Кабардино-Балкария: Началось рассмотрение апелляционной жалобы на приговор по делу об избиении подростков

18.09.2015

11 сентября 2015 года в здании Верховного суда КБР началось рассмотрение апелляционной жалобы осужденного Аскера Абидова. Как ранее сообщал ПЦ «Мемориал», сотрудник полиции А. Абидов был признан виновным в превышении должностных полномочий с применением насилия по двум эпизодам: 7 октября 2012

11 сентября 2015 года в здании Верховного суда КБР началось рассмотрение апелляционной жалобы осужденного Аскера Абидова.

Как ранее сообщал ПЦ «Мемориал», сотрудник полиции А. Абидов был признан виновным в превышении должностных полномочий с применением насилия по двум эпизодам: 7 октября 2012 года он избил Руслана Молова, а через пять дней, 12 октября, участвовал в избиении подростков Аскера Курсакова и Мурата Бекшокова. 6 марта 2015 года Чегемский районный суд приговорил его к 4 годам лишения свободы в колонии общего режима, а также обязал выплатить потерпевшим крупную денежную компенсацию.

На заседании 11 сентября в судейскую коллегию входили председатель Хацаева Светлана Михайловна, судьи Мамишев Казбек Кашифович, Тхакахова Дана Хачимовна. Сторону обвинения представлял прокурор Альберт Маргушев. На заседании присутствовали осужденный Аскер Абидов, его адвокаты Сергей Никитин и Анжела Дзугова, а также, Б.З. Абидов, дедушка обвиняемого и его общественный защитник. В суде также присутствовали потерпевшие Мурат Бекшоков и Аскер Курсаков, их законные представители Замир Бекшоков и Сараждин Курсаков. Интересы потерпевших представляла адвокат Ева Чаниева, работающая по соглашению с ПЦ «Мемориал».

В начале заседания председатель суда зачитала апелляционную жалобу. По мнению обвиняемого, приговор Чегемского районного суда незаконен, не мотивирован и не обоснован. Так, в жалобе указано, что А.Абидов должностные обязанности 12 октября 2012 года не исполнял. Увидев, что сотрудники ГИБДД Сосырбей Шадзов и Олег Бекулов избивают ребят, он пресек их противоправные действия, отвел ребят умыться и вызвал сотрудников по делам несовершеннолетних (ПДН). А.Абидов указал следствию лиц, избивавших ребят, однако в отношении С.Шадзова до конца июня 2012 года не было возбуждено уголовное дело. Сотрудники ОВО МВД КБР Эльдар Пшуноков и Заур Хатшуков, составив ложный рапорт, совершили служебный подлог (ст. 292 УК РФ), однако следователь не зарегистрировал этот факт. Военнослужащий ВВ МВД КБР Рустам Кадыкоев совершил открытое хищение телефона потерпевших, однако следствие также проигнорировало данный факт. Уголовное дело, по мнению А.Абидова, было искусственно раздроблено, и его участники, С.Шадзов и О.Бекулов, были привлечены к ответственности по более мягким статьям, а Э.Пшунокова З.Хатшукова и Р.Кадыкоева незаконно освободили от уголовной ответственности. Обыска в доме А.Абидова на обнаружение предмета преступления, похожего на пистолет, проведено не было. Следствием установлено, что табельного оружия у А.Абидова с мая 2012 года не имелось, но оно было у С.Шадзова и О.Бекулова. На основании изложенного А.Абидов попросил его оправдать по всем эпизодам преступления.

Далее вопросы осужденному задавал прокурор А.Маргушев. Сославшись на жалобу А.Абидова, в которой тот заявил, что свидетели, сотрудники полиции, его оговорили, прокурор спросил, не оговаривают ли его таким же образом и потерпевшие. Осужденный ответил, что ни в ходе предварительного следствия, ни на судебном заседании потерпевшие не указывали на него как на лицо, непосредственно наносившее им побои. Более того, в протоколе допросов потерпевших, в оглашении которых судья Чегемского районного суда Марат Кушхов стороне защиты отказал, А. Курсаков и М. Бекшоков указали на А.Абидова как на лицо, «которое зашло в момент избиения и выводило их умываться». В своей жалобе А.Абидов также отметил, что С. Шадзова и О. Бекулова осудили по менее тяжкой статье, в то время как его осудили по двум эпизодам и по более тяжким статьям. Прокурор попросил А.Абидова пояснить, как это обстоятельство может повлиять на законность и обоснованность вынесенного приговора. А.Абидов ответил, что он и его защитник планируют далее подробно ответить на этот вопрос.

Адвокат потерпевших Ева Чаниева спросила А.Абидова: разве потерпевшие в судебном заседании не пояснили, что они во время совершения преступления ничьих лиц, кроме сотрудника ЦПЭ МВД КБР Долова, вообще не видели и опознать тех, кто совершал преступление, не могли в принципе? А.Абидов ответил, что не помнит этого.

Ева Чаниева попросила осужденного уточнить, когда он поставил в известность своего руководителя, что находится на больничном. А.Абидов также ответил, что не помнит.

Адвокат спросила, почему, по его мнению, именно его обвинили по данному делу, если он считает себя невиновным и даже наоборот спасителем ребят. А.Абидов ответил, что его догадки не будут иметь юридической силы, так как у него нет доказательств, и потому он не видит смысла это объяснять.

Адвокат осужденного Анжела Дзугова поинтересовалась у своего подзащитного, проводилась ли в отношении него служебная проверка по возбужденному уголовному делу. А.Абидов ответил, что никакой служебной проверки не было, кроме той, которая выявила факт его отсутствия три часа подряд на рабочем месте, что и послужило причиной для его увольнения.

На вопрос адвоката, как влияет домашний арест на его состояние и состояние его семьи, А.Абидов ответил, что рад, что не сошел сума. До домашнего ареста он хотя бы мог обеспечивать мать и маленького шестилетнего брата. Спустя полтора года после кончины отца, он даже памятник не в состоянии ему поставить.

«Я понял одно, что за 25 лет я ничего хорошего не сделал. Благодаря мне маленький брат спрашивает, где отец а мать плачет ночью», - добавил А. Абидов.

Далее А.Абидов сказал о предоставленной им суду видеозаписи, которая была приобщена к делу, но не была учтена как доказательство из-за отсутствия времени и даты записи. По его мнению, суд не предоставил ему возможность допросить свидетелей, которые могли бы непосредственно назвать дату, место и обстоятельства получения данной видеозаписи. Судья Светлана Хацаева напомнила А.Абидову, что если кто-то из свидетелей находился в зале судебного заседания, то суд был обязан их допросить. На это А.Абидов ответил, что сразу после просмотра записи в зале судебного заседания судья М.Кушхов ушел в совещательную комнату.

Затем А.Абидов заявил, что из обвинительного заключения следует, что он давал в руки потерпевшему предмет, похожий на пистолет, хотя в ходе судебного следствия было установлено, что с мая 2012 г. у него не было табельного оружия. Его табельное оружие следствием не было изъято, с ним не проводилось никаких экспертиз, в его доме не было обыск для обнаружения предмета, похожего на пистолет.

Председательствующий судья спросила А.Абидова, какая была необходимость ему идти в дежурную часть, устанавливать анкетные данные потерпевших, заводить их к себе в кабинет и вызывать инспектора по делам несовершеннолетних, если в тот день он не исполнял служебные обязанности. А.Абидов ответил, что в момент, когда он опечатывал сейф, к нему в кабинет «залетел» оперативный дежурный по отделу с просьбой остаться, так как на дежурный пульт поступила информация, что в Чегеме, по ул. Красноармейская, задержаны члены НВФ, которые следили за домом бывшего сотрудника. А.Абидов пояснил, что он остался, чтобы оказать «человеческую помощь» сотруднику, который только месяц назад поступил на службу и был неопытен в подобных делах.

Судья спросила, почему он не составил соответствующий рапорт, раз он был свидетелем избиения потерпевших сотрудниками полиции. Абидов ответил, что тогда дети ему лично не говорили, что именно тот или иной человек нанес им телесные повреждения, а кроме того, на тот момент руководящего состава на работе не было.

«Я уехал домой, после этого рапорт писать на больничном… Я просто, в большей степени, если честно сказать, меня больше мое состояние интересовало», - пояснил Абидов.

Далее выступил защитник осужденного, адвокат Сергей Никитин. Он заявил, что по показаниям потерпевших, их избивали 4 человека. Как известно, там были С. Шадзов, О. Бекулов, Э. Пшуноков, З. Хатшуков и Р. Кадыкоев. Адвокат отметил, что в действиях всех этих лиц имелся состав преступления. Но при этом следственными органами ситуация была искусственно «раздроблена»: С. Шадзов и О. Бекулов были освобождены от уголовной ответственности в связи с амнистией, а дело в отношении сотрудников ОВО было прекращено. Далее все обвинение строится на показаниях лиц, освобожденных от уголовной ответственности. Повреждения, нанесенные потерпевшим, не разграничены и вменены А.Абидову только на основании показаний лиц, непосредственно виновных в их причинении.

Показания Руслана Молова, еще одного потерпевшего, адвокат назвал противоречивыми, так как они противоречат показаниям Р.Молова судмедэксперту, показаниям Альбины Шурдум - потерпевшей по делу, возбужденному в отношении Р.Молова, показаниям присутствовавших на месте работников полиции и видеозаписи, на которой «видно, что Молову никто никаких телесных повреждений не причинял». В связи со всем вышеизложенным, адвокат С.Никитин попросил суд оправдать его подзащитного.

Адвокат Анжела Дзугова в своем выступлении добавила, что сторона защиты считает недопустимыми все судебные экспертизы, так как они ссылаются на отсутствующие в деле якобы проведенные раннее экспертизы и исследования. Сотрудники полиции, давшие показания против А.Абидова, по словам адвоката, были заинтересованы в исходе дела, и у них было время согласовать свои позиции. Доказательства по деду адвокат А.Дзугова назвала по меньшей мере противоречивыми, а по большей части недопустимыми. Вину ее подзащитного он сочла недоказанной. Все доводы защиты, по мнению адвоката, были «полностью проигнорированы судом».

«Назначено суровое наказание за данное деяние, где вина более чем сомнительна… Суд вообще никак не учитывал то обстоятельство, что наш подзащитный болен, тяжелое положение его семьи, что должно быть учтено судом при вынесении приговора. В виду изложенного считаю, что мой подзащитный должен быть оправдан по всем эпизодам инкриминируемых деяний», - отметила А. Дзугова.

В своем выступлении адвокат Ева Чаниева назвала жалобу А, Абидова незаконной и необоснованной, так как она не содержат указаний, какие именно нормы были нарушены судом, в чем противоречия и чему суд не дал оценки. Все незаконные, по мнению стороны защиты, постановления имеют силу, так как не были обжалованы и отменены. Сам тот факт, что А.Абидов выборочно отказывался отвечать на вопросы адвоката потерпевших, ссылаясь на ст. 51 Конституции РФ, говорит о том, что ему нечего сказать в свое оправдание.

Адвокат согласилась с тем, что к показаниям О.Бекулова и С.Шадзова можно относиться критически, так как они были фигурантами данного уголовного дела. Однако их показания согласуются с показаниями незаинтересованных свидетелей – Э.Пшунокова и З.Хатшукова. Эти свидетели показали, что именно А.Абидов подходил к ним и срывал с их формы погоны и шеврон. Более того, по словам З.Хатшукова, когда он отказался писать, что якобы один из доставленных сорвал с него погоны и шеврон, А.Абидов замахнулся даже на него. Эти свидетели, по мнению адвоката, были искренни, они признались, что их уговаривали дать определенные показания и что они первоначально написали ложные рапорты. Их показаниям нужно отдавать предпочтение, так как они полностью соответствуют показаниям самих потерпевших.

Говоря о соразмерности срока наказания предъявляемым обвинениям, адвокат отметила, что нужно учитывать совершенное преступление. Речь идет о действиях сотрудника полиции, который, обладая властными полномочиями, позволял себе незаконные жесточайшие действия по отношению к несовершеннолетним.

Прокурор поддержал доводы адвоката и отметил, что нет никаких оснований для удовлетворения жалобы А.Абидова. Затем прокурор попросил объявить перерыв для получения заключений первоначальных судебно-медицинских экспертиз потерпевших, на отсутствие которых ссылается в своей жалобе осужденный А.Абидов - по техническим причинам они не были представлены на заседании, а их обозрение необходимо как для дачи оценки доводам стороны защиты, так и для подтверждения доводов стороны обвинения.

Адвокат А.Дзугова возразила, что суд апелляционной инстанции не может подменять судебное следствие и тем более предварительное расследование, так как данные заключения отсутствуют в материалах уголовного дела, на них даже нет ссылок.

Адвокат Ева Чаниева поддержала ходатайство прокурора, так как в более позднем заключении, на которое суд ссылается в своем приговоре, имеются ссылки на предыдущее заключение и его необходимо исследовать для полной и объективной оценки дела.

Суд, посовещавшись на месте, удовлетворил ходатайство прокурора. Следующее заседание назначено на 25 сентября 2015 г.

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзеков

12 октября 2012 года, около 20:40, 14-летний Аскер Курсаков и 16-летний Мурат Бекшоков подверглись жестоким избиениям при участии сотрудников правоохранительных органов. Избивали прямо в здании чегемского РОВД. Подросткам угрожали убийством.