«Мемориал» признал еще одного участника акции «Он нам не Димон», Александра Шпакова, политзаключенным

19.06.2017

Сразу после неожиданно массовой всероссийской оппозиционной акции 26 марта были возбуждены уголовные дела против ее участников, создана большая следственная группа. Есть основания полагать, что одной из целей этих демонстративных действий было устрашение потенциальных участников протестных мероприятий.

Один из ее участников, столяр Александр Шпаков, 24 мая 2017 года был приговорен судьей Тверского районного суда города Москвы А. В. Стеклиевым к 1 году 6 месяцам колонии общего режима. Шпаков находится под стражей с 28 марта 2017 года по обвинению в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти) УК РФ.

Мы считаем, что события 26 марта нужно оценивать и с точки зрения возможности законного противодействия граждан противоправным действиям сотрудников полиции. Совершение незаконных действий полицейскими, равно как и вопрос о том, насколько незаконно было противодействие этим незаконным действиям, суд не исследовал в принципе. При этом вина Шпакова подтверждается только показаниями полицейских. В таких условиях можно говорить об отсутствии достаточных оснований считать, что Шпаков действительно бил полицейского.

Свидетели задержания Шпакова, в том числе находившийся в том же автобусе для перевозки задержанных Навальный, подтверждают слова обвиняемого о том, что его избили резиновыми дубинками.

Зафиксировано много случаев применения полицией необоснованного насилия в ходе мирной антикоррупционной акции 26 марта 2017 года, как в Москве, так и в других городах России. Только в столице за осуществление своих конституционных прав на мирную демонстрацию были задержаны более тысячи человек. Однако правоохранительные органы не расследовали эти факты, не признавали пострадавшими участников общественных акций. Таким же образом в эпизоде с Гониковым виновным в совершении преступления был признан Шпаков, но не было дано никакой оценки тому, что его задерживали с применением грубой физической силы и избивали уже после задержания.

Люди, собравшиеся на Тверской 26 марта, не проявляли никакой агрессии, и не было никаких оснований мешать им выражать свое мнение. Возможное присутствие отдельных провокаторов и агрессивно настроенных людей не может и не должно становиться причиной разгона мирной акции. Наоборот, полиция может и обязана защищать право граждан на выражение своих мнений, обеспечивая их безопасность.

«Препятствия, чинимые органами власти по всей стране на этапе согласования уведомлений о проведении антикоррупционных акций, противоречили закону. Они явно выходили за рамки допустимых в демократическом обществе ограничений свободы мирных собраний», — говорится в заявлении Правозащитного центра «Мемориал».

Помимо Шпакова, еще шестеро участников шествия 26 марта в Москве привлечены к уголовной ответственности. Один из них, Александр Кулий, уже признан «Мемориалом» политзаключенным.

Правозащитный центр «Мемориал» находит, что уголовное дело против Александра Шпакова является политически мотивированным, направленным на запугивание критиков власти.

«Мемориал» считает Шпакова политическим заключенным и требует его немедленного освобождения.

Мы также требуем привлечь к ответственности должностных лиц, виновных в нарушении прав и свобод участников протестной акции 26 марта.

Признание лица политзаключенным не означает ни согласия ПЦ «Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Подробнее о деле см. здесь.

Яндекс-кошелек Фонда помощи всем политзаключенным 410011205892134.

Программа: Поддержка политзеков

26 марта 2017 года в десятках городов России прошли массовые антикоррупционные акции. Власти ответили на них беспрецедентными по количеству задержаниями.

Программа: Поддержка политзеков

Шпаков Александр Юрьевич родился 5 июля 1977 года, проживает в городе Люберцы Московской области, столяр, участник антикоррупционного митинга 26 марта 2017 года в центре Москвы.