Туркменистан: ситуация в пенитенциарных учреждениях

06.11.2008

Условия содержания Несмотря на проведенные в 1999-2000 гг. массовые амнистии, несколько разгрузившие переполненные пенитенциарные учреждения Туркменистана, условия содержания заключенных по-прежнему остаются тяжелыми. В настоящее время число заключенных в различных колониях и СИЗО

Условия содержания

Несмотря на проведенные в 1999-2000 гг. массовые амнистии, несколько разгрузившие переполненные пенитенциарные учреждения Туркменистана, условия содержания заключенных по-прежнему остаются тяжелыми.

В настоящее время число заключенных в различных колониях и СИЗО превышает расчетное от 1,4 до 3 раз (для сравнения: в 1998 г. нормой было четырехкратное переполнение пенитенциарных учреждений).

По словам одного из работников правоохранительных органов, СИЗО в камерах, рассчитанных на 5 человек, часто содержится по 15-17 подследственных, в связи с чем заключенные вынуждены спать по очереди.

Лица, содержащиеся в СИЗО, страдают от нехватки воды. В летнее время в день на каждого заключенного выдается по одной полуторалитровой бутыли воды, предназначенной как для питья, так и для умывания. Этого количества совершенно недостаточно.

Различные источники отмечают, что продукты питания для заключенных чрезвычайно низкого качества. Обычный рацион состоит из баланды без мяса и мясопродуктов с добавление хлопкового масла второго сорта.

Широкое распространение среди заключенных имеют дизентерия, брюшной тиф, туберкулез и другие инфекционные заболевания. При этом медицинская помощь больным практически не оказывается, необходимые лекарства - отсутствуют.

В тюремной больнице в колонии МР-К/15 в г.Мары содержатся в основном больные с тяжелыми формами туберкулеза, рака и т.д., практически не подлежащие излечению, а также те, кто добился перевода на больничных режим за взятку или благодаря связям в правоохранительных органах. Колония рассчитана на 200 чел., но в ней содержится 680 больных. Ежегодно умирает около 80 чел. В настоящее время проводятся работы по расширению колонии.

Смертность среди заключенных других колоний также остается чрезвычайно высокой, и имеет тенденцию к увеличению. Особое место в этом плане занимают «спецучреждения» Лебапского велаята. Питание и санитарно-бытовые условия здесь даже тюремный персонал характеризует как «ужасные». Заключенные характеризуют свое положение словами «мрем как мухи» и «что ни день - то труп». Только в колониях ЛВ–К/11 и ЛВ–К/12, находящихся в г.Сейди близ Чарджоу, в 2000 г. умерло 212 заключенных. Не лучше обстоят дела и в тюрьме города Красноводска. В 2000 г. здесь скончались 72 заключенных.

Пытки и жестокое обращение

Следственные органы и тюремная администрация по-прежнему широко применяет пытки.

В колониях чаще всего практикуются «плановые» избиения заключенных дубинками сотрудниками пенитенциарных учреждений. Избиение и карцер ждут заключенного за малейшую провинность. Типичными для протоколов о нарушении режима являются фразы типа «за нарушение режима содержания к Петрову применены приемы самбо и дубинка». При водворении в карцер заключенного раздевают до нижнего белья независимо от времени года, что не редко приводит к сильной простуде, а иногда и к смерти заключенного.

В колониях строгого режима Лебапского велаята используются также пытки электрошоком, осуществляемые путем применения специального аппарата. Такого рода пытка, например, применялась в феврале 2001 г. в колонии ЛВ-К/10 к заключенному Авдееву Г. После применения этой пытки Авдеев был доставлен в тяжелом состоянии в тюремную больницу в колонии МР-К/15, где находится до сих пор. По сообщениям из этой колонии, состояние его здоровья ухудшается с каждым днем.

Несмотря на то, что пытки и жестокое обращение с заключенными широко распространены, за последние три года ни один сотрудник туркменских пенитенциарных учреждений не был привлечен за это к ответственности. Официально считается, что подобной проблемы в Туркменистане не существует.

В ряде случаев для физического воздействия на подследственного используются специально подобранные заключенные, действующие по указанию администрации. Такая форма давления часто используется правоохранительными органами для получения ложных «признаний» в совершении того или иного преступления, особенно в тех случаях, когда от успешного раскрытия дела зависит карьера тех или иных должностных лиц.

Обычно «помощников администрации» из числа заключенных содержат вместе или специально собирают в одну камеру. Туда же помещают подследственного, к которому решено применить, говоря языком работников СИЗО, «специальные меры воспитательного характера». Заключенного привязывают к специальному постаменту и методично бьют, чаще всего по пяткам и ногам. Избиения методично продолжаются днем и ночью. При этом администрация закрывает глаза на происходящее, а в случае летального исхода заявляет, что смерть наступила вследствие внутренних конфликтов среди уголовников.

Если избиения не помогают и заключенный отказывается признать несовершенные преступления, к нему применяются другие формы физического воздействия. Обычно ему угрожают «опущением», т.е. изнасилованием и помещением в «гарем», что во многих случаях приводится в исполнение.

Такой случай, в частности, произошел в СИЗО г.Теджена в ноябре 2000 г. Подследственный Аванесов П., который оказался в местах лишения свободы за совершение грабежа, был изнасилован тремя заключенными по указанию администрации и впоследствии покончил жизнь самоубийством, «повесившись на ремне». Перед смертью он успел обратиться в Генеральную прокуратуру и написать родным о пытках и издевательствах, которым его подвергли в СИЗО. Несмотря на его письменное обращение, до сих пор никто не понес наказание за происшедшее, включая заключенных, явившихся непосредственными виновниками его смерти.

Коррупция

Коррупция в местах лишения свободы в Туркменистане носит тотальный характер. Практически все работники пенитенциарных учреждений берут взятки, причем на каждую «услугу» существует специальный тариф.

Так, передача продуктов питания сверх нормы (нормой является одна передача весом до 5 кг один раз в месяц) «стоит» от 10 до 20 американских долларов. Взятку принимает ответственный за прием и организацию передач и свиданий (старшина или сержант внутренней службы). Полученными деньгами он делится с офицером (обычно заместителем начальника учреждения), чья подпись (виза) необходима для разрешения на передачу. Разрешение свидания (независимо от того, положено оно или нет по режиму содержания) организуется по той же схеме и стоит от 20 до 40 долларов.

Оставление заключенного в исправительном учреждении близ места жительства с переводом в состав «хозяйственной обслуги» (т.н. «хозбанды») «стоит» от 300 до 500 долларов. Этим вопросом обычно занимается лично начальник («хозяин») зоны или его первый заместитель.

За подготовку документов для досрочного или условно-досрочного освобождения из мест лишения свободы родственники заключенного платят взятку руководству колонии в размере от 500 до 1000 долларов. В эту сумму не входит «плата» за вынесение заключенному благодарности или другого вида поощрения, при отсутствие которых досрочное или условно-досрочное освобождение не применяются.

Президентские помилования

В последние 2,5 года в связи с массовыми акциями по освобождению заключенных, проводимых по инициативе президента страны Сапармурада Ниязова, сотрудники туркменских правоохранительных органов стали брать взятки за внесение фамилии заключенного в подписываемые президентом списки помилованных, включающих тысячи имен. Этим «бизнесом» занимаются не только чиновники центральных учреждений в Ашхабаде, но и члены местных комиссий по освобождению, в число которых входят начальник исправительного учреждения, сотрудники КНБ, прокуратуры и суда.

Каждый из членов комиссии стремится найти «клиентов» из числа родственников осужденных, которым «президентское помилование» обходится обычно от 1 до 5 тысяч долларов. За освобождение лица, совершившего особо опасное преступление (умышленное убийство, изнасилование несовершеннолетней, реализация наркотических средств в особо крупных размерах и т.д.), размер взятки доходит до 10 тысяч долларов.

Местный источник сообщает, что сотрудники КНБ в ряде случаев сами посещали дома родственников заключенных и предлагали им свои услуги в организации «помилования» того или иного лица .

Таким образом, под высокопарные декларации президента о гуманизации правоохранительной практики на свободу не редко выходят заключенные, совершившие особо опасные преступления, а лица, осужденные за незначительные или неумышленные преступления, продолжают отбывать полный срок наказания.

Сотрудник правоохранительных органов Балканского велаята сообщил об известных ему случаях, когда по президентским указам о помиловании были освобождены убийца, осужденный на 12 лет, и наркоторговец, задержанный с 20 кг героина и приговоренный к 20 годам лишения свободы. В то же время (из за отказа дать взятку) было отказано в освобождении двух лиц, один из которых был осужден на 3,5 года за дорожно-транспортное происшествие, а другой – на 1,5 года за незаконный переход границы (т.е. за поездку к родственникам в Баку без оформления визы). На начало 2001 г. оба они продолжали отбывать наказание.

В 1999 г. туркменские СМИ сообщили об очередной «гуманной акции» президента - помиловании им сотен иностранных граждан, которые были переданы властям соответствующих государств. Тексты указов об помиловании иностранцев в открытой печати не публиковались. Фактически, однако, иностранные граждане не были помилованы и не вышли на свободу. Например, все «помилованные» российские граждане были вывезены на родину под конвоем и там помещены в исправительные учреждения в качестве осужденных, переданных Туркменистаном для дальнейшего отбытия наказания в рамках соответствующего межправительственного соглашения. Генеральная прокуратура РФ отклонила все ходатайства о пересмотре дел, освобождении или сокращении сроков заключения на том основании, что она не располагает материалами уголовных дел и неправомочна изменить меру наказания, определенную судом другого государства. Единственной уступкой прокуратуры стала отмена приговоров по статьям, отсутствующим в Уголовном кодексе РФ. Таким образом, сотни «помилованных» Ниязовым россиян до сих пор продолжают отбывать заключение без какой-либо надежды на скорое освобождение.