Прокуратура Туркменистана требует смертного приговора для двух противников режима Ниязова

27.11.1998

            По сообщениям из Ашхабада, на следующей неделе в г.Красноводске (Туркменбаши) начнется рассмотрение в суде дела двух политических заключенных Хошалы Гараева и Мухамметгулы Аймурадова, обвиняемых МВД Туркменистана в попытке побега из Красноводской тюрьмы, нападении на сотрудника

            По сообщениям из Ашхабада, на следующей неделе в г.Красноводске (Туркменбаши) начнется рассмотрение в суде дела двух политических заключенных Хошалы Гараева и Мухамметгулы Аймурадова, обвиняемых МВД Туркменистана в попытке побега из Красноводской тюрьмы, нападении на сотрудника правоохранительных органов и призывах к свержению правительства Туркменистана.

Справка: 36-летний Гараев (гражданин России, бывший сотрудник московской милиции) и 52-летний Аймурадов (гражданин Туркменистана, бизнесмен, с 1992 г. проживавший в Москве), известные своими связями с политическими противниками режима Ниязова, в октябре 1994 г. были похищены туркменскими спецслужбами в Ташкенте. В июне 1995 г. они были осуждены Верховным Судом Туркменистана по обвинению в антигосударственной деятельности и подготовке террористического акта в отношении высших должностных лиц Туркменистана, соответственно, на 12 и 15 лет лишения свободы. Следствие и судебное разбирательство носили закрытый характер. Правозащитные организации неоднократно заявляли, что считают обвинения в отношении обоих осужденных сфабрикованными по политическим мотивам.

По версии следствия, Гараев и Аймурадов вместе с восемью другими заключенными в середине октября предприняли “попытку побега” из Красноводской тюрьмы. Заключенным не удалось выйти за пределы этажа, однако Гараев, считающийся инициатором побега, якобы избил дежурного, поднявшего тревогу.

Неофициальные источники в Ашхабаде высказывают мнение, что побег был спровоцирован туркменскими спецслужбами. Предположительно, не без участия последних Гараеву было сообщено, что в Москве якобы умер его сын. Однако основное обвинение, предъявляемое Гараеву и Аймурадову - не попытка побега и даже не избиение сотрудника тюрьмы, а призывы заключенных к “свержению правительства Туркменистана”. Поскольку Аймурадов и Гараев ранее уже были осуждены за антигосударственную деятельность, юристы в Красноводске сообщили родственнице одного из обвиняемых, что на этот раз им будет вынесен смертный приговор.

По имеющимся данным, следствие по делу Гараева и Аймурадова велось в обстановке повышенной секретности, родственники политзаключенных не были извещены о проведении следствия и готовящемся суде. Суд, вероятно, также будет носить закрытый характер.

По мнению осведомленных лиц в Ашхабаде, беспрецедентная закрытость, созданная вокруг этого дела туркменскими властями, объясняется, среди прочего, тем, что Ашхабад не желал омрачать “дружественные российско-туркменские отношения” в преддверии состоявшегося недавно официального визита в эту страну парламентской делегации Госдума РФ во главе с Геннадием Селезневым.

Одновременно “неизвестные источники” распространили в Соединенных Штатах информацию о том, что Гараев и Аймурадов якобы освобождены из заключения в ходе амнистии, объявленной в октябре этого года.

Таким образом, в тайне от общественности и правозащитных организаций туркменские спецслужбы готовят очередную расправу над политическим противниками режима Ниязова.

МИД России пока никак не комментировал возможность вынесения политически мотивированного смертного приговора российскому гражданину.

 

Исполнительный директор

Общества содействия соблюдения

прав человека в Центральной Азии

Виталий Пономарев

г.Москва 27.11.98

Генеральному секретарю

Организации Объединенных Наций

Господину Кофи Аннану

Нью-Йорк, США

Постоянному представителю ООН

В Туркменистане

Господину

Ашхабад, Туркменистан

ОБРАЩЕНИЕ

Учитывая большую занятость в работе на занимаемом Вами г-н Кофи Аннан посту, я Аймурадов Мухамметкули, вынужден обратиться к Вам с последней надеждой на Вашу помощь и содействие в моей дальнейшей судьбе и жизни. Мне 53 года, жена, двое детей и двое внуков. Более 25 лет, начиная от рабочего до управляющего строительного треста, я проработал на строительстве в столице Туркменистана гор.Ашхабаде. В 1993 году по состоянию здоровья (ишемическая болезнь сердца, перенес инфаркт, почечная недостаточность и др.) я переехал в гор.Москву. В 1994 году в октябре м-це в вылетел из гор.Москвы (Россия) в гор.Ташкент (Узбекистан) по коммерческим делам. Находясь в гор.Ташкенте, я был задержан сотрудниками спецслужбы Узбекистана и Туркменистана. На мои требования предъявить какие-либо документы на право моего задержания, они ничего не смогли показать. В течение 30-40 минут я был доставлен в аэропорт и самолетом переправлен в гор.Ашхабад (Туркменистан) и заточен в тюрьму при Комитете национальной безопасности Туркменистана. В это время я уже проживал в гор.Москве (Россия) и имел московскую прописку. Фактически меня выкрали из третьего государства, не поставив в известность посольство Российской Федерации в Узбекистане, ни прокуратуру гор.Ташкента. Почти восемь месяцев шло следствие. Не имея абсолютно никаких фактов, улик, доказательств, было сфабриковано лживое обвинение и судебное дело на политической основе, якобы я пытаюсь совместно с руководителями туркменской оппозиции, находящимися в гор.Москве, изменить конституционный строй в Туркменистане и готовить террористические акты против некоторых руководителей Туркменистана. С самого начала следствия и до окончания суда это было бездарной и явной выдумкой послушных людей, сфабриковавших заведомо ложное обвинение, которое использовал суд, не приняв во внимание выступление моих адвокатов из Москвы (Россия) и свидетелей, вынес приговор, по которому мне установили срок лишения свободы 15 лет в колонии строгого режима (первая судимость). Суд состоялся закрытый, и в зал суда не были допущены представители посольства Российской Федерации, а также средств массовой информации. Моими адвокатами был опротестован приговор суда как абсурдный и не соответствующий никаким нормам юриспруденции и международного права. Это было вопиющим беззаконием и грубейшим нарушением прав и свободы человека. Было направлено несколько кассационных жалоб, письмо президенту страны, но все осталось без должного внимания. Таким образом, как политический узник я нахожусь в заключении уже 4 года, хотя во многих своих выступлениях, встречах и интервью президент Туркменистана Ниязов С. утвердительно заявлял, что в Туркменистане нет ни одного политического узника. Каким же узником тогда считать меня, ведь обвинение составлено на политической основе и по приговору осужден по политическим статьям. Мною дважды были написаны прошения о помиловании на имя президента страны с подробным изложением моей невиновности, но все осталось без должного внимания. В конце декабря м-ца 1998 года заканчивался срок (3 года) моего пребывания в тюрьме и меня должны были отправить в колонию строгого режима для дальнейшего отбывания приговора. Но в октябре-ноябре м-це 1998 года, находясь в тюрьме, вновь против меня сфабриковали новое дело, сначала предъявили такое же обвинение на политической основе, затем это изменили и предъявили обвинения, что якобы я намеревался совершить побег. И 10 декабря 1998 года, в день юбилея 50-летия Всеобщей Декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, состоялся суд в тюрьме, и меня осудили вновь к 18 годам лишения свободы, из них вновь 5 лет тюремного режима и остальные 13 лет в колонии особого режима. Это еще раз доказывает, что мой выход на свободу явно не устраивает кого-то. Являясь политическим узником, меня содержат в камере по?? 12-14 человек вместе с уголовниками, убийцами, насильниками и др. Условия тяжелейшие, голод, болезни, в том числе инфекционные, авитаминоз, парадантоз и др, отсутствие необходимых медикаментов. За эти годы здоровье мое сильно ослабло. Зимой в камере холодно, летом – изнуряющая жара.

Я пишу это обращение, уважаемый г-н Кофи Аннан, зная Вас по выступлениям как крупного прогрессивного и политического деятеля, борца за справедливость, за идеалы демократии, за права и свободу человека. Я с уверенностью посылаю это обращение как зов моего сердца, что Вы ознакомитесь с ним и тогда многое будет зависеть от решения, которого я буду ожидать с большой сердечной и душевной надеждой. Пусть мое дело может пересмотреть любой международный суд, и я с полной уверенностью могу Вас заверить, что буду оправдан. Это явится процессом справедливости и демократии в борьбе за права и свободу человека, за его честь и достоинство в Туркменистане. Своей поддержкой Вы еще раз проявите свое сердечное отношение к демократии и справедливости. Желаю Вам крепкого здоровья и больших успехов в деле справедливости и демократии.

С надеждой и в ожидании политический узник Туркменистана М.Аймурадов.