Ингушетия: Обвиняемый в хранении оружия, намерен заявить в суде о фабрикации уголовного дела

26.12.2017

Руслана Угурчиева задержали 19 февраля  в его собственном доме в Назрани. Этому предшествовал обыск.

19 декабря 2017 года в Представительство Правозащитного центра «Мемориал» с письменным заявлением обратился житель г. Назрань Руслан Магомедович Угурчиев, 1980 г.р., обвиняемый в незаконном хранении оружия и боеприпасов. Руслан жалуется на то, что правоохранительные органы сфабриковали против него уголовное дело и опасается несправедливого судебного приговора.

Руслана Угурчиева задержали 19 февраля 2017 года в его собственном доме в Назрани. В этот день, рано утром, выломав входную дверь, к Угурчиеву вломились вооружённые сотрудники силовых структур в масках. Они не представились и не показали никаких документов. В доме в это время находились хозяин дома, его беременная жена и двое детей (17 лет и 2 года). Всех, кроме маленького ребёнка уложили на пол лицом вниз, после чего сотрудники силовых структур стали обыскивать комнаты, переворачивая мебель и разбрасывая вещи. Обыск продолжался 30–40 минут. Хозяева дома слышали, как силовики в ходе обыска сообщали, что «всё чисто». Результат не удовлетворил сотрудника, который по всей видимости был старшим в группе, он взял с собой несколько человек из группы, вышел с ними на улицу. Через 5 минут они вернулись обратно в спальню. Ещё через несколько минут в эту же комнату завели Руслана Угурчиева, понятых, которых силовики привезли с собой, и сотрудника с видеокамерой. Из-под детской подушки силовики демонстративно вытащили пистолет.

Руслан возмутился этим фактом и спросил: «Зачем вы мне это подкидываете?». В ответ на его слова один из них приказал выключить камеру и стал угрожать Руслану на ингушском языке, что убьёт его и выдаст это за самооборону. Руслан также на ингушском языке спросил его, за что его подставляют, на что сотрудник возразил: «А ты покажи пальцем кто конкретно из нас подкинул тебе оружие?». Руслан показал пальцем на всех, кто стоял в комнате и заявил, что не даст «повесить на себя то, чего не делал». После этих слов сотрудник ударил его в грудь и пригрозил отвезти в ЦПЭ, где с Русланом будут разговаривать по другому. Угурчиева вывели в другую комнату, куда через несколько минут вошёл ещё один сотрудник и сказал: «Вы чё, рюкзак забыли?!». Руслана опять завели в спальню, где показали ему рюкзак, похожий на школьный, который якобы нашли по матрасом (уже после третьей проверки комнаты). Из него вытащили два металлических предмета и какие-то металлические детали. Угурчиев опять стал возмущаться, но ему сказали, что если он не закроет рот, то ему будет хуже. После окончания обыска Руслана Угурчиева и его старшего семнадцатилетнего сына Рамазана Руслановича Ташуева, (фамилия по матери) отвезли в ЦПЭ МВД по РИ. Руслану одели на голову полиэтиленовый пакет, обмотали его скотчем и стали требовать, чтобы он признался в хранении пистолета и рюкзака. Ему угрожали, били, но он отказывался. Тогда ему сказали, что они оставили на пистолете отпечатки пальцев его сына и оружие и рюкзак «повесят» на него, но и это не заставило Руслана оговорить себя. Ему стали угрожать сексуальными насилием, обещали снять это на видео и выложить в интернет, а один из сотрудников даже попытался расстегнуть ремень на его брюках.

Затем к пальцам ног Угурчиева подсоединили провода и стали пытать током. Пытали до тех пор, пока один из сотрудников сказал, что они зря тратят время, что Угурчиев не в теме. Руслана вывели на улицу, босым поставили на снег и стали бряцать оружием, как будто готовились стрелять. Однако Угурчиев продолжал настаивать на своей невиновности. Он услышал чей-то строгий голос: «Вы там полегче, мне здесь ни к чему второе дело Далиевых»1.

В тот же день Угурчиева перевели в ИВС ОМВД по г. Назрань, где он провёл 10 суток. На 10 день у него стало болеть всё тело, голова и кровоточило колено. Сотрудники ИВС вызвали Угурчиеву «Скорую помощь». Врачи оказали ему помощь. После ИВС Угурчиев содержался в СИЗО г. Карабулак. При переводе в СИЗО у него спросили, есть ли жалобы на здоровье, он сказал что есть, на что сотрудники, которые доставляли Угурчиева в СИЗО пригрозили отвезти его обратно в ЦПЭ и таким образом вынудили сказать, что жалоб на здоровье нет. В первые дни содержания в СИЗО в камеру к Угурчиеву приходил сотрудник прокураторы, который не стал выслушивать его претензии, предложил ему всё изложить в письменном виде. Только через месяц, после задержания родственники смогли заключить соглашение с адвокатом, а защитник по назначению никаких шагов в защиту прав Руслана не предпринимал.

Жалобы были направлены новым адвокатом. По результатам экспертиз, отпечатков пальцев на изъятых у Угуричева в доме вещах, обнаружено не было. Дознаватель предлагал ему признаться хотя бы в хранении пистолета и обещал после этого изменить меру пересечения, а в последующем небольшой срок и может быть даже условный. Руслан отказался идти на сделку со следствием.

10 марта 2017 года Угурчиев обратился с заявлением о пытках в следственные органы и получил в августе отказ в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ЦПЭ, пытавших его. Затем постановление об отказе было обжаловано и вновь следователь возобновил доследственную проверку, которая завершилась вновь отказом в возбуждении уголовного дела в отношении полицейских. После повторного обращения Угурчиева Магасский районный суд отменил постановление и обязал следователя провести дополнительные следственные действия по факту пыток и неправомерных действий полицейских. .

19 августа 2017 года Магаский районный суд изменил ему меру пресечения под подписку о невыезде. В сентябре 2017 года уголовное дело по обвинению Руслана Угурчиева в преступлениях, предусмотренных ч. ст. 222 и ч. 1 ст. 222.1 (приобретение и хранение оружия) УК РФ передали для рассмотрения в Магасский районный суд.

1Магомед Далиев был задержан сотрудниками ЦПЭ МВД по РИ 15 июля 2016 года и в тот же день скончался в здании ЦПЭ во время допроса. По данному случаю возбудили уголовное дело и в декабре 2016 года задержан и затем арестован руководитель ЦПЭ МВД РФ по РИ Тимур Хамхоев. Позже аналогичное обвинение было предьявлено его заместителю Сергею Хандогину, а затем и другим сотрудникам ЦПЭ МВД по РИ.