Суд над Оюбом Титиевым: день четвертый

08.08.2018

В качестве свидетеля допрошен следователь Курчалоевского РОВД Нурид Саламов, который возглавлял следственную группу, работавшую по делу Оюба Титиева.

Следователь Н. Саламов возглавлял следственную группу по делу Оюба Титиева до 26 января 2018 года, когда в ходе очной ставки свидетель не смог опознать Оюба Титиева, о чем был составлен протокол опознания. На следующий день выяснилось, что следствие решило «переиграть» неугодные для них отрицательные результаты опознания, представив все так, будто на самом деле свидетель опознал Оюба, а некомпетентный следователь неверно оформил протокол. После этого расследование передали другому следователю, а Н. Саламова перевели в категорию свидетелей.

* * *

В ходе допроса в суде Саламов рассказал, что познакомился с Оюбом Титиевым при возбуждении против него уголовного дела. На какие-либо нарушения закона Оюб ему не жаловался, об инсцинировке его задержания не заявлял, но показания давать отказался, сославшись на ст. 51 Конституции РФ. Информацией об обстоятельствах задержания Оюба он не располагает, на каком основании его задержали – не помнит. По словам следователя, он не видел у Оюба на момент его задержания никаких документов, при этом в материалах доследственной проверки была копия паспорта. При попытке адвоката П. Заикина выяснить, как могла быть получена копия при отсутствии самого паспорта, Саламов заявил, что паспорт у Оюба все-таки был, но никаких других документов не было, в том числе водительского удостоверения. Следователь посчитал достаточным для возбуждения уголовного дела то, что в машине Оюба был найден наркотик, дальнейших действий, чтобы определить, какое отношение имеет Оюб к найденному наркотику, он не предпринимал.

Адвокат Петр Заикин отметил, что следователем Саламовым допущено множество нарушений УПК РФ и добавил, что защите пока ничего не известно о судьбе заявления о хищении дорогостоящего оборудования из машины Оюба Титиева.

Кроме того, был допрошен сосед Оюба Титиева. Он охарактеризовал Оюба исключительно положительно, сказал, что никогда не видел Оюба в состоянии опьянения и что тот постоянно занимался спортом.

Также в ходе заседания Петр Заикин заявил ходатайство об отводе прокурору Байтаевой. По его мнению, она продемонстрировала личную заинтересованность в исходе дела, допустила ряд грубых нарушений УПК, говорящих о её некомпетентности, мешала стороне защиты задавать вопросы свидетелю. Суд отклонил ходатайство как необоснованное.

* * *

Чтобы дать представление, в каком стиле проходит процесс, мы публикуем подробные записи, фактически — стенограмму заседания, сделанные сотрудником «Мемориала» в зале суда. Следующее заседание назначено на 9 августа 2018 г.

* * *

Сегодня в зале много людей. Четверо дипломатов - из посольства Франции, Германии и двое из представительства Евросоюза, Таня Локшина из Human Rights Watch, Александр Черкасов из Мемориала, Кавказский узел, ДОШ, Новая газета, адвокат из Дагестана Зияутдин Увайсов, Анн Нейстат из Эмнести интернешнл и родные.

Также здесь председатель Совета при главе ЧР по развитию гражданского общества и правам человека Тимур Алиев, член Общественной палаты Мансур Солтаев и СМИ Чечня сегодня.

1(23) Первый свидетель Шахиев Ахмед Махмудович, 1974 г.р. Живет в Курчалое.

Свидетель - сосед Оюба. Говорит, неприязненных отношений между ними нет.

С рождения живёт по соседству с Оюбом.

В последнее время у Оюба была машина "Лада Калина", как давно - не помнит.

Общались, ходили друг к другу в гости по праздникам.

Чтобы кто-то другой управлял машиной Оюба, не видел.

Со двора свидетеля не видно, что происходит во дворе Оюба.

Место въезда во двор тоже не просматривается.

Иногда видел, как Оюб выходил на работу и заходил потом.

8 и 9 января не видел, как Оюб выезжал на своей машине из двора.

По словам свидетеля, машина Оюба - стальной хэтчбек, без тонировки. Больше эту машину не замечал нигде.

В отдел полиции его никогда не вызвали. Допрашивал у него дома "калмык толстый", протокол оформлен от руки.

Прокурор Байтаева просит вопросы Заикина снять. Адвокат отвечает, что прокурор превышает свои полномочия и, если это будет продолжаться, ей заявят отвод.

Заикин продолжает допрос. Свидетель никогда не видел Оюба в состоянии опьянения. Но он постоянно занимался спортом, бегал.

О круге общения Оюба ничего не знает.

Во сколько Оюб обычно выезжал на работу, не помнит.

Охарактеризовать Оюба как односельчанина может только с хорошей стороны.

Свидетеля, кроме "этого калмыка", никто не допрашивал. Только потом в Грозный приезжал, "писали протокол".

Заикин ходатайствует об исследовании протокола допроса свидетеля на предварительном следствии.

Свидетель подтверждает, что на протоколе его подписи.

Кто допрашивал его в Грозном, не помнит. Протокол допроса вели на компьютере, свидетель его подписывал.

Калмык из Курчалоевского РОВД, который допрашивал в первый раз, пришёл к свидетелю домой и сказал, что ему надо поехать в Грозный и дать показания.

Где именно допрашивал - не знает, не разбирается в этом.

Дубровина ходатайствует об оглашении протокола допроса.

Байтаева против.

Оглашается протокол.

Допрашивал следователь Хадукаев 10 марта, судя по протоколу.

Допрашивали летом, но это неточно.

2(24) Саламов Нурид Денильбекович, 1987 г.р. Живет в Гелдагане, работает следователем в Курчалоевском РОВД.

Знаком с Оюбом с момента возбуждения уголовного дела.

В начале января возбудил дело в отношении Титиева. Сначала отказался давать показания по ст.51. Следователь предъявил обвинение, провел ряд следственных действий и потом ходатайствовал об избрании меры пресечения.

Почему воспользовался статьёй 51, не мотивировал.

Вину не признавал.

Адвокат присутствовал.

Конкретных недовольств Оюб следователю не высказывал.

С момента возбуждения дела была создана следственная группа во главе с Саламовым. Ещё были следователи Агабеков и Муратов.

9 января вечером было возбуждено дело.

После возбуждения дела увидел Оюба впервые вечером.

В кабинет зашли вместе с адвокатом Тельхиговым.

Насколько Саламов помнит, никто больше с ними не заходил.

На момент возбуждения дела где находился Оюб, не знает.

Явку Оюба обеспечил, возможно, один из сотрудников угрозыска.

До возбуждения уголовного дела, с момента фактической остановки, Оюб не обращался к следователю о недозволенных методах.

Об обстоятельствах задержания что говорили, не помнит, это есть в материалах дела, говорит.

Сколько человек остановило Оюба, по материалам, не помнит. Больше двух, автоинспекторы. Были ли там другие сотрудники, не знает, "я там не был", в материалах про других не написано.

Хутаев и Гараев - фамилии автоинспекторов.

Следователь осматривал и опечатывал машину Оюба. Заикин пытается выяснить, куда она была поставлена, на какую стоянку, под навес или нет.

Следователь рисует схему.

Теперь все смотрят схему.

При осмотре машины открывал двери, все осматривал без повреждения.

Заикин пытается выяснить, как близко стояла машина к заборам и другим преградам.

Заикин просит осмотреть фото машины, которые сделал следователь тогда.

Заикин: защите пока ничего не известно о судьбе заявления о хищении дорогостоящего оборудования из машины Оюба, которое во время следственных действий было подано следователю Хадукаеву. При этом сам следователь Хадукаев отметил признаки вскрытия.

В следственном отделе адвокатам отказывались давать ответ (Заикин был там четырежды с этой целью, Дубровина - дважды), говорили, что сообщат о результатах до начала процесса по существу.

Но ответа до сих пор нет.

Судья постановила обозреть протокол осмотра предмета.

Осмотрели все вместе фотографии.

Заикин: расстояние между правой частью автомобиля и рядом проходящей трубой менее метра. Водительская дверь "Калины" в распахнутом состоянии - около метра. Свидетель: насколько я помню, все двери при осмотре открывал. Заикин: на фото видно, что дверь приоткрыта и упирается в трубу. Возможно ли было осмотреть так водительское сидение? Свидетель: если я осматривал, то конечно. На момент осмотра признаков вскрытия не было.

Никаких вскрытых полостей не было и не осматривал. Бардачок осматривал. Все это делал лично Саламов, никто ему не помогал.

Заикин спрашивает, были ли мобильные телефоны там. Свидетель: протокол только что зачитан, если там не было про телефоны, значит, их там и не было.

Когда Оюб с адвокатом были в кабинете у следователя, Оюбу никто не звонил и вроде бы телефонов у него не было. Личный досмотр Оюба свидетель не проводил.

Что было у Оюба при себе на момент его процессуального задержания, не помнит.

Документов вроде бы при нем не видел.

В материалах доследственной проверки, по словам Саламова, была копия паспорта.

Заикин просит осмотреть материалы дела, чтобы понять, как получили копию паспорта при отсутствии самого паспорта.

Каким документом была установлена личность Оюба, узнать принципиально. Была совершена масса должностных нарушений, говорит Заикин.

Саламов говорит, что без установления личности он не мог возбуждать дело.

Заикин говорит, что он 8 месяцев ждал этого момента - узнать наконец, как устанавливали личность Оюба.

Суд оглашает первичные документы.

У стороны защиты, у суда и у обвиняемого одни документы, а у гособвинения - другие прокурор говорит, что у них материалы надзорного производства.

Такая ситуация - повод для возвращения дела прокурору, говорит Заикин.

Когда возбуждали дело, как устанавливали личность - это интересует защиту.

Во всех рапортах его установочные данные есть.

Был ли при задержании Оюба паспорт при нем? Следователь говорит, был.

Других документов не было, в том числе водительского удостоверения. Где оно было, следователь говорит - спросите у самого Титиева.

На каком основании задержали Оюба, следователь не помнит.

Вроде бы за два нарушения, в том числе за светофор.

Прокурор на чеченском языке говорит что-то следователю.

Следователь сказал, что то, что Заикин пьёт воду во время его ответов, - это проявление неуважения.

Обязательные к исполнению указания даёт начальник следствия письменно. Они не приобщаются к материалам дела. Заикин спросил, почему в деле Оюба они не приобщены. Следователь говорит, что у них такая практика. Заикин: по УПК надо приобщать

Следователь описывал все, что было в машине

Если бы обнаружил оборудование, не предусмотренное конструкцией, тоже зафиксировал бы.

Следователь: не было регистратора, антенн не помнит. Больше тоже ничего не было.

Заикин просит посмотреть фото лобового стекла машины Оюба. Снег на лобовом стекле, из-за него не видно, что установлено внизу лобового стекла. Внутри в районе передней панели тоже фото не делали.

Следователь посчитал, что фото этих частей не нужны.

Повреждения с левой стороны не замечал.

Ключи от машины предоставили с материалами уголовного дела, передал начальник следствия. Были ли ключи опечатаны, не помнит.

В этой же связке вроде бы был ещё один ключ, от чего он был, следователь не знает, но он по размеру был меньше.

Следователь задавал вопрос Оюбу, были ли у него телефоны. У Оюба не было. Всё это происходило при адвокате.

Была небольшая перепалка, в итоге стороны согласились, что мы не на базаре, а в суде.

Следователь никаких материальных ценностей у Оюба не изымал.

О том, что у Оюба при задержании был при себе травмат, свидетель не знает.

Заикин объявляет отвод прокурору Байтаевой. Она продемонстрировала личную заинтересованность в исходе дела, считает защитник. Грубые нарушения УПК, говорящие о её некомпетентности, дают повод заявит отвод.

Байтаева говорит, что подтверждений ее заинтересованности защита не предоставила.

Гособвинение против того, чтобы защитники задавали свидетелю одни и те же вопросы.

Заикин: прокурор постоянно мешает задавать вопросы, комментирует их. Видимо, у нее, помимо служебной заинтересованности, есть какая-то иная.

Оюб: с самого начала суда моему защитнику угрожают. Каждая угроза, прозвучавшая в его адрес, - это угроза в мой адрес. Мой адвокат - боевой офицер с наградами. Мы не боимся никаких угроз - ни он, ни я.

Суд удалился в совещательную комнату.

Перерыв до 14:00.

Отвода прокурора Байтаевой не будет, ходатайство не обосновано.

Судья поясняет Оюбу: процесс у нас эмоциональный, поэтому угроз не звучит, это эмоции.

Продолжаем допрос следователя Саламова.

Кобуру на поясном ремне и плечевой кобуры свидетель не видел у Оюба.

То, что у Оюба не было телефона, следователя не удивило: я иногда сам выхожу из дома, забыв телефон.

Были ли попытки при помощи биллинга определить местонахождение Оюба, свидетель не помнит.

О том, что была инсценировка задержания и что тогда у Оюба изъяли вещи, Оюб следователю не сообщал, говорит Саламов.

Ключи от автомобиля после осмотра передал в тыловые службы. Ключи не были опечатаны.

Обстоятельства вскрытия машины Хадукаев не выяснял у Саламова.

Третьи лица тоже не сообщали Саламову, что есть признаки вскрытия автомобиля.

Машину опечатал бирками, скотчем и сверху печать. Это есть в фототаблицах, говорит свидетель.

Он почему-то много смеётся.

Какая дата стояла на бирках, не помнит.

Дубровина пытается выяснить, какое отношение пакет, найденный в машине, имеет к Оюбу. Что на этот счёт установил следователь.

Свидетель говорит: было установлено в ходе следствия.

Каким образом установил причастность Титиева к этому пакету, спрашивает Дубровина. Следователь посчитал достаточным для возбуждения уголовного дела то, что в машине Оюба было найдено наркотическое средство.

Материал проверки был.

Личный досмотр человека, подозреваемого в незаконном обороте наркотиков, - аксиома, говорит Заикин. Саламов его не провел почему-то.

Автоинспектор при задержании тоже не проводил.

Заикин интересуется, как на смывах могли быть обнаружены наркотики, а под ногтями нет. Следователь отвечает: смотря как брать наркотики, пальцами или ноготками.

На бирке, которой был опечатан пакет с веществом растительного происхождения, была подпись понятного. Была ли подпись Оюба, не помнит.

Где был Оюб с момента осмотра места происшествия и до того, как Оюба завели в его кабинет, следователь предполагает, что у сотрудников угрозыска или в наркодиспансере.

Признаков опьянения у Оюба не было.

С какого момента Оюба фактически лишили свободы, не знает.

Почему не выяснял, где Оюб находился с момента фактического задержания до того, как попал в кабинет следователя? Следователь: надо было им сказать, когда они с Тельхиговым зашли ко мне, а они по 51 статье отказались.

Заикин просит огласить протокол осмотра места происшествия.

Читать протокол очень сложно. Судья говорит, он написал медицинским почерком. Прокуроры помогают ей разбирать написанное, но тоже не всегда преуспевают.

Несанкционированного вскрытия пакета не было, говорит свидетель. Иначе он написал бы соответствующий процессуальный документ.

Дубровина спрашивает, с какой целью следователь допрашивал сотрудников полиции, которые несли службу 9 января (не те, кто задерживал Оюба). Свидетель: проверял версию Оюба о том, что его задерживали.

Какие результаты получил? Все были на своих местах.

Камуфлированного "Патриота" в РОВД не знает.

ГБР в Курчалоевском РОВД нет вообще.

ГНР есть.

ГНР носит обычный синий камуфляж.

Ни прикомандированных, ни каких других сотрудников, которые могли быть в зелёной форме, в РОВД не было.

Оюб спрашивает свидетеля, верующий ли он человек и знает ли, что мусульманину запрещено врать.

Саламов знает.

Судья просит задавать вопросы по существу.

Пытались выяснить, как именно у следователя оказалась копия паспорта или сам паспорт Оюба.

Судья отказала в оглашении показаний автоинспектора Алихана Гараева, так как в суде он ещё будет допрошен.

У защиты есть ещё вопросы к Саламову, но до допроса автоинспекторов задавать их нецелесообразно по тактическим соображениям

Оюб спрашивает, для чего Саламов 4 дня искал адвоката Тельхигова

Саламов говорит, что поступила информация о том, что Тельхигов пропал при въезде в село Курчалой. Сказал, что приедет, и после этого пропал

В СМИ была эта информация

У Оюба был уже другой адвокат, зачем было искать Тельхигова, ему непонятно.

О наружном наблюдении за Тельхиговым и Заикиным якобы слышит впервые

Перерыв на 20 минут.

Заседание продолжается.

Перерыв до 10 утра завтра.

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзеков

Титиев Оюб Салманович родился 24 августа 1957 года, живёт в селе Курчалой Чеченской Республики, правозащитник, руководитель грозненского представительства Правозащитного центра (ПЦ) «Мемориал».