Туркменистан на перепутье

19.11.2008

Что представляет собой современный Туркменистан? Многие авторы пишут об авторитарном режиме или диктатуре «пожизненного президента» Сапамурада Ниязова. С этими определениями можно согласиться, однако они носят слишком общий характер и не отражают специфику туркменской политической системы.

Что представляет собой современный Туркменистан?

Многие авторы пишут об авторитарном режиме или диктатуре «пожизненного президента» Сапамурада Ниязова. С этими определениями можно согласиться, однако они носят слишком общий характер и не отражают специфику туркменской политической системы. Между тем за последние 10 лет в Туркменистане создан уникальный политический режим, не имеющий ничего общего с современными формами государственного устройства.

Власть «пожизненного президента», нередко именуемого в местной прессе «Посланником Аллаха», поистине беспредельна. Например, Туркменбаши лично утверждает назначения не только чиновников среднего ранга, но даже списки абитуриентов, «достойных» зачисления в вузы. В прошлом году были приняты поправки к УПК, согласно которым арест каждого преступника должен быть санкционирован главой государства. «Великий Туркменбаши» лично отдает приказы и о пытках своих политических оппонентов.

Разделение властей фактически отсутствует. Сформирован не имеющий аналогов надпарламентский «высший орган представительной власти» – т.н. «Народный Совет», список участников каждого заседания которого утверждает президент.

Важные политические решения зачастую принимаются Ниязовым экспромтом, без экспертной проработки, иногда под влиянием прочитанной газетной статьи. В некоторых случаях президент открыто ссылается на опыт «средних веков». Так, вычитав в какой-то книге, что у туркмен в прошлом не было тюрем, он тут же поручил соответствующим ведомствам подготовить документы о передаче туркменских преступников для отбытия наказания в Иран и Казахстан.

Некоторые действия Ниязова заставляют задуматься об адекватности восприятия им окружающего мира. Так, Туркменбаши открыто объявлял, что его личное состояние многократно превышает годовой бюджет государства, и до последнего времени не считал зазорным хранить в подвалах своего дворца товарные партии наркотиков, полученные от талибов. Несколько лет назад, вдохновившись деяниями царей из арабских сказок, «пожизненный президент» ходил по пригородам Ашхабада загримированным и с накладной бородой, чтобы, как он заявлял, лучше знать, о чем думают его подданные.

Что касается ситуации с правами человека, то ее в достаточной степени характеризует постановление Народного Совета, принятое в конце прошлого года. Согласно этому документу, изменой Родины, наказываемой вплоть до пожизненного заключения, являются «клевета на свое государство», «стремление посеять у людей сомнение в проводимой президентом внутренней и внешней политике», а также недонесение о подготовке к этим действиям. Стоит ли удивляться, что после принятия такого постановления россияне с двойным гражданством, живущие в Туркменистане, не спешат обращаться со своими бедами в российский МИД или СМИ.

Можно вспомнить, что в середине 90-х годов ниязовская диктатура не была столь жестокой и абсурдной. Однако безучастная позиция внешнего мира, геополитическая конкуренция России и США, которые в борьбе за влияние в Туркменистане игнорировали тотальные нарушения прав человека, позволили этому режиму укрепиться и действовать уже без оглядки на международное сообщество.

Чем более абсурдную форму принимала ниязовская диктатура, тем большую опасность для нее представляли личные и информационные контакты граждан с внешним миром. «Железный занавес» является логическим продолжением внутренней политики Туркменбаши.

Решение об отмене соглашения о двойном гражданстве - лишь очередной шаг в длинном списке мер, направленных на изоляцию страны от внешнего мира. Здесь можно вспомнить введение визового режима со странами СНГ в 1999 г.; отмену железнодорожного и автобусного сообщения с этими странами; отказ допустить иностранных спасателей в разрушенный землетрясением Казанджик; запрет подписки на зарубежные периодические издания; восстановление в марте этого года разрешительных выездных виз и ужесточение порядка их выдачи; ограничение возможностей обучения за рубежом; контроль за интернетом и др. Жестко ограничен и въезд в Туркменистан иностранцев. Регистрация брака с гражданином другой страны возможна только при уплате туркменскому государству «страхового сбора» в размере 50000 USD!

Двойное российско-туркменское гражданство давало десяткам тысяч жителей Туркменистана возможность безвизовых поездок в Россию. Указ Ниязова от 22 апреля закрыл эту последнюю дверь в туркменском «железном занавесе». Последствия этого шага, как представляется, будут весьма серьезными.

Российские власти до недавнего времени фактически игнорировали и случаи закрытия русских школ (последняя волна прошла в конце прошлого года), и массовые увольнения русскоязычных специалистов, и запрет национально-культурных организаций этнических меньшинств. Когда в апреле проходило голосование по резолюции ООН, осуждающей нарушения прав человека в Туркменистане, российский представитель голосовал против ее принятия. Однако апрельский указ Ниязова заставил Россию пересмотреть свою политику.

Официальный Ашхабад заявляет, что двойное гражданство имеют лишь 47 чел. Эта цифра учитывает тех, кто, переехав из России в Туркменистан, обратился за получением второго туркменского гражданства. Число же туркменистанцев, обратившихся за вторым гражданством в российские учреждения, намного больше. Речь идет примерно о 100 тыс. граждан, две три которых продолжают проживать в Туркменистане. Кремль никогда не сможет согласиться с тем, что президент другой страны, игнорируя международные нормы, требует у этих людей отказаться от российского гражданства.

Едва ли Ниязов пойдет на отмену своего указа. Успокаивающие заявления Путина и создание межправительственной рабочей группы по вопросам двойного гражданства является лишь временной отсрочкой дальнейшей эскалации конфликта. Между тем на середину сентября назначены новые слушания по туркменскому вопросу в Госдуме РФ, а российские спецслужбы озабочены поиском фактов, доказывающих личную причастность Ниязова к наркотрафику.

Российско-туркменский конфликт развивается на фоне нарастающей международной изоляции ниязовского режима и усиления внутренней напряженности в Туркменистане. Репрессии последних лет лишили Ниязова поддержки правящей элиты, многие представители которой не без основания опасаются за свою дальнейшую судьбу. Спецслужбы, исключая Службу охраны президента, больше не пользуются доверием Туркменбаши. В прошлом году секретная полиция подверглась беспрецедентной чистке, как предполагают, из-за готовившегося руководством КНБ государственного переворота. Позже подлинные и мнимые заговорщики обнаружились в армии и в погранвойсках. Репрессии, последовавшие за неудавшейся попыткой переворота в конце ноября, позволили Ниязову частично снизить рост оппозиционных настроений, однако внутренняя напряженность не только не спадает, но, напротив, усиливается, в том числе и под воздействием решения об отмене двойного гражданства.

Сейчас уже очевидно, что дело не в специфике восточного менталитета, а в личных качествах туркменского диктатора, демонстративно игнорирующего нормы поведения, принятые международным сообществом. Туркменская оппозиция пока слаба и разобщена. Поэтому все чаще надежды туркменистанцев обращаются к Западу и России. Но готовы ли правительства этих стран пойти на более жесткие шаги или же все опять ограничится политическими декларациями? Ответа пока нет.

Сейчас трудно прогнозировать, когда и как уйдет Ниязов. Укусит ли его вновь ядовитый паук (как это было в апреле), возникнет ли новый дворцовый заговор, или некие крупные страны поддержат те или иные оппозиционные группы… Однако законсервировать нынешнюю ситуацию едва ли удастся.

Одно бесспорно. Каков бы ни был сценарий смены власти, никому не удастся сохранить созданную Ниязовым абсурдную политическую систему с явственно проступающими чертами средневековья.