, на записях, судя по расшифровкам, Тухужев неоднократно негативно оценивал деятельность «Исламского государства» (террористическая организация, запрещённая в России) из-за насильственных методов, которые она применяет.

  • Нарушение принципа презумпции невиновности 

В противовес «Исламскому государству» Тухужев упоминал другую организацию, участвующую в конфликте в Сирии, — «Джебхат ан-Нусра» (признана террористической и запрещена в России). Он делал акцент на том, что эта организация занимается гуманитарной деятельностью и не прибегает к насилию. Доводы суда, что Тухужев из СМИ знал о включении «Джебхат ан-Нусра» в список террористических организаций, запрещённых в России, необоснован. Показания Тухужева не были опровергнуты. Суд не учёл, что Тухужев в то время не был в жилой в зоне — он содержался в штрафном изоляторе, а значит, его доступ к СМИ был ограничен.
Также в основу обвинения легло лингвистическое заключение Института криминалистики ФСБ, обнаружившего в словах Тухужева оправдание терроризма. Привлечённый защитой специалист, напротив, пришёл к выводу, что Тухужев в этом разговоре не оправдывал терроризм. Но суд отверг это заключение, усомнившись в его объективности, так как «оно основано на данных, представленных стороной защиты и сделано без учёта всех необходимых для этого материалов».
 
По мнению адвоката Новикова, такое обоснование нарушает равенство сторон. Во-первых, оно исходит из заведомо установленной негодности доказательств, представленных стороной защиты. Во-вторых, лишает защиту возможности оспорить экспертное заключение, выполненное по ходатайству стороны обвинения. Более того, экспертизу проводил Институт криминалистики ФСБ, следовательно, она не была проведена в независимом учреждении, так как уголовное дело в отношении Тухужева тоже возбудила ФСБ.

  • Суд не вызвал свидетелей защиты 

Адвокат Новиков и его подзащитный ходатайствовали о вызове в суд сокамерников Тухужева — они находились с ним в едином помещении камерного типа (ЕПКТ) 
шесть месяцев, которые предшествовали инкриминируемым Тухужеву деяниям. Они могли подтвердить, что он не разделял идеологию террористов, не оправдывал её и не распространял. Тухужев неоднократно заявлял, что «секретные свидетели» знали о прослушке в штрафном изоляторе и намеренно задавали ему провокационные вопросы. Но суд не принял эти показания во внимание.
 

  • 20 февраля 2019 года УФСБ Ивановской области возбудило в отношении Ислама Тухужева уголовное дело о публичном оправдании терроризма (ч.1 ст. 205.2 УК).
  • 19 октября 2-й Западный окружной военный суд признал Тухужева виновным и приговорил его к трём годам и двум месяцам колонии строгого режима. Апелляционная инстанция приговор подтвердила.
  • В ноябре 2020 года юристы ПЦ «Мемориал» Марина Агальцова и Абу Магомадов подали жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в интересах Тухужева. Они считают, что его в деле нарушены статьи 6 (право на справедливое судебное разбирательство), 7 (наказание исключительно на основании закона) и 10 (право на свободу выражения мнения) Конвенции.

Поделиться: