Кабардино-Балкария: Шибзухова осудили на 3 года и 2 месяца лишения свободы

20.09.2017

  По словам адвоката, единственным доказательством причастности подсудимого к НВФ стали показания засекреченного свидетеля.

31 августа 2017 года Баксанский районный суд под председательством судьи А. М. Мафедзова вынес обвинительный приговор в отношении Анзора Шибзухова. Его признали виновным в пособничестве членам незаконных вооруженных формирований, а также в незаконном обороте наркотиков и оружия и приговорили к 3 годам и 2 месяцам лишения свободы в колонии общего режима.

Сторону обвинения представлял прокурор М. Х. Долова, сторону защиты — адвокаты М. Абубакаров и Р. Узуев.

Согласно обвинительному заключению, 24 октября 2013 года Шибзухов встретил двоих членов НВФ, А. Н. Татарова и В. Х. Гехова, и еще одного человека, которого следствию установить не удалось. Шибзухов должен был отвезти их на своей машине в с. Заюково Баксанского района КБР. Не доехав до села, он высадил мужчин и остался ждать их возвращения. Подождав примерно 20 минут, он услышал выстрелы и, испугавшись, уехал. Согласно показаниям силовиков, Татаров оказал вооруженное сопротивление в ответ на требование предъявить документы и был убит ответным огнем. Его сообщники скрылись. Перед нападением, утверждает обвинение, Татаров передал Шибзухову пластиковый пакет с ручной осколочной гранатой РГН и взрывателем УДЗ. Все это, по утверждению следствия, он перевез к себе домой и хранил там, пока их не обнаружили во время обследования жилища 30 января 2016 года. Кроме того, по версии следствия, Шибзухов приобрел и хранил у себя дома для личного потребления марихуану.

Анзор Шибзухов и его родственники утверждают, что оружие, взрывчатые вещества и наркотики были подброшены, а после того, как А. Шибзухова задержали, его отвезли в неизвестное место, где пытками и психологическим давлением вынудили дать признательные показания в пособничестве НВФ.

***

В начале заседания, состоявшегося 25 сентября 2017 года, адвокаты М. Абабукаров и Р. Узуев заявили отвод председательствующему судье А. М. Мафедзову, мотивировав тем, что он проявляет заинтересованность в исходе дела, «не обладает объективностью и независимостью, не соблюдает кодекс судейской этики». Подсудимый Шибзухов поддержал ходатайство. Гособвинитель попросил отклонить заявленный отвод судье. После перерыва Мафедзов заявил, что отвод считает необоснованным и подлежащем отклонению.

Затем стороны перешли к прениям.

Прокурор изложил версию следствия. Согласно обвинительному заключению, 24 октября 2013 года, Анзор Шибзухов встретил двоих членов НВФ А.Н.Татарова и В. Х. Гехова и еще одного неустановленного следствием человека, которых должен был отвезти на своей машине в с. Заюково Баксанского района Кабардино-Балкарской Республики. Не доехав до села, он высадил мужчин и остался ждать их возвращения. Подождав указанных лиц примерно 20 мин. он услышал выстрелы и, испугавшись, уехал с указанного места. Согласно показаниям сотрудников МО МВД России «Баксанский» А. Л. Алакулова, А. Ю. Ашхотова и Р. А. Кушхова, 24.100.2013, примерно в 21.00 МСК, А. Н. Татаров в ответ на их законные требования предъявить документы оказал вооружённое сопротивление и был убит ответным огнем. В результате боестолкновения огнестрельное ранение правого бедра получил А. Л. Алакулов. Сообщникам А. Н. Татарова удалось скрыться. Перед нападением А. Н. Татаров передал Анзору Шибзухову пластиковый пакет, в котором находились ручная осколочная граната РГН, взрыватель УДЗ. Все это, по утверждению следствия, он перевез к себе домой на своей машине, где незаконно хранил до тех пор, пока их не обнаружили во время обследования жилища 30 января 2016 года. Кроме этого, по версии следствия, А. Шибзухов приобрел и хранил у себя дома для личного потребления марихуану.

В своем выступлении адвокат Узуев подчеркнул, что у полицейских не было никаких оснований проводить обследование жилища. Он призвал суд обратить внимание на то, каким образом получены результаты оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) сотрудниками ЦПЭ, отраженные в рапорте оперуполномоченного центра А. К. Кушхова и обвинительном заключении. Согласно показаниям силовиков и постановлению о возбуждении уголовного дела, результатом ОРМ стало обследование домовладения. В протоколе обследования жилища сказано, что проводятся оперативно-розыскные мероприятия в соответствии с п.10 ст.13 ФЗ «О полиции», с ст. ст. 5, 6–9, 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Однако в указанной норме закона речь идет об обследовании помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, но никак не об обследовании жилища. Кроме того, отметил Узуев, обследование жилища, как оперативно-розыскное мероприятие, не регламентировано нормами УПК РФ. В УПК говорится об обыске, осмотре, но не об обследовании жилища. «Согласно ст. 89 УПК РФ, результаты ОРД не могут использоваться в качестве доказательств, если они не отвечают требованиям предъявленным к доказательствам уголовным процессуальным законом», — заключил адвокат.

Кроме того, заявил адвокат, протокол обследования жилища составлен с нарушениями УПК РФ. В нем не отражены все обстоятельства проведенного действия, не понятно, каким образом изымались как упаковывались изъятые предметы; нет отметки о разъяснении прав и обязанностей Шибзухову. Кроме того, по мнению адвоката, фототаблица к протоколу опровергает содержащиеся в нем сведения.

Далее адвокат отметил, что, согласно показаниям понятых Шигалуговых, допрошенных в качестве свидетелей, их пригласили не ранее, чем через 30–40 минут после фактического начала обследования домовладения. Понятых не было в момент обнаружения запрещенных предметов.

«Все результаты ОРМ подтверждаются исключительно голыми показаниями двух сотрудников ЦПЭ, которые сами и провели это действие», — заявил адвокат Узуев. Кроме этого, согласно показаниям свидетелей, в обыске принимали участие несколько сотрудников ЦПЭ, но не все из них указаны в протоколе.

В своей речи адвокат коснулся основной сути обвинения, предъявленного Шибзухову, — пособничества членам НВФ. По утверждению защитника, обвинение в этой части строится исключительно на показаниях засекреченного свидетеля «Мухамеда». По словам свидетеля, с Шибзуховым он познакомился примерно в 2012–2013 годах, увлекаясь футболом. Они стали общаться по телефону, иногда играли в футбол. С 2011 по 2014 годы «Мухамед» делал намаз и посещал мечеть в Баксане, где встречался с Анзором. Там он встретил незнакомого ранее парня, которого Шибзухов представил как Валерия Гехова. В мечети Гехов и Шибзухов постоянно обсуждали проблемы религии. Говорили, что им не нравится, что на территории КБР происходит ущемление мусульман, надо вести священную войну «джихад» против неверных. При этом, Гехов постоянно уговаривал «Мухамеда», чтобы он, как и Шибзухов, оказывали посильную помощь «братьям», ведущим войну против неверных. Анзор был солидарен с ним, настаивал на том, что мусульманин должен поддерживать мусульманина во всем, и лучше будет, если он станет помогать «братьям». Однако «Мухамед» отказывался, так как придерживается традиционных канонов ислама.

По словам свидетеля, примерно в конце октября 2013 года, около 2:30 ночи, в ворота его дома постучали. Когда он вышел на улицу, то увидел В.Гехова, который весь дрожал. «Мухамед» спросил, почему тот так поздно пришел и дрожит. Гехов ответил, что его ищут сотрудники полиции и попросил укрытия в его доме. «Мухамед» поинтересовался подробностями случившегося. Гехов рассказал, что он поехал в с. Заюково со своим знакомым убить сотрудника полиции. В ходе перестрелки его знакомого убили, а ему удалось сбежать. Также Гехов рассказал, что их подвел Анзор Шибзухов, который должен был их забрать, но по неизвестной ему причине этого не сделал. Услышав это, «Мухамед» заявил, что ему негде спрятать, он живет с семьей и ему не нужны проблемы. Гехов попросил никому ничего не рассказывать и ушел в неизвестном ему направлении.

По мнению адвоката, эти показания ниже всякой критики. Во время допроса свидетель не смог опознать Гехова по фотографии. Нелогично, что Гехов пришел за помощью именно к нему, хотя во время разговоров про мусульман КБР «Мухамед» не поддерживал Гехова и Шибзухова. Сведение о том, что он с Геховым и Шибзуховым в 2012 году неоднократно играл в футбол и встречался в мечети, опровергаются рассказом свидетеля защиты Ю. Леонтьева о том, что Шибзухов весь 2012 год лечился полученных в ДТП от травм, что также подтверждается документами из истории его болезни. Кроме того, в ответ на запрос ДУМ КБР сообщило, что мечеть, которую «Мухамед» якобы посещал с 2011 года, была открыта лишь в октябре 2012 года. Кроме того, засекреченный свидетель не смог описать мечеть, не смог назвать позицию Шибзухова на поле во время игры в футбол, не смог назвать конкретное место, где они играли в футбол, и давал другие противоречивые показания.

Кроме того, отметил адвокат, показания засекреченного свидетеля не говорят о причастности Шибзухова к пособничеству членам НВФ. Слова Гехова, что Анзор должен был их забрать, но не сделал этого, не свидетельствуют против Шибзухова. Показания «Мухамеда» и факт участия подсудимого в событиях в с.п. Заюково 24 октября 2013 года опровергаются материалами проверки СУ СК по КБР в отношении Шибзухова, проведенными следователями Хужоковой и Кучуковым, а также уголовным делом по факту перестрелки между сотрудниками полиции и убитым Татаровым. Согласно данным материалам, причастность подсудимого к этим преступлениям не установлена, в автомашине Шибзухова ВАЗ 21065 никаких следов присутствия ни Гехова, ни Татарова не выявлены. Допрошенные сотрудники полиции в ходе судебного следствия и потерпевшие не видели на месте преступления Шибзухова.

Адвокат также отметил, что показания оперативных сотрудников Щербакова и Кушхова не могут быть доказательствами по уголовному делу. Иными словами, информация, полученная оперативно-розыскным путем, должна быть подтверждена процессуальным путем в форме уголовно-процессуального доказывания (ст.85 УПК РФ).

Далее адвокат обратился к показаниям подсудимого. Как он утверждает, 30 января 2016 года около 6:00 к нему домой пришли сотрудники правоохранительных органов. Сначала они объяснили причину своего визита проверкой документов, а после этого с разрешения хозяина осмотрели его жилище и двор. При этом они вывели из дома мать и тетю Анзора, а его супруге с детьми не позволили покинуть свою комнату. Затем силовики предъявили постановление о разрешении на обследование жилища, и пригласив понятых из числа соседей, начали обыск, в ходе которого якобы обнаружили боеприпасы и наркотическое вещество.

Как заявляет Шибзухов, никаких незаконных предметов в его доме не было. С момента прихода сотрудников ЦПЭ и до приглашения понятых прошло не менее 30 минут. В это время проводилась проверка документов и осмотр жилища: силовики свободно передвигались по жилищу и у Анзора не было возможности отслеживать их действия. После оформления всех документов подсудимого задержали и вывезли в неустановленное место. Там его пытали, в том числе электрическим током, принуждая дать ложные показания о пособничестве участникам НВФ в 2013 году и требовали рассказать следствию, что во избежании уголовной ответственности в 2013 году его родственники дали взятку следователю СК по Баксанскому району.

В заключении адвокат призвал суд при вынесении приговора не забывать о чести, достоинстве и справедливости, к которым также обращают своду законов адыгов и священная книга мусульман Коран. Узуев попросил оправдать Анзора Шибзухова. На этом заседание закончилось, суд объявил перерыв до 31 августа.

31 августа 2017 года Баксанский районный суд признал Анзора Шибзухова виновным в пособничестве членам незаконных вооруженных формирований, а также в незаконном обороте наркотиков и оружия и приговорили к 3 годам и 2 месяцам лишения свободы в колонии общего режима.