Ингушетия: в суде по делу Альберта Хамхоева состоялись прения сторон

31.08.2018

Прокурор просит признать Альберта Хамхоева виновным в хранении оружия и назначить ему два года колонии-поселения. Адвокаты настаивают на его оправдании.

29 августа 2018 года в Назрановском районном суде состоялись прения сторон по уголовному делу Альберта Хамхоева, обвиняемого в незаконном хранении оружия (ч.1 ст. 222 УК РФ).

Первым выступил гособвинитель, и.о. заместителя прокурора Назрановского района, Якуб Балаев. Его выступление было коротким и фактически дублировало обвинительное заключение.

Гособвинитель считает, что вина Хамхоева в незаконном хранении оружия доказана. Она подтверждается показаниями свидетелей обвинения – сотрудниками ЦПЭ МВД по РИ, производившим обыск в доме Хамхоевых, экспертами МВД, а также документами и экспертизами, имеющимися в материалах уголовного дела. Обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание Хамхоева, в ходе следствия установлено не было, преступление стороной обвинения отнесено к категории средней тяжести. Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением время или после совершения преступления, по словам прокурора в деле не имеется, следовательно, нет оснований для назначения более мягкого наказания. Исходя из всего вышеизложенного гособвинитель попросил суд признать Альберта Хамхоева виновным в вменяемом ему преступлении и назначить ему наказание в виде двух лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, без выплаты штрафа.

Со стороны защиты первым выступил адвокат Александр Караваев. Он обратил внимание суда на те доказательства, которые легли в основу обвинения. Как сказал адвокат, основанием для проведения обыска в доме Хамхоевым стал непонятый документ, вычлененный 9.11.17 г из другого уголовного дела, в котором сообщалось, что у Хамхоева может находится оружие. Никаких иных оснований для проведения обыска в доме Хамхоевых не было и быть не могло. Адвокат подверг сомнению как допустимое и достоверное доказательство протокол обыска от 14.11.17 г., так как он составлен с грубейшим нарушения действующего УПК. В протоколе говорится, что пистолет был обнаружен у Хамхоева в ходе личного досмотра оперуполномоченным ЦПЭ МВД по РИ Андреем Овадой. При этом в УПК нет так такого понятия, как личный досмотр. По словам защитника, данное действие регламентируется административным кодексом (КоАП), а, следовательно, руководитель обыска, составлявший протокол обыска в жилище, вышел за рамки требования УПК. Более того, нарушены были и правила личного досмотра Хамхоева и, вопреки требованиям КоАП, не составлен протокол личного досмотра и протокол административного задержания.

«Даже если допустить, что оперативники провели личный обыск, который, регламентируются УПК, то и в этом случае он был проведён с нарушениями», - отметил адвокат. Для проведения личного обыска Альберта Хамхоева у сотрудников не было оснований, так как Хамхоев на тот момент не был обвиняемым или подозреваемым, ему не было предложено выдать добровольно оружие или другие незаконные предметы, которые у него могли иметься. Сам процесс личного обыска не был должным образом зафиксирован на видео. В материалах дела есть только одно видео, на котором Хамхоев уже стоит с поднятыми руками у стены и у него из-за пояса вытаскивают пистолет, при этом непонятно каким образом Хамхоев оказался возле стены при каких обстоятельствах был задержан.

Также важно, отметил адвокат, что оружие было изъято не в жилище, а оперативный сотрудник ЦПЭ составил протокол обыска в жилище, куда и внёс изъятый пистолет. При этом собственником жилища, в котором проводился обыск является не Альберт Хамхоев, а его мать, именно ей зачитывали постановление на проведение обыска и именно она являлась участником следственного действия, а не неё сын.

Таким образом, пистолет был изъят в рамках не предусмотренной законом процедуры, следовательно, протокол, составленный с нарушениями УПК, не может является доказательством.

Адвокат Караваев напомнил, что сам процесс обыска фиксировали на видеокамеру не с начала, что подтверждается данными в суде показаниями оператора, сотрудника ЦПЭ МВД по РИ Мурзабекова, показаниями руководившего обыском Андрея Овады, а также показаниями родственниками и соседей Альберта Хамхоева. До того, как была включена видеокамера и во двор зашли понятые с руководителем обыска и оператором, 10-15 минут там находилось несколько десятков вооружённых людей. При этом несколько человек слышали, как Альберт кричал, что ему пытаются подбросить пистолет.

Далее адвокат Караваев высказал удивление, как такой вывернутый с ног на голову и порочный документ, который почему-то назвали протоколом обыска, мог быть без всяких вопросов утверждён надзирающим прокурором: «Из этого документа абсолютно непонятно, кто изъял пистолет? Иванов, Петров, Сидоров? Где этот человек? Нет этого человека. Кто вообще первым увидел за футболкой этот пистолет? Где этот человек? Нет этого человека. Кто первым подошёл к Альберту, кто его выводил на улицу, кто звал понятых? У нас нет ни лиц, изымавших пистолет, потому что из тех, кто здесь был, все открещиваются от этого действия, нет людей, которые его задерживали и ставили к стенке. У нас этого ничего нет. Как это дело можно было пропускать в суд?!»

По словам адвоката, гособвинение так и не предоставило возможности допросить понятых, которые являются принципиальными свидетелями. Утверждалось, что не могут установить их адрес, но при этом дознаватель в марте 2018 года одного из них допросить смог. Это вызвало у защиты Хамхоева сомнение: либо обвинение не прилагало усилий, чтобы установить местонахождение понятых, либо дознаватель сфальсифицировал протокол допроса одного из них в марте 2018 года.

Адвокат Караваев отметил, что решение Магасского районного суда, признающего обыск законным, не является доказательством того, что в ходе обыска не были допущены нарушения. Решение Магасского суда легализовало действие сотрудников, проводивших обыск, но суд на тот момент не мог изучить все обстоятельства обыска.

Ещё одно обстоятельство, на которое адвокат обратил внимание суда - это волос в изъятом пистолете, который, по заключению экспертизы, принадлежит Хамхоеву. Напомним, что отпечатков пальцев Хамхоева на изъятом пистоле обнаружено не было. По словам адвоката, волос в пистолете – единственное за что можно было зацепиться следствию, но к нему необходимо относиться критически, так как волос был найден в пистолете экспертом 9 декабря 2017 года. До этого времени с пистолетом производились различные манипуляции, в том числе три различные экспертизы, когда пистолет осматривали, разбирали, но ничего там не обнаруживали, что и подтвердили 4 эксперта, которые давали показания в суде. Таким образом адвокат сказал, что этот волос был попыткой следствия затянуть Хамхоева в обвиняемые и уголовное дело направить в суд.

«Таким образом, уважаемый суд, положения уголовно-процессуального кодекса, Конституции РФ предусматривают очень благие принципы, в том числе и презумпцию невиновности, говорят о том, что подсудимый не обязан доказывать свою невиновность, говорят, что любые сомнения в виновности подсудимого должны трактоваться в его пользу. Если мы возьмём это дело и рассмотрим его сточки зрения Закона, то получиться что стороной не представлено ни одного убедительного доказательства с точки зрения УПК виновности Хамхоева. Напротив, материалы уголовного дела свидетельствуют об обратном. Уважаемый суд, я считаю, что единственное законное решение, которое может быть вынесено вами, является оправдание моего подзащитного, о чём я Вас и прошу», - завершил своё выступление адвокат Караваев.

Выступивший следом адвокат Джабраил Куриев поддержал доводы своего коллеги. Он акцентировал внимание суда на том, что все доказательства вины его подзащитного противоречат ст. 182 УПК РФ. И в ходе обыска, и в ходе оформления протокола обыска были допущены нарушения, которые и легли в основу обвинения, были использованы при проведении экспертиз. Достаточно проанализировать момент изъятия пистолета, заявил адвокат. Очевидно, что фиксация изъятия оружия началась только после того, как с Хамхоевым были совершенны определённые действия. В записи отсутствует сам момент задержания, в ходе которого силовики должны были обыскать и изъят пистолет, если он был, исходя хотя бы из обеспечения собственной безопасности. Однако на видео снят только постановочный момент, который не может расцениваться как убедительное доказательство.

Адвокат Куриев рассказал суду о том, в каком состоянии застал своего подзащитного, когда посетил его 15 ноября 2017 года. Всё тело Хамхоева было покрыто синяками, ссадинами, кровоподтёками, которые Альберт получил в результате пыток. Десять дней не назначалась судмедэкспертиза, а когда гематомы и ушибы на теле Хамхоева стали менее заметными, результат первой экспертизы показал, что вреда здоровью нанесено не было, хотя при повторной экспертизе, уже в рамках уголовного дела по пыткам, вред здоровья был зафиксирован. Это говорит о том, что следствие с самого начала было ангажировано и намеревалось обвинить Хамхоева в тех преступлениях, которые он не совершал. Адвокат Куриев напомнил о показаниях бывшего сотрудника ЦПЭ МВД по РИ Тимура Албакова, который рассказал суду, как начальник ЦПЭ пытался заставить его подбросить Хамхоеву пистолет и что он слышал, как день задержания Альберта Хамхоева в одном из кабинетов ЦПЭ кричал человек – а в этот день в ЦПЭ кроме Хамхоева никого больше не доставляли. Ещё раз подробно адвокат остановился на экспертизе пистолета, который осматривали четыре эксперта и никаких инородных тел в нём не обнаруживали, а уже после этого, согласно показаниям эксперта ЭКЦ МВД РИ Оздоева, которому было поручено изъять из пистолета микрочастицы и объекты биологического происхождения, при вскрытии пистолета из него выпал волос размером 5-6 см. Однако уже при проведении экспертизы волоса было указано, что размер волоса составлял 2 см.

«Считаю, что суд должен отнестись критически к показаниям свидетеля Оздоева А.М., так как до исследования по обнаружению и изъятию микрочастиц и объектов биологоческого происхождения проводились дактилоскопические и баллистические исследования, дактилоскопическая и баллистическая экспертизы, в рамках которых инородных тел не было обнаружено. Показания Оздоева А.М. противоречат обстоятельствам дела и показаниям других свидетелей-экспертов. Кроме того, исследования по изъятию микрочастицы и объекты биологического происхождения на пистолете 09.12.17 г. и заключение генетической судебной экспертизы ЭКЦ ГУ МВД РФ по Ставропольскому краю за №1222 от 27.12.17 г не могут быть судом приняты во внимание и положены в основу приговора, так как обстоятельства обнаружения объекта биологического происхождения вызывают сомнения. Суд обязан трактовать такие обстоятельства в пользу подсудимого», - заявил адвокат Куриев.

Адвокат Куриев попросил суд учесть все те нарушения, о которых говорила защита и принять единственное решение, которое может быть по этому делу – оправдать его подзащитного со всеми реабилитирующими обстоятельствами.

Альберт Хамхоев в прениях выступать не стал, поддержав всё сказанное его адвокатами и пообещав более подробно высказаться в последнем слове.

Судья Алик Ярыжев объявил перерыв в заседание суда до 10 сентября 2018 года.