Преследование Оюба Титиева. Хроника

20.11.2018

Краткое изложение основных событий. Доступна также английская версия.

Преследование Оюба Титиева. Хроника

Титиев Оюб Салманович родился 24 августа 1957 года, живет в селе Курчалой Чеченской Республики, правозащитник, руководитель представительства Правозащитного центра «Мемориал» в Чеченской Республике. Обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УКРФ (незаконное приобретение и хранение наркотических средств, совершенное в крупном размере). Находится под стражей с 9 января 2018 года. Адвокаты - Петр Иванович Заикин, Илья Сергеевич Новиков, Марина Алексеевна Дубровина.

Оюб Титев работает в «Мемориале» и Комитете «Гражданское содействие» с 2000 года, занимался документацией нарушений прав человека и реализацией гуманитарных проектов: помощью школам в горных районах Чечни, защитой мусульман от дискриминации в пенитенциарной системе и т. д.

Титиев - мусульманин, соблюдающий предписания ислама, и приверженец здорового образа жизни (до прихода в «Мемориал» он был школьным учителем физкультуры и детским тренером по борьбе). Он не курит, не употребляет спиртного.

После убийства ведущей сотрудницы «Мемориала» в Чечне, Натальи Эстемировой, «Мемориал» на несколько месяцев приостановил свою деятельность из соображений безопасности. Титиев упорно отстаивал необходимость продолжения работы, несмотря на высокие риски, в итоге он возглавил грозненское представительство «Мемориала».

С лета 2017 года Титиев много работал по делу об исчезновении 27 жителях республики, предположительно бессудно расстрелянных местными силовиками (перепроверял информацию, опрашивал родственников), и его деятельность вызывала ярость у республиканских властей.

В конце декабря 2017 г. на официальном сайте Парламента Чеченской Республики и в СМИ опубликовано сделанное 25 декабря 2017г. Заявление Председателя Парламента Чеченской Республики Магомеда Даудова, в котором он связал санкции США в отношении главы ЧР Рамзана Кадырова и блокировку его аккаунтов в социальных сетях с деятельностью правозащитников, открыто призвав к их преследованию.

9 января 2018 г. Титиев был задержан по пути на работу.

Задерживали его дважды. В первый раз, около 9:05, его остановили полицейские в форме Группы быстрого реагирования (ГБР), когда он ехал из дома в селе Курчалой в село Майртуп за другом— вместе они планировали поехать в Грозный. Силовики «обнаружили» в машине Титиева пакет с веществом, похожим на наркотики (которое, очевидно, сами туда и подложили), и доставили Оюба на его же машине в Курчалоевское РОВД. Там Титиев пожаловался на незаконность задержания. Ему ответили: «Хочешь по закону— будет по закону». И после этого было инсценировано повторное, «законное задержание».

Подробно об этих задержаниях Титиев рассказал на суде по избранию меры пресечения и в объяснениях сотруднику Следственного Комитета РФ.

Коллеги Титиева довольно быстро узнали, где он находится благодаря стечению обстоятельств: когда Оюб не приехал к другу в назначенное время, тот, подождав, сам выехал ему навстречу и увидел, что Титиева остановили силовики. Позднее он получил неофициальное подтверждение, что Оюба держат в Курчалоевском РОВД.

Адвокат ПЦ «Мемориал» Султан Тельхигов немедленно выехал к задержанному. Полицейские говорили ему, что Титиева у них нет, и не пускали в отдел. Лишь после того, как чеченским властям позвонили Уполномоченный по правам человека РФ Татьяна Москалькова и председатель президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов, было получено официальное подтверждение, что Титиев находится в Курчалоевском РОВД.

Адвоката допустили к Титиеву около 19 часов— спустя шесть часов после того, как он впервые попытался попасть к задержанному. За это время с Титиевым в отсутствие адвоката (что является грубейшим нарушением закона) проводили следственные действия, в том числе, получали образцы смывов с рук и срезов ногтей, а также пытались угрозами добиться признательных показаний

В 18:55 в отношении Титиева было возбуждено уголовное дело №11801960008000001 по ч. 2 ст. 228 УКРФ (незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, в крупном размере).

10 января силовики ворвались в дом Титиева в Курчалое, где в тот день были только женщины. Пришедшие вели себя грубо, требовали привести брата Оюба Якуба и сына Оюба Бекхана, угрожали. Жена и дети Титиева вынуждены были покинуть Чечню.

В тот же день Титиеву предъявили обвинение. По делу работал следователь СООМВД России по Курчалоевскому району Н. Д. Саламов. Сначала МВД по ЧР сообщало, что в машине Титиева «обнаружено» 180 гр. марихуаны. В предъявленном обвинении была указана цифра 206,9 гр. Это - "крупный размер", санкция за такое преступление— от 4 до 10 лет лишения свободы.

11 января в Шалинском городском суде Оюбу Титиеву была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на два месяца— до 9 марта. Заседание было закрытым. Титиев заявил, что наркотики ему подбросили полицейские.

12 января адвокат Петр Заикин подал в СУ СК РФ по ЧР написанное накануне Титиевым заявление с требованием привлечь к ответственности сотрудников полиции, подбросивших Оюбу наркотики. Заикин также обжаловал постановление Шалинского городского суда об аресте Титиева.

Титиев также написал заявление на имя президента России Путина, главы Следственного Комитета РФ Бастрыкина и директора ФСБ Бортникова. В заявлении Титиев отметил, что сотрудники Курчалоевского РОВД подбросили в его машину наркотики, в результате чего против него было сфабриковано уголовное дело. Свою вину он не признает. «Хочу довести до Вас, если я каким-нибудь образом признаю себя виновным в инкриминируемом мне деянии, это будет означать, что меня заставили признать себя виновным путем физического воздействия или шантажом»,— указал правозащитник.

Заикин подал ходатайство следователю Саламову о выемке видеозаписей с камер наружного наблюдения в Курчалеовском РОВД.

14 января ПЦ«Мемориал» обратился к автовладельцам Чечни с просьбой предоставить записи с видеорегистраторов на тех машинах, которые утром 9 января проезжали про дороге Курчалой-Майртуп.

15 января за адвокатом Заикиным демонстративно следили вЧечне.

В ночь на 17 января в Назрани (Ингушетия) подожгли офис ПЦ «Мемориал».

Вечером того же дня в новостях на канале ЧГТРК «Грозный» вышел сюжет с выступлением главы Чечни Рамзана Кадырова. Он назвал независимых правозащитников «врагами народа», которые занимаются «стукачеством» и дискредитируют свой народ. Кадыров заявил о том, что им нет места в Чечне. Не упоминая фамилию Титиева, Кадыров позиционировал его как «собственного наркомана» ООН и Государственного департамента США.

Не рассчитывая на справедливое расследование в Чечне, адвокат Заикин подал ходатайство замминистра внутренних дел РФ, начальнику следственного департамента МВД России А. В. Романову с просьбой передать предварительное расследование дела Титиева в вышестоящий орган— Следственный департамент МВД РФ.

18 января Титиев дал объяснения следователю Гудермесского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по ЧР Ибрагимову И. Х. В связи с заявлением Титиева, поданное им 12 января с просьбой привлечь к ответственности подбросивших ему наркотик полицейских.

19 января в рамках уголовного дела Титиева полиция обыскала офис «Мемориала» в Грозном. На балконе были обнаружены и изъяты две лежавшие на полу неприкуренные сигареты, по виду, освобожденные от табака и вновь заполненные чем-то, а также пепельница, сделанная из банки энергетика. Сотрудники офиса утверждают, что такой пепельницы на балконе никогда не было, они не курят, а курить на балкон выходили только журналисты, посещавшие офис в предыдущие дни. Предположительно, эти предметы были подброшены перед обыском.

За адвокатом Заикиным продолжали демонстративно следить.

В ночь на 23 января в Махачкале (Дагестан) неизвестные подожгли автомобиль представительства ПЦ «Мемориал» в Дагестане. 20 января на этой машине выезжал из Махачкалы в Курчалой для участия в следственных действиях по делу Титиева дагестанский адвокат, работающий по договору с «Мемориалом».

23 января на мобильный телефон представительства ПЦ«Мемориал» в Махачкале пришли СМС-сообщения с требованием закрыть офис, иначе его сожгут вместе с сотрудниками. За СМС-ками последовал звонок, человек сказал примерно тоже самое, что было написано в сообщениях.

24 января, накануне заседания Верховного суда ЧР по обжалованию ареста, Титиев остался без адвокатской защиты.

25 января Верховный суд ЧР в лице судьи Хасмагомеда Мадаева отклонил апелляцию на арест Титиева.

26 января проведено опознание Титиева неким свидетелем, который якобы видел его при каких-то важных для обвинения обстоятельствах. Свидетель не смог опознатьТитиева среди группы показанных ему людей.

27 января следователя, не сумевшего обеспечить нужный фальсификаторам результат, и понятых, присутствовавших при опознании, перевели в статус свидетелей.
Проведены очные ставки Титиева с уже бывшими следователем и понятыми. Теперь те утверждали, что «на самом-то деле», вопреки протоколу и их подписям в нем, свидетель опознал Оюба.

Уголовное дело принял к производству начальник СОО МВД РФ по Курчалоевскому району ЧР А. Н. Ханахок. Титиев отказался от услуг адвоката Султана Тельхигова.

28 января в дело Титиева вступил адвокат Илья Новиков.

Проведена очная ставка Титиева с тем самым свидетелем, который ранее не смог его опознать. Теперь свидетель утверждает, что опознал Титиева.

30 января, спустя три недели после задержания, к Титиеву наконец допустили стоматолога. У Оюба сточены два зуба и удалены еще восемь— в день задержания он планировал пойти к врачу ставить протезы. Без протезов он не мог есть в СИЗО твердую и горячую пищу.

31 января «Мемориал» объявил кампанию солидарности с Оюбом Титиевым. Правозащитники призвали писать письма поддержки Оюбу на адрес СИЗО-1 Грозного, где он содержится, а также обратиться к Президенту РФ с просьбой освободить Титиева.

1 февраля Правозащитный Совет России и десятки общественных деятелей, политиков, деятелей искусства обратились к генпрокурору Юрию Чайке, министру внутренних дел Владимиру Колокольцеву и председателю СКРФ Александру Бастрыкину с просьбой перевести расследование дела Титиева на более высокий уровень— федеральный или по крайней мере в СКФО.

Уполномоченный по правам человека РФ Татьяна Москалькова призвала передать расследование дела Титиева на федеральный уровень. Аналогичное мнение высказал председатель президентского Совета по правам человека Михаил Федотов.

6 февраля адвокат Заикин подал в Шалинский городской суд жалобу на бездействие следователей, которые не дали ответа на ходатайство от 12 января о выемке видеозаписей с камер Курчалоевского РОВД.

7 февраля стало известно, что уголовное дело Титиева решением заместителя прокурора ЧР изъято из полиции и передано в следственное управление СКРФ по Чеченской Республике.

8 февраля Европейский парламент принял резолюцию по делу Оюба Титиева, призвав немедленно освободить его.

13 февраля «Мемориал» признал Титиева политическим заключенным.

16 февраля следователи Гудермесского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по ЧР, проводящие проверку по жалобе Оюба Титиева на незаконные действия сотрудников полиции, сообщили адвокату Петру Заикину, что не смогли получить записи с камер видеонаблюдения, установленных на входе в здание ОМВД РФ по Курчалоевскому району и внутри него. По словам следователя, все эти камеры 9 января, в день задержания Оюба, не работали.

21 февраля адвокат Заикин узнал, что в возбуждении дела по заявлению Оюба Титиева о преступлении полицейских, отказано. Оказалось, что следователь Гудермесского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по ЧР вынес постановление еще 15 февраля, но скрыл это решение от Титиева и его адвокатов. Только 26 февраля адвокат смог добиться получения копии постановления. Следователь не пытался проверить доводы Титиева, а сослался на объяснения тех полицейских, которые, по заявлению Оюба, и совершили против него преступление.

Кроме того, следователь недвусмысленно высказался по уголовному делу против Титиева: «Вина Титиева в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждена пояснениями свидетелей и другими материалами уголовного дела». Этим он нарушил законодательство и Конституцию РФ, которые допускают признание человека виновным только по приговору суда.

В марте стало известно, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела против полицейских отменено руководителем Гудермесского МСО СУ СК РФ по ЧР еще 16 февраля— наследующий же день после вынесения постановления об отказе.

6 марта, несмотря на письменные заявления кандидатов в президенты Российской Федерации Григория Явлинского и Ксении Собчак о личном поручительстве за Титиева, Старопромысловский районный суд Грозного отказался изменить ему меру пресечения и по ходатайству следствия продлил срок его содержания под стражей на два месяца, до 9 мая.

19 марта апелляция адвокатов Титиева на продление срока ареста была отклонена.

25 апреля в Москве состоялась пресс-конференция о фабрикации уголовного дела Оюба Титиева. В тот же день стало известно, что на этот день было назначено заседание суда по избранию меры пресечения, но ни один из адвокатов не был об этом уведомлен. Марина Дубровина, оказавшаяся на тот момент в Грозном, узнала о заседании случайно и смогла присутствовать на заседании. Она ходатайствовала о переносе заседания для участия в нем всех адвокатов, но получила отказ. Арест Оюба продлили до 9 июня.

3 мая в Верховном суде ЧР должна была рассматривать апелляция адвокатов на продление ареста, но Оюба не привезли в зал суда. Он общался с участниками процесса по видео-конференц-связи. Заседание перенесли на 4 мая, чтобы в Грозный успел приехать третий адвокат Илья Новиков.

4 мая в суде были все три адвоката и доставленный в суд Оюб. Представлено поручительство за Титиева от правозащитницы Светланы Ганнушкиной и Героя России, космонавта Сергея Нефедова. Несмотря на заявления уважаемых поручителей, судья Эльман Адилсултанов оставил решение суда первой инстанции без изменений.

Вечером того же дня следователь объявил об окончании следственных действий.

8 мая Оюб и его адвокаты начали знакомиться с материалами дела.

12 мая Оюб удостоен премии Московской Хельсинкской группы за мужество, проявленное в защите прав человека. Награду по его поручению получал Олег Орлов.

14 мая 60 известных россиян - деятели искусства и науки, представители духовенства - обратились к президенту Путину в связи с делом Оюба Титиева.

15 мая опубликовано обращение Ланы Эстемировой, дочери убитой в 2009 году правозащитницы Наташи Эстемировой: «Мы не смогли спасти маму— мы можем спасти Оюба и «Мемориал». Лана призвала подписать петицию взащиту Оюба.

16 мая обнародовано письмо президенту Международной федерации футбольных ассоциаций (FIFA ) от имени 14 известных неправительственных организаций. 18 мая FIFA направила ответ на это письмо.

В ходе ознакомления Оюба Титиева и его адвокатов с материалами дела и осмотра вещественных доказательств выяснилось, что похищен ряд предметов, бывших у Титиева при задержании 9 января. Титиев направил сообщение о совершении преступления в органы МВД.

24 мая Старопромысловский районный суд г. Грозного рассмотрел жалобу адвоката Заикина на отказ в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции, подбросивших наркотики. Суд признал это решение следователя законным, «не заметив», ни процессуальных нарушений в ходе проведения проверки, ни явной её неполноты.

31 мая Старопромысловский районный суд Грозного продлил срок содержания Оюба Титиева ещё на два месяца до 9 июля.

1 июня завершено ознакомление Титиева и его адвокатов с материалами уголовного дела. По результатам ознакомления Титиев и его адвокаты заявили ряд ходатайств, все они были отклонены следователем.

13 июня в зале «Мемориала» состоялась премьера спектакля Театра.doc "Оюб", который затрагивал, помимо дела Оюба Титиева, ряд других острых тем. После завершения спектакля в «Мемориал» прибыли сотрудники полиции и, утверждая, что получили сигнал о заложенном в здании взрывном устройстве, произвели эвакуацию. Бомбу они не обнаружили.

Накануне открытия Чемпионата мира по футболу в России 36 депутатов Европейского парламента обратились к президенту ФИФА Джанни Инфантино с открытым письмом по ситуации с правами человека в Чечне. Депутаты призвали ФИФА воздействовать на власти России, добиваясь немедленного и безусловного освобождения Оюба Титиева.

20 июня Совет при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) в своем научно-консультационном заключении пришел к выводу, что процессуальная проверка Следственного управления СК РФ по ЧР по заявлению Оюба Титиева о подбросе ему наркотиков была проведена с нарушениями законодательства, неполно и неэффективно, в ее ходе намеренно не проверялись обстоятельства, установление которых неизбежно вело к выводу о фальсификации дела, а постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенные по результатам проверки, являются необоснованными. СПЧ направил это заключение в Генеральную прокуратуру РФ для рассмотрения и принятия мер прокурорского реагирования. Генеральная прокуратура РФ поручила проверку обстоятельств расследования дела Оюба Титиева прокурору Чеченской Республики.

26 июня Верховный суд ЧР отклонил апелляционные жалобы адвокатов на отказ в возбуждении уголовного дела по заявлению о подбросе ему наркотиков и о продлениях его ареста. Суд проигнорировал доводы научно-консультационного заключения СПЧ и отказался приобщить документ к материалам дела.

27 июня заявление в защиту Титиева сделала Европейская служба внешних связей. Организация напомнила, что в число международных обязательств России входит защита правозащитников и Европейский Союз ожидает, что власти России закроют дело в отношении Титиева и освободят его из-под стражи.

5 июля Верховный суд ЧР рассмотрел ходатайство адвоката Ильи Новикова о рассмотрении дела Титиева за пределами Чечни. Адвокат обосновывал ходатайство тем, что из-за давления, которое представители исполнительной власти Чечни уже оказали на суд, решение по делу Оюба будет неправосудным, напомнив, что Рамзан Кадыров неоднократно делал публичные высказывания (см. также) о виновности Титиева и негативно оценивал его личность.
Суд отказал в переносе рассмотрения дела за пределы Чечни. Кроме того, по ходатайству прокурора
суд постановил продлить содержание Титиева под стражей до 25 июля.

Новиков подал ходатайство об изменении территориальной подсудности дела Титиева и рассмотрении его за пределами Чечни в Верховный суд России.

9 июля в Шалинском городском суде в закрытом режиме прошло предварительное слушание уголовного дела по обвинению Оюба Титиева в хранении наркотиков. Адвокаты заявили отвод составу суда, который был отклонен. Суд постановил продлить меру пресечения в отношении Титиева на шесть месяцев – до 22 декабря 2018 года.

10 июля юристы ПЦ «Мемориал» направили в Европейский суд по правам человека жалобу Оюба Титиева на нарушение статей 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) и 18 (запрет политически мотивированного уголовного преследования) Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

17 июля Комиссар Совета Европы по правам человека Дуня Миятович обратилась к Генеральному прокурору России с просьбой принять решительные меры для обеспечения соблюдения прав Оюба Титиева, в том числе путём его скорейшего освобождения из-под стражи.

19 июля в Шалинском городском суде началось рассмотрение уголовного дела по существу.

С 19 июля по 28 августа состоялось 9 заседаний, в ходе которых были допрошены 51 свидетель обвинения, в основном - полицейские ОМВД РФ по Курчалоевскому району ЧР. Только несколько из них принимали непосредственное участие в задержании Оюба Титиева и фабрикации уголовного дела против него. В их показаниях обнаруживаются явные нестыковки. Например, они сообщают разную информацию о понятых, присутствующих при осмотре машины Титиева на месте его задержания. Пока так и не удалось установить, кто именно нашел и доставил понятых на место событий.

Не удалось также установить, куда делись вещи Оюба (мобильные телефоны, планшет, травматический пистолет и др), а самое главное — его документы, которые были при нем до момента первого задержания. Однако выяснилось, что в ходе второго, официального, задержания никто из полицейских его паспорт не видел. Становится неясным, как полицейские в таком случае установили личность задержанного. Вероятнее всего, паспорт Титиева остался в отделе полиции еще при первом задержании, а на место инсценировки второго задержания Оюба привезли уже без документов. Полицейский, первым «увидевший» через приоткрытую дверь и спину Оюба рассыпанные на полу машины наркотики, не смог объяснить, как он мог это сделать.

Остальные свидетели на большинство вопросов отвечали «не знаю», «не видел», «не помню», «спросите у начальства». При этом почти все опрошенные свидетели утверждали, что им ничего не известно о существовании в органах полиции Чеченской Республики «групп быстрого реагирования» (ГБР), что ни они, ни их сослуживцы никогда не носили форму с нашивками «ГБР» и никогда не видели полицейских машин с надписями «ГБР». Только один из них признал, что у него есть такая форма, но он носит ее только дома, а на службе носил лишь однажды – в 2017 году по прямому указанию начальства. При этом в Интернете, в открытом доступе, имеются страницы некоторых из силовиков, в том числе из числа допрошенных в суде, пестрящие фотографиями и видеозаписями, где они сами или их коллеги одеты в зеленую форму с нашивками «ГБР». На снимках они патрулируют улицы на автомобилях с такими же надписями.

Среди "не знавших и не помнивших" был и сотрдудник ОГИБДД ОМВД по Курчалоевскому району Алихан Гараев - старший группы, которая осуществляла второе задержание Оюба.  После этого допроса Гараев удалил из своего аккаунта в инстаграме коллаж из шести фотографий, на которых он в форме сотрудника ДПС проводит совместный рейд с сотрудниками в армейской камуфляжной форме зеленого цвета с нашивками «ГБР».  Гараев также удалил  фотографии, на которых он сфотографирован на фоне служебной автостоянки ОВМД Курчалоевского района. Там отчетливо видны три автомобиля камуфлированной расцветки.

Отрицая наличие в Курчалоевском отделе полиции «групп быстрого реагирования», свидетели пытаются опровергнуть версию первоначального задержания Оюба. Именно сотрудники полиции в форме с нашивками «ГБР» задержали Оюба Титиева в первый раз, и именно они, по словам Оюба, подбросили ему наркотики.

22 августа 2018 года Рамзан Кадыров выступил перед сотрудниками МВД Чечни и заявил, что правозащитникам будет закрыт въезд на «его территорию» как только завершится суд над Оюбом Титиевым и «пусть его осуждает все мировое сообщество»! По его мнению, на этот процесс приезжает «вся продажная шантрапа со всего мира, со всей страны». В ходе этого выступления, он в очередной раз назвал Оюба Титиева наркоманом, а правозащитников прировнял к террористам и экстремистам.

6 сентября в ходе судебного заседания были допрошены два свидетеля: Лиля Юсупова, исполнительный директор НКО «Созидание», раньше возглавлявшая представительство ПЦ «Мемориал» в г. Гудермес, и сосед Титиева Асланбек Габаев. Несмотря на то, что они были вызваны обвинением, оба характеризовали Оюба исключительно положительно.

13 сентября допросили Амади Басханова, чьи показания были особенно «интересны». Басханов, который ранее привлекался за незаконный оборот наркотиков, был тем самым единственным и до поры неизвестным свидетелем, который якобы видел Оюба курящим наркотик в центре Грозного средь бела дня. В ходе предварительного следствия «свидетель» не смог опознать Оюба Титиева, из-за чего позже следствию пришлось в нарушение закона «переделывать» результаты опознания.

В ходе допроса Басханова, длившегося около трех с половиной часов, вскрылась масса противоречий в его показаниях. Кроме того, он вел себя как человек, находящийся под воздействием сильнодействующих препаратов - жаловался, что ему плохо, говорил развязно, эмоционально, размахивал руками, тер лицо и голову, у него были расширены зрачки.

По версии защиты, у Басханова есть определенные договоренности с властями и правоохранительными органами. Это предположение подтверждается тем фактом, что свидетель дважды давал комментарий на республиканском телевидении в «разоблачительных» передачах про Оюба и «Мемориал».

20 сентября 12-ое заседание суда началось с допроса свидетеля обвинения Ризвана Титиева—двоюродного брата Оюба, давшего ему положительную характеристику.

Затем, по ходатайству прокуратуры, судья Мадина Зайнетдинова объявила судебные заседания по делу Оюба Титиева закрытыми для посещения публикой и представителями СМИ. Предлог— безопасность действующих сотрудников правоохранительных органов, допрашиваемых в суде в качестве свидетелей. В закрытом заседании допросили свидетеля Михаила Коляду - оперуполномоченного отдела уголовного розыска (ОУР) Курчалоевского РОВД. 9 января 2018 года Коляда был на службе и пересекался с Оюбом в кабинете РОВД.

Правление Международного общества «Мемориал» назвало абсурдными доводы стороны обвинения, которая вдруг обеспокоилась безопасностью полицейских, после того, как в открытом режиме уже допрошены 57 из 65 заявленных обвинением свидетелей. Оставалось допросить как раз тех, кто активно участвовал в фальсификации дела Титиева.

21 сентября в закрытом судебном заседании допросили двух ключевых свидетелей обвинения— старшего оперуполномоченного отдела уголовного розыска (ОУР) ОМВД по Курчалоевскому району Андрея Манжикова и начальника ОУР Дени Джабраилова.

Именно Андрей Манжиков составил 9 января важнейший документ— рапорт, в котором говорится, что «имеется оперативная информация» о намерении Оюба скрыться от следствия и суда. Основываясь на нем, следователь ходатайствовал об аресте Оюба до суда. На заседаниях по избранию меры пресечения адвокаты так и не смогли выяснить, о какой именно оперативной информации идет речь, из каких источников она получена и кто вообще поручил проводить мероприятия по оперативному сопровождению дела против Титиева.

По словам Оюба, Дени Джабраилов угрожал ему в ОМВД после первого, неофициального задержания. Кроме того, именно Дени Джабраилов вывел Оюба из кабинета, где у него брали смывы с ладоней и срезы ногтей, когда конверты с образцами еще не были опечатаны. Когда же его привели обратно в кабинет, там уже никого не было, а на столе лежали запечатанные конверты.

Юрист ПЦ «Мемориал» Татьяна Глушкова так прокомментировала последние судебные заседания: «На наш взгляд, тот факт, что прокурор ходатайствовал о допросе в судебном заседании именно этих свидетелей, говорит о том, что их показания могли бы утвердить общественность во мнении о невиновности Оюба. Следует также отметить, что право на публичное судебное разбирательство предусмотрено статьей 6 Европейской конвенции. Лишение Оюба этого права даже в части судебного процесса позволяет ставить вопрос о нарушении этой статьи Конвенции, что, несомненно, будет нами сделано».

27 сентября в ходе 14-го заседания, после допросов сотрудников Курчалоевского ОМВД - Мусы Агуева и Эми Магомадова, по словам адвокатов, ничего существенного не сообщивших, по ходатайству защиты, процесс вновь открыли для публики и журналистов. Свидетель Мак-Магомед Такалашов, который был понятым по делу Оюба 9 января 2018 г., отвечая на вопросы адвокатов, заявил, что не имеет отношения к полиции, хотя он фотографировался в полицейской форме и с автоматом в руках. Он объяснил суду, что делал это исключительно для того, чтобы впечатлить девушку, да и автомат у него был игрушечный.

28 сентября в ходе 15-го судебного заседания был допрошен Ризван Сулейманов, заместитель начальника следственного управления ОМВД по Грозному. Именно ему ​наркоман Амади Басханов рассказал, что якобы дважды видел Оюба курящим анашу в Грозном в 2017 году.

Если верить показаниям Сулейманова, день задержания Оюба 9 января, был полон поразительных случайностей. Около 6 вечера Сулейманов случайно встретил Басханова у магазина в Заводском районе Грозного. Там Басханов зачем-то рассказал ему, что в этот день случайно увидел в мобильном телефоне у попутчика в маршрутном такси фотографию Оюба Титиева, узнал, что того задержали, и вспомнил, что ранее видел этого незнакомого ему человека на улице курящим и от него шел запах анаши. Позднее в тот день Сулейманов опять же случайно встретил в Грозном троих оперативников из Курчалоевского ОМВД, которые приехали в город проводить оперативно-розыскные мероприятия по делу Оюба. Он сообщил им информацию, полученную от Басханова.
В показаниях свидетеля были явные противоречия. Например, вначале он сказал, что встретился с Басхановым 9 января (день задержания Оюба). Но затем заявил, что узнал о задержании Титиева за два дня до этой встречи.

1 октября в ходе 16-го заседания допросили двоих свидетелей обвинения (65-го и 66-го в общей сложности) - Бислана Тасуева, бывшего понятым при проведении ряда следственных действий по делу Оюба, и Ибрагима Даудова, бывшего сотрудника ОМВД по Курчалоевскому району.

Тасуев подробно рассказал, как его привлекли в качестве понятного и как он в этой роли выступал. Он отрицал, что Оюба Титиева полицейские вывели из комнаты, когда запечатывали в конверты смывы и срезы ногтей с его рук. Выяснилось, что до начала 2017 года Тасуев работал в полиции.

Даудов сообщил, что не участвовал в задержании Оюба, поскольку 9 января нес службу в пешем патруле села Бачи-Юрт. Лишь после 10:00 начальство вызвало для дежурства на входе в ОМВД по Курчалоевкому району (куда в этот день доставляли задержанного Оюба Титиева). При этом свидетель заявил, что Титиева он не видел и не помнит, приходил ли адвокат Тельхигов (не допущенный в тот день в отдел).

Отвечая на вопросы адвокатов, Даудов признался, что на предварительном следствии давал недостоверные показания, чтобы не опровергать содержание оперативно-служебной документации, составленной его руководством. На предварительном следствии Даудова допрашивали дважды — 31 января и 2 февраля. В первый раз он сказал, что весь день 9 января нес службу на КПП, а  на втором допросе — что 9 января вышел на службу в составе пешего патруля в селе Бачи-Юрт, где и пробыл до 10 января. Свидетель пояснил, что показания о Бачи-Юрте он дал на основании служебной книжки, в которую записал 9 января данные о патрулировании. Сведения о том, что затем его вызвали на КПП, он в служебной книжке не отметил.

8 октября до начала заседания Светлана Ганнушкина зачитала Оюбу открытое письмо, которое ему передал советский диссидент, участник правозащитного движения в СССР и постсоветской России, член Правления общества «Мемориал» Сергей Ковалев.

По ходатайству прокурора Джабраила Ахматова судебные заседания на время допроса двух оперативных сотрудников полиции Курчалоевского ОМВД - Зубайра Эльмурзаева и Хамзата Тумжахановавновь сделали закрытым. По показаниям замначальника следственного управления ОМВД по Грозному Ризвана Сулейманова, именно они приехали 9 января 2018 года в Грозный на оперативно-розыскные мероприятия в отношении Оюба. Там они якобы случайно встретили Сулейманова. И он сообщил коллегам информацию, опять же случайно полученную им чуть ранее от знакомого любителя наркотиков Амади Басханова, который якобы видел Оюба курящим анашу в Грозном в 2017 году. Открытый допрос этих двух свидетелей мог бы многое прояснить в технологии фальсификации дела. 

В тот же день Титиев стал лауреатом престижной международной премии Вацлава Гавела, ежегодно присуждаемой ПАСЕ «за гражданское мужество и выдающиеся достижения в области прав человека». На церемонии вручения премии в Страсбурге председатель Совета Правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов зачитал обращение от Оюба.

9 октября, после завершения допроса свидетеля Хамзата Тумжаханова судья объявила процесс вновь открытым. Был допрошен сотрудник полиции Магомед Данчаев, который участвовал во втором, инсценированном, задержании Оюба Титиева. В предыдущий день попытка его допросить кончилась тем, что ему стало плохо и допрос был остановлен. На этот раз свидетель смог сообщить суду, что это он нашел и доставил к месту задержания Титиева двух понятых, с одним из которых он был знаком, поскольку тот ранее работал в ОМВД Курчалоевского района. Больше ничего он «не помнил и не видел».

Адвокат Петр Заикин так прокомментировал показания Данчаева: «По моим наблюдениям, человек очень сильно не хотел врать. Но в сложившейся ситуации невозможно одновременно поддерживать позицию обвинения и при этом предоставлять суду достоверную информацию». Адвокат Марина Дубровина: «Мы здесь пытаемся восстановить детальную картину того, что произошло. Вопросов много, но, к сожалению, свидетели у нас таковы, что [даже] следователи, которых мы допрашивали, твердят „не помню, не знаю“. Восстановить подробности в этих условиях очень сложно. Показания, данные на предварительном следствии, были очень поверхностными. Ни один из тех свидетелей, которые были на осмотре места происшествия, которые должны были видеть, как этот пакет изымался и как это все документировалось, не прояснил никаких деталей. К сожалению, цельной картины происходящего нет, несмотря на то, что мы всех свидетелей обвинения уже допросили. Фактически спросить об этих обстоятельствах уже не у кого».

Допрошенные сосед Оюба Шейх-Магомеда Межиев и старый знакомый Али Алиев дали Титиеву положительную характеристику и рассказали, что 9 января у Оюба был с собой травматический пистолет (после задержания этот пистолет и другие вещи исчезли).

15 и 16 октября продолжился допрос свидетелей защиты. Руководитель программы «Горячие точки» ПЦ «Мемориал» Олег Орлов, руководитель дагестанского представительства организации Сиражутдин Дациев и глава ингушского представительства Тимур Акиев рассказали о череде атак на офисы «Мемориала» в начале года: арест Оюба, поджог офиса в Назрани, подброс наркотиков на балкон грозненского офиса «Мемориала», СМС-сообщения и звонки с угрозами на номер дагестанского офиса, поджог автомобиля их водителя, нападение на самого Дациева, угрозы грозненскому адвокату Султану Тельхигову и демонстративная слежка за другим адвокатом - Заикиным. Все эти явления, по мнению свидетелей, взаимосвязаны.
Судья и гособвинители всячески пытались препятствовать тому, чтобы защита доносила свою версию — о том, что Оюба преследуют за его активную правозащитную работу, и его
уголовное дело — звено в цепи выдавливания организации из региона.

В защиту Оюба выступили и приехавшие из Москвы сотрудники (действующие и бывшие) Комитета «Гражданское содействие» - Елена Буртина, Людмила Гендель, Лейла Рогозина и Татевик Гукасян. Они говорили о гуманитарных проектах в Чечне, в которых, в основном как волонтер, участвовал Оюб. Коллеги высоко оценили Оюба как коллегу и человека.

Нижегородец Станислав Дмитриевский сообщил что в качестве правозащитника в ходе двух чеченских войн много работал на территории Чечни. Он знаком с Титиевым с 18 января 1995 года, когда Оюб спас его жизнь. Вместе с Игорем Каляпиным (впоследствии руководителем Комитета против пыток) они представляли Нижегородского общество прав человека в качестве наблюдателей в зоне конфликта, отслеживая ситуацию с беженцами и помогая в поиске пропавших людей, включая и пленных солдат. В Грозном, вместе с журналистами они попали под снайперской обстрел. Оюб Титиев, тогда незнакомый им человек, пришёл на выручку, вывел их с журналистами, буквально закрывая собой, из-под обстрела.
Следующий раз Дмитриевский встретился с Оюбом Титиевым уже после гибели
Наташи Эстемировой в офисе «Мемориала» в 2009 году. Лишь после этой встречи Дмитриевский понял, что Эстемирова раньше рассказывала ему именно об Оюбе Титиеве, как о человеке, занимающемся мониторингом нарушений прав человека - случаев пыток, незаконных задержаний, внесудебных расправ и т. п. Очень многие материалы, собранные Титиевым, вошли в двухтомник «Международный трибунал для Чечни». По словам Дмириевского, Титиев - проповедник здорового образа жизни, не пил и не курил. Титиев говорил ему, что на случай, если его будут задерживать или пытать в связи сего правозащитной деятельностью, надо быть в хорошей форме. Они с Оюбом нередко разговаривали о возможном аресте. Оюб понимал и учитывал все риски. Исходя хотя бы из этого, невозможно представить, чтобы Титиев мог везти в своей машине наркотики.

Допрошенный друг Оюба Титиева, житель с. Майртуп Усман Юсупов сообщил суду, что это его 9 января 2018 года в 9 часов утра должен был подвести в Грозный своей машине Оюб Титиев. Безрезультатно прождав Титиева у своего дома в Мартупе, Юсупов начал звонить Титиеву на мобильный телефон, но тот не отвечал. Тогда, после 10 часов Юсупов отправился в сторону Курчалоя. По дороге он увидел, что машина Титиева стоит на обочине и её обыскивают полицейские. Сам Титиев стоял неподалеку. Примерно через полчаса полицейские вместе с Оюбом Титиевым на своей машине и машине Титиева направились в сторону Курчалоя. Вскоре и сам свидетель подъехал к Курчалоевскому ОМВД. На его вопросы дежурные полицейские отвечали, что Титиева к ним не доставляли. Однако Юсупом увидел автомашину Титиева во дворе этого отдела полиции. О произошедшем он сообщил коллегам Титиева из «Мемориала».

Были допрошены и одиннадцать знакомых и соседей Оюба, жителей села Курчалой. Все они в один голос охарактеризовали Оюба исключительно с положительной стороны и утверждали, что не верят в обвинения в адрес их односельчанина.

В конце заседания 16 октября Оюб дал показания по поводу вещей, которые у него пропали после задержания, в том числе телефонов, фотоаппарата, диктофона, GPS-трекеров, травматического пистолета, паспорта и иных документов. Титиев подробно описал, что именно из отобранных сотрудниками полиции вещей и документов позже бесследно пропало.

Прокурор Ахматов заявил, что сейчас идет доследственная проверка по заявлению Титиева о пропаже вещей. Судья объявила перерыв примерно до 5 ноября, когда эта проверка должна быть завершена.

12 ноября продолжился допрос свидетелей защиты. В зале суда присутствовали представители немецкого посольства Ларс Ольберг и Бундестага Нилс Шмид, представитель французского посольства Александр Мирлесс.

Выступившие в качестве свидетелей пятеро односельчан Титиева без тени сомнения заявили, что он всегда был образцовым мусульманином, не пил, не курил, никогда не прекращал заниматься спортом и невозможно представить себе, чтобы он употреблял или перевозил наркотики. Все они выразили недоверие обвинению.

Показания также дали двое членов Сводных мобильных групп правозащитников и юристов (СМГ) в Чечне Дмитрий Утукин и Сергей Бабинец, неоднократно выезжавшие в Чечню в 2010-2015 годах. Решение о создании СМГ было принято после похищения и убийства в Чечне нескольких правозащитников, в том числе сотрудницы грозненского офиса ПЦ «Мемориал» Натальи Эстемировой. Деятельность СМГ координировал МРОО «Комитете против пыток» (КПП).

Утукин и Бабинец в ходе своих командировок в Чечню постоянно сотрудничали с Титиевым. Несмотря на возражения прокурора, оба рассказали о тяжелых условиях работы в Чечне для правозащитников, об опасениях Оюба. Они описали уже упомянутые другими свидетелями поджоги и погромы офиса СМГ в Грозном, постоянную слежку и угрозы от официальных лиц Чечни, задержание своих коллег в 2010 году сотрудниками ОМВД по Шалинскому району, нападение на журналистов и сотрудников СМГ, которые возвращались из Ингушетии в Чечню в марте 2016 года и т.д.

19 ноября в начале 22-го заседания в качестве свидетелей защиты были допрошены пять односельчан Оюба Титиева. Все они хорошо знают Оюба Титиева и нкто из них не верит в обоснованность обвинений, они убеждены, что наркотику Оюбу подброшены.

После перерыва суд приступил к допросу самого Оюба Титиева. Он подробно рассказал, как его дважды задерживали - сначала сотрудники в форме с нашивками «ГБР», затем сотрудники ДПС, как угрозами вынуждали признаться в хранении наркотиков, как он встретил свидетеля Басханова за несколько дней до своего ареста, а также об угрозах и слежке, вызванных участием Оюба Титиева и ПЦ«Мемориал» в расследовании дела о предполагаемой бессудной казни 27 жителей Чечни.

20 ноября во время 23-го судебного заседания, был завершен допрос Оюба Титиева. Он рассказал о своей жизни до «Мемориала», о том, как пришел в организацию, о работе как в «Мемориале», так и в «Гражданском содействии», о гуманитарных проектах в горных районах ЧР, о многочисленных угрозах в адрес сотрудников «Мемориала» в Чечне, о похищении и убийстве своей коллеги и друга Натальи Эстемировой в 2009 году, о ряде инцидентов, начиная с нападения на гудермесский офис «Мемориала» в 2014 году. Чеченская полиция фактически не расследовала их.

Должностные лица Чеченской Республики неоднократно публично высказывали угрозы, в том числе и через СМИ, рассказал Оюб. Он обсуждал эти угрозы с коллегами в грозненском офисе. Был разработан и принят внутренний протокол безопасности, сотрудники его соблюдали и сам Оюб никогда не относился легкомысленно к вопросам безопасности. Он отметил, что в условиях постоянного давления со стороны местных властей было бы крайне глупо возить в автомобиле наркотики.

Оюб вспомнил о делах Руслана Кутаева и Жалауди Гериева, которым также подбросили наркотики. По мнению Оюба, позорное обвинение, которое ему предъявили, имеет целью дискредитировать правозащитную работу в Чечне и заставить «Мемориал» закрыть представительство в республике. Последнего добиться удалось.

Подробно показания Оюба Титиева описаны здесь и здесь.

Адвокат М.Дубровина зачитала ходатайство Оюба Титиева о приобщении к материалам дела текста выступления спикера парламента Чеченской Республики Магомеда Даудова от 25 декабря 2017 года (это заявление хотел зачитать во время своего допроса Олег Орлов, но ему тогда этого не позволили). Прокуроры Байтаева и Ахматов выступили против— по их мнению, это выступление к существу рассматриваемого дела не имеет отношение, фамилия Титиева там не упоминается. Адвокат И.Новиков возразил, что заявление Даудова послужило спусковым крючком операции против Оюба Титиева. Кроме того, Титиев, зная об этом заявлении и учитывая ситуацию, сложившуюся к концу 2017 года вокруг «Мемориала», ожидал, что может стать объектом пристального внимания правоохранительных органов. Судья отказала в приобщении текста выступления к материалам дела.

После этого адвокаты заявили ходатайство об изменении меры пресечения для Оюба на личное поручительство. В качестве поручителей выступила член Совета ПЦ «Мемориал» и председатель Комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина. Объявлен перерыв для того, чтобы гособвинение подготовило свою позицию по ходатайству.

26 ноября в начале 24-го заседания гособвинение высказалось против изменения меры пресечения для Титиева. Судья Зайнетдиновао тказалась удовлетворить ходатайство о поручительстве Ганнушкиной.

В зале суда присутствовали член совета ПЦ «Мемориал» Олег Орлов, а также, Мария Шищенкова (Front line Defenders), Дмитрий Макаров (Московская хельсинкская группа), Татьяна Локшина (Human rights watch), Александра Крыленкова (Крымский полевой правозащитный центр), дипломаты из Швеции, Нидерландов и Польши, журналисты «Новой газеты» и «Кавказского узла», местные СМИ и фотографы Саид Царнаев, Муса Садулаев и Елена Фиткулина, а также Григорий Явлинский, бывший лидер партии «Яблоко» и кандидат на пост Президента РФ, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга.

Было заявлено ходатайство об изменении меры пресечения для Оюба на личное поручительство Г.Явлинского. После полуторачасового размышления в совещательной комнате судья отказалась удовлетворить ходатайство. Также судья отказала в удовлетворении ходатайства защитников о том, чтобы Оюб во время заседаний находился не в железной клетке, а в зале, рядом с адвокатами.

Затем Титиева допросили гособвинители. Его безуспешно пытались поймать на противоречиях. Никакой новой информации в ходе допроса гособвинителями Байтаевой и Ахматовым не выяснилось.

27 ноября в ходе 25-го заседания по ходатайству адвоката Новикова были зачитаны показания, данные Оюбом на предварительном следствии (всего было 3 допроса). Титиев эти показания подтвердил.

Затем суд перешел к исследованию материалов дела. Ряд документов защитники назвали недопустимыми доказательствами, поскольку они составлены с нарушением УПК.

Участники процесса обозрели вещественные доказательства - пакет и конверт с наркотиками, якобы найденными у Оюба в машине. Как отметил защитник Новиков, запись на бирке о том, что Титиев от подписи отказался, не заверена понятыми.

На нескольких документах, по словам Титиева, под его именем стоит чужая подпись, хоть и очень похожая на его собственную. Он эти документы не подписывал.

Адвокаты обнаружили и еще одну проблему с подписями: на некоторых документах: подписи начальника ОМВД по Курчалоевскому району Рустама Агуева и его заместителя Гехаева идентичны. На странице 49 дела тоже стоит подпись Агуева, но она полностью отличается от предыдущих.

В этот день успели огласить и прокомментировать 79 из 260 листов первого тома (всего томов 6).

(Подробные описания всех заседаний суда: 1-е заседание; 2-е; 3-е; 4-е; 5-е; 6-е; 7-е; 8-е;9-е; 10-е; 11-е; 12-е; 13-е; 14-е; 15-е; 16-е; 17-е; 18-е; 19-е; 20-е; 21-е; 22-е; 23-е; 24-е; 25-е)

Хроника преследования в переводе на английский

 

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзеков

Титиев Оюб Салманович родился 24 августа 1957 года, живёт в селе Курчалой Чеченской Республики, правозащитник, руководитель грозненского представительства Правозащитного центра (ПЦ) «Мемориал».