«Они были подвергнуты страшным пыткам»

16.02.2021

Почему власти не расследуют сообщения о возможной казни 27 человек в Чечне

Российское издание «Новая газета» утверждает, что в Чечне без суда казнили 27 человек, предположительно, причастных к нападению на отделение полиции в декабре 2016 года. Издание опубликовало новое расследование, в нем утверждается, что перед казнью людей заставляли присягать на верность так называемому «Исламскому государству».

В ночь на 18 декабря 2016 года в Грозном произошло несколько нападений на полицейских. Началась перестрелка, по информации властей, нападавшие пытались завладеть оружием силовиков. На следующий день глава Чечни Рамзан Кадыров сообщил, что участники нападения пойманы и «нейтрализованы».

В течение следующих нескольких недель силовики задержали по подозрению в причастности к атакам на полицейских десятки человек. Часть из них отпустили, часть осудили и отправили отбывать наказание. Летом 2017-го «Новая газета» впервые сообщила о 27 убитых из числа задержанных и передала информацию в Следственный комитет. Там провели доследственную проверку, но чеченские силовики отрицали даже сам факт массовых задержаний.

При этом одного из предположительно казненных, по данным «Новой газеты», Адама Дасаева, показывают в новостном сюжете «Грозный ТВ». Рядом с ним в кадре — командир полка имени Кадырова Аслан Ирасханов и спикер чеченского парламента Магомед Даудов. Брат Адама Дасаева, впоследствии осужденный, тоже присутствует на видео — рядом с самим Кадыровым.

Вскоре после этих событий экстремистская группировка «Исламское государство» опубликовала видео присяги 11 человек, в том числе некоторых участников нападения, однако лица троих человек на записи были скрыты. «Новая газета» предположила, что видео могли найти в телефоне у одного из задержанных, а возможность подкорректировать видео была только у чеченских силовиков. Также издание уверено, что видео с признаниями и отречением от «ИГИЛ» — постановочные и были записаны чеченскими силовиками после массовых задержаний. А следовательно, эти люди не уехали в Сирию, а, по данным «Новой газеты», были казнены властями Чечни.

Почему в Чечне не проводятся расследования о возможных внесудебных казнях и исчезновениях людей, Настоящему Времени рассказал член совета правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов.

 

— «Мемориал» тоже занимался расследованием этих предполагаемых казней. К каким выводам пришли вы?

— Собственно говоря, занимались вместе с «Новой газетой». «Мемориал», «Комитет против пыток», правозащитная НКО «Правовая инициатива» — мы все вместе работали, и вывод очевидный: эти люди были задержаны в основном дома, на глазах свидетелей увезены в полк патрульно-постовой службы, там они подвергались длительным пыткам. А вообще в полку патрульно-постовой службы № 2 имени Ахмат-Хаджи Кадырова в центре Грозного уже много лет существует страшная пыточная секретная тюрьма. Все это знают, всем это очевидно, но она продолжает до сих пор действовать. Оттуда, из этой тюрьмы, уже трупы этих людей были вывезены. Их убили, их не расстреляли, их по-разному убили, в том числе задушили на территории полка патрульно-постовой службы.

Главное в этой истории, кроме этих ужасных подробностей, то, что на протяжении уже ряда лет федеральные, подчеркиваю, федеральные следственные органы упорно не желают расследовать это преступление, вот мы им массу фактов вываливаем. По-моему, мы за них провели все это расследование. Но они упорно не желают расследовать это дело, осуществляется саботаж расследования, и, собственно говоря, даже не возбуждается уголовное дело.

— Можете нам подробнее рассказать, кто были эти люди, кого задержали. Вы говорите, что на глазах у родственников. А кто они были: они были критики Кадырова, они были реальные какие-то преступники, то есть их вина доказана вообще?

— Послушайте, вина может быть доказана в ходе официального следствия, а потом суда. В отношении них не было ни следствия, ни суда, им не было предъявлено никакого официального обвинения. Эти люди, часть из них по крайней мере, подозревались в совершении преступлений террористического характера. Об этом говорят полученные «Новой газетой» и исследованные нами и проверенные официальные документы, так называемые фототаблицы, они частично опубликованы в «Новой газете», где есть фотография задержанного уже человека, его установочные данные и объяснение, на каком основании они задержаны.

Там написано против большинства из них: «Подозревается в участии в незаконных вооруженных формированиях». В отношении некоторых там даже сказано «амир», то есть командир незаконного вооруженного формирования, это написано. Но этому грош цена, про каждого из нас — и про вас, и про меня, и про кого угодно — это можно написать. Это должно быть доказано. На то и есть следствие.

Вместо этого их привозят в полк патрульно-постовой службы, пытают, убивают. Одних там пытают и убивают эти 27 человек. Других оттуда выводят на уже официальное следствие, люди эти там другие, признаются во всем, что им инкриминируется, в самых нелепых подчас вещах, в которых их обвиняют. И тех, кто выживает и выходит оттуда живым, но покалеченным, пропускают через суды. Суды — это тоже филькина грамота. Понимаете, эти приговоры просто филькина грамота, потому что к праву все это не имеет никакого отношения.

Но есть бесспорные доказательства, что все эти люди: и убитые, и тех, кого потом уже через некоторое время, через месяц-два после их реального фактического задержания оформили, то есть он исчез месяц или два назад, а потом его уже как бы официально задерживают — все эти люди были подвергнуты страшным пыткам и издевательствам. Реальных доказательств вины в отношении ни одного из этих людей так и не было представлено.

— На каком этапе останавливается расследование? Кто та структура, человек, которые не дают делу о казнях в Чечне двигаться дальше? Это все Следственный комитет, и дальше никуда?

— Это очень важный вопрос. Дело в том, что есть некоторое заблуждение. Вот говорят: «В Чечне невозможно расследовать, там все следственные органы находятся под полным контролем Кадырова». Давайте выведем на федеральный уровень. Помнится, когда по другим преступлениям: геев задерживали, пытали, убивали — госпожа Москалькова, уполномоченная по правам человека говорила с Путиным, что надо вывести расследование на федеральный уровень, чтобы вне Чечни. Путин важно кивал и сказал: «Да-да, конечно».

Но вот хорошо, вот расследование убийства этих 27 было выведено на федеральный уровень, проводила доследственную проверку Главное следственное управление по Северо-Кавказскому федеральному округу, это федеральная структура. Именно на уровне этой федеральной структуры все и затормозилось. Эти следователи ведь пользуются в основном теми данными, которые им предоставляет полиция Чеченской республики, и они берут на полную веру, что им напишут эти полицейские.

Вот полицейские написали: «Слушайте, вот из этих 27 никто не задерживал 22, у нас есть данные, они все уехали в Сирию». И следователи берут это на веру и даже не проводят биллинг телефонов, которые находились в руках этих людей, которые якобы уезжали в Сирию. Но это ж первое, что надо было сделать, ну и так далее. Они не делают самых простых, элементарных следственных действий — это саботаж, саботаж расследования.

Катерина Кочкина, Игорь Севрюгин

Программа: Горячие точки

В статье «Это была казнь», опубликованной 10 июля 2017 года «Новой газетой

Поделиться: