Конституционный суд Ингушетии поддержал Мадину Дзортову — вынужденную переселенку из Чечни

23.04.2019

Она просила признать незаконным постановление правительства Ингушетии, в соответствии с которым переселенцы лишаются такого статуса и права на получение жилья, если государство им когда-либо предоставляло «иную поддержку».

27 февраля 2019 года Конституционный Суд Ингушетии удовлетворил жалобу руководителя инициативной группы вынужденных переселенцев из Чечни Мадины Дзортовой. Она просила признать незаконным постановление правительства Ингушетии, в соответствии с которым переселенцы лишаются такого статуса и права на получение жилья, если государство им когда-либо предоставляло «иную поддержку». В случае с Дзортовой «иная поддержка» составила 23 846,4 рублей. Жалоба была составлена при содействии юриста ПЦ «Мемориал» Любови Годоборшевой. В Ингушетии около тысячи вынужденных переселенцев оказались в такой же ситуации, как и Дзортова. Это решение для них очень важно и вселяет надежду на то, что государство все же не снимает с себя проблему их жилищного обеспечения.

Жительница Грозного Мадина Дзортова была вынуждена бросить все и бежать в Ингушетию в начале войны в декабре 1994 года. Впоследствии власти Чечни незаконно передали её дом в пользование другим людям, а попытки вернуть его через суд потерпели неудачу. В Ингушетии Мадина проживает уже более двадцати лет, скитаясь по чужим углам. Дом ее родственников, в котором она сейчас живет, признан аварийным.

В Ингушетии Мадине был предоставлен статус вынужденного переселенца, и она была включена в список нуждающихся в жилье. Однако в 2016 году Дзортова была признана утратившей статус вынужденного переселенца на основании изменений Закона РФ «О вынужденных переселенцах» и исключена из списка лиц, нуждающихся в жилищном обеспечении на основании Постановления Правительства Ингушетии от 12 сентября 2014 года № 180.

Общая ситуация

Включенные в список нуждающихся в жилье вынужденные переселенцы стоят в общей очереди на «улучшение жилищных условий» в субъекте РФ, где они зарегистрированы. Большинство семей из этого списка действительно ждут именно улучшения, но у вынужденных переселенцев обычно нет никакого жилья. Ежегодно в каждый субъект РФ направляются государственные жилищные сертификаты (ГЖС) непосредственно для вынужденных переселенцев. Тогда некоторое число семей получают реальную возможность купить себе жилье и выбывают из общей очереди. В 2018 год всего по России для вынужденных переселенцев было выделено 1668 ГЖС, что примерно в 10 раз меньше необходимого для удовлетворения потребности в жилье всех официально признанных нуждающимися. На Ингушетию был выдан 201 сертификат. Очередь идет крайне медленно, часть семей вынужденных переселенцев стоит в ней уже более 20 лет. И все же у них до последних лет сохранялась надежда получить жилье.

Однако 30 декабря 2015 года в Закон «О вынужденных переселенцев» были внесены изменения: все вынужденные переселенцы, получившие любую поддержку, направленную на улучшение жилищных условий, утрачивают свой статус. Таким образом, государство, которое не смогло или не захотело защитить своих граждан от потери жилья, сняло с себя обязанности по их жилищному обеспечению. Согласно изменениям, вынужденные переселенцы, которые получили ничтожную (120 тысяч рублей на семью, а некоторые и того меньше) компенсацию за утраченное жилье и имущество во время военных действий в Чеченской Республике или какую-либо другую незначительную помощь от правительства, лишаются статуса и снимаются с жилищного учета. Эти изменения обернулись трагедией для тысяч семей.

Органы власти в субъектах РФ в 2016 -2017 годах начали в массовом порядке принимать решения об утрате статуса вынужденных переселенцев и, соответственно, снятии с льготной очереди на получение жилья.

Ситуация в Ингушетии

По официальным данным, опубликованным в сентябре 2018 года, в Ингушетии из списка вынужденных переселенцев, нуждающихся в жилье, исключили 2 151 семью (10 582 человека). Основная причина исключения — лишение статуса вынужденного переселенца из-за получения денежной компенсации или безвозмездной субсидии.

Изменению закона предшествовали решения на местном уровне. Так Постановлением Правительства Ингушетии от 12 сентября 2014 года № 180 было утверждено Положение о жилищном обустройстве вынужденных переселенцев из Чеченской Республики в рамках подпрограммы «Социально-экономическое развитие Республики Ингушетия на 2014 — 2016 годы». Согласно подпункту «д» пункта 3 этого Положения, вынужденные переселенцы не имеют право на получения жилья, если государство выделило им иной вид помощи на строительство (приобретение) оного. В случае Дзортовой такой государственной помощью стала безвозвратная ссуда в размере 23 846, 4 рублей, выделенная ей на приобретение жилья в 1999 году.

Статус вынужденного переселенца не был продлен Мадине именно на основании поправок в Закон «О вынужденных переселенцах» от 2015 года.

Слушанья в Конституционном суде Ингушетии

В Конституционном Суде Ингушетии Малина Дзортова сама представляла свои интересы, поскольку подготовившая жалобу Любовь Годоборшева была занята в другом процессе. В суде присутствовали также представители Народного Собрания Ингушетии и Уполномоченного по правам человека Ингушетии, который поддержал позицию заявительницы.

Позиция заявителя состояла в том, что, снимая Мадину Дзортову с учета, правительство фактически нарушает ее конституционное право на жилище, выраженное в статье 40 Конституции России, ее положение не соответствует принципу равенства по отношению к вынужденным переселенцам, которые ранее получили жилье, и ухудшается по сравнению с тем, в котором она находилась до этого.

Кроме того, постановление Правительства России от 8 ноября 2000 г. № 845, которое легло в основу ингушского документа, признано утратившим силу в 2016 году. Соответственно, необходимо было бы признать недействующим и постановление республиканского правительства.

Сторону ответчика представляли юристы Правительства Ингушетии, Управления по делам миграции МВД по Ингушетии и Министерства по внешним связям, национальной политике, печати и информации. Они практически ничего не смогли возразить на доводы заявительницы, ссылаясь лишь на недостаточное финансирование и на то, что не могут изменить сложившуюся общероссийскую практику по таким делам. Они подтвердили, что ситуация усугубилась после того, как в декабре 2015 года Государственная Дума России внесла в Федеральный закон «О вынужденных переселенцах» указанные выше поправки.

Доводы ответчиков и меют свои резоны, что не меняет правовой оценки законодательных и нормативных изменений, а также практики их применения.

По поводу создавшейся ситуации запрос в Правительство направил Глава Республики Ингушетии Юнус-Бек Евкуров. По нашим сведениям, ответ не был получен. Обсуждалась положение и с Уполномоченным по правам человек в России Татьяной Москальковой. Однако изменений в отношении жилищных прав вынужденных переселенцев пока не ожидается.

Постановление Конституционного суда Ингушетии

Конституционный суд Республики Ингушетия постановил:

  • подпункт «д» пункта 3 Положения противоречит нескольким статьям Конституции республики: части 1 статьи 18 (равенство перед законом), частям 1 и 3 статьи 39 (право на жилье и предоставление жилья бесплатно или за доступную плату малоимущим) и части 3 статьи 54 (права и свободы могут быть ограничены только в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, обеспечения обороны страны, безопасности государства) во взаимосвязи с частью 2 статьи 7 (Конституция Ингушетии, ее законы и нормативные акты не должны противоречить Конституции России и федеральному закону).

  • Парламенту Ингушетии надлежит — исходя из требований Конституции Ингушетии и с учетом основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Ингушетии, выраженных в настоящем Постановлении, — законодательно урегулировать вопросы предоставления жилья из жилищного фонда Ингушетии лицам из числа вынужденных переселенцев, покинувших безвозвратно Чеченскую Республику и изъявивших желание остаться на постоянное место жительства в Ингушетии, состоящих в органах местного самоуправления на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий.

  • До внесения соответствующих изменений в действующее правовое регулирование нормативное предписание, содержащееся в подпункте «д» пункта 3 Положения не может служить основанием для отказа в предоставлении жилья из жилищного фонда Ингушетии вынужденным переселенцем из Чечни, которые изъявили желание остаться на постоянное место жительства в Ингушетии и состоят в органах местного самоуправления на учете в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий, даже если они утратили статус вынужденного переселенца в связи с изменениями, внесенными в Закон Российской Федерации «О вынужденных переселенцах» Федеральным законом от 30 декабря 2015 года № 467-ФЗ.

Таким образом, Конституционный суд Ингушетии полностью удовлетворил жалобу Мадины Дзортовой и тем самым предоставил не только Дзортовой, но и всем другим вынужденным переселенцам, оказавшихся в схожей ситуации с заявительницей, шанс на получения жилья в Ингушетии. При этом Конституционный Суд Ингушетии не восстановил и не мог восстановить статус вынужденного переселенца, который Мадина имела до 2016 года., преодолеть норму закона России

Более того, решение Конституционного суда Республики Ингушетии будет обязательно для всех республиканских органов власти, и этот прецедент станет хорошим заделом для направления жалобы в Конституционный суд России с требованием отменить поправку к федеральному закону, противоречащую конституционному праву на жилище и принципу равенства перед законом.

Позиция правозащитников

Внеся в 2015 году указанные поправки в Закон РФ «О вынужденных переселенцах», законодатель нарушил сразу несколько статей Конституции Российской Федерации. Согласно части 1 ст. 54 Закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Согласно части 2 ст. 55 в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Согласно части 1 ст. 40. Каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища. Фактически, принимая указанные поправки, законодатель задним числом лишил вынужденных переселенцев ожидаемого и уже обещанного жилья.

Тот факт, что полученных от государства сумм не хватает на обеспечение жильем, неоднократно подтверждали суды от местного уровня до Верховного суда России. Так еще 24 апреля 2002 года Верховный Суд РФ признал незаконным и недействующим положение Постановления Правительства от 30 апреля 1997 г. № 510, согласно которому получившие компенсацию вынужденные переселенцы снимались с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий, поскольку выплаченной компенсации недостаточно для решения жилищной проблемы.

Вынужденным переселенцам не раз приходилось обращаться в суды субъектов РФ для продления своего статуса, ссылаясь на это решение Верховного Суда. Таким образом продлевала свой статус вынужденного переселенца и Мадина Дзортова

Надо отметить, что в ноябре 2017 года аналогичного успеха добилась семья вынужденных переселенцев Панюшкиных в Европейском Суде по правам человека. ЕСПЧ признал выселение вынужденных переселенцев из жилья при утрате этого статуса нарушением права на уважение жилища, регламентированного статьей 8 (право на уважение частной и семейной жизни) Конвенции о защите прав человека и основных свобод (жалоба № 47056/11 «против России»). Суд признал, что утрата статуса не может повлечь за собой потерю права на жилище. Интересы заявителей в ЕСПЧ также представляла адвокат Сети «Миграция и Право» Ольга Цейтлина.

После выигранной 27 февраля 2019 года жалобы в Конституционном Суде Ингушетии вынужденные переселенцы получили стимул на этом не останавливаться. Они намерены обратиться в Конституционный суд России с жалобой на поправки 2015 года. Представляется, что все основания для этого у них есть.