Кабардино-Балкария: избивший подростков полицейский будет сидеть в колонии

06.10.2015

2 октября 2015 года в Верховном суде Кабардино-Балкарии завершилось рассмотрение апелляционной жалобы осужденного полицейского Аскера Абидова. По итогам рассмотрения апелляции суд смягчил наказание на 4 месяца. Окончательный приговор - 3 года и 8 месяцев лишения свободы. Интересы потерпевших

2 октября 2015 года в Верховном суде Кабардино-Балкарии завершилось рассмотрение апелляционной жалобы осужденного полицейского Аскера Абидова. По итогам рассмотрения апелляции суд смягчил наказание на 4 месяца. Окончательный приговор - 3 года и 8 месяцев лишения свободы. Интересы потерпевших представляла адвокат Ева Чаниева при поддержке фонда "Общественный вердикт" и ПЦ "Мемориал".

Как ранее сообщал ПЦ «Мемориал», сотрудник полиции А. Абидов был признан виновным в превышении должностных полномочий с применением насилия по двум эпизодам: 7 октября 2012 года он избил Руслана Молова, а через пять дней, 12 октября, участвовал в избиении подростков 14-летнего Аскера Курсакова и 16-летнего Мурата Бекшокова. 6 марта 2015 года Чегемский районный суд приговорил его к 4 годам лишения свободы в колонии общего режима, а также обязал выплатить потерпевшим крупную денежную компенсацию. Рассмотрение апелляционной жалобы началось 11 сентября.

На заседании 2 октября присутствовали все участники процесса, кроме адвоката осужденного Сергея Никитина. При отсутствии возражений суд принял решение приступить к заседанию без участия адвоката. Далее участники процесса выступили с репликами.

Реплики сторон

Заседание началось с выступлений официальных представителей потерпевших -  Сараждина Курсакова, отца Аскера Курсакова, и Замира Бекшокова, отца Мурата Бекшокова. Они в своих выступлениях оспорили заявление Абидова, который в своем выступлении говорил, что не избивал, а наоборот, помогал задержанным подросткам.

Описывая события преступления, С.Курсаков рассказал, что телефон его сына все время лежал на столе в кабинете у А.Абидова. С 10 вечера до 12 ночи на него поступали звонки от него и его супруги, но его сыну не давали отвечать на входящие звонки. Из детей хотели выбить показания, подсунуть оружие, чтобы инсценировать их причастность к бандподполью. На звонки от родителей разрешили ответить только когда приехала инспектор по делам несовершеннолетних. Услышав звонок, она спросила, чей это телефон и А.Курсаков ответил, что его. «Тогда отвечай», - сказала инспектор. Только тогда родители наконец узнали, где находятся их пропавшие дети. Если бы А.Абидов действительно защищал наших детей, он дал бы им ответить на телефонные звонки, сказал С.Курсаков. Он попросил суд оставить в силе приговор Чегемского районного суда.

Замир Бекшоков в своем выступлении отметил, что А.Абидов вызвал сначала вовсе не инспектора ПДН, как он утверждает, а сотрудника Центра «Э», и этот факт отражен в его показаниях. Только после того, как сотрудник Центра «Э» сказал: «Что вы сделали? Это же дети!», полицейские забеспокоились, и А.Абидов повел ребят умываться.

«А что ему оставалось еще делать?! Убить и закопать этих детей?!», - вопрошал З.Бекшоков.

По словам З.Бекшокова, А.Абидов, когда приезжал к нему домой, признался, что это он сорвал погоны с сотрудников полиции, чтобы помочь «тем ребятам». (Сотрудник полиции Эльдар Пшиноков рассказал на суде, что в РОВД оперуполномоченный уголовного розыска Абидов предложил Пшинокову представить дело так, будто подростки напали на него. Абидов сорвал с Пшинокова погон и хотел даже ударить его для правдоподобности, но Эльдар не позволил). Когда узнал, что задержанные ими оказались несовершеннолетними. «Зачем ему надо было помогать тем ребятам, когда он не причем?!», - недоумевал З.Бекшоков. Он попросил суд оставить приговор Чегемского районного суда в силе.

Далее выступила адвокат потерпевших Ева Чаниева. Она отметила, апелляционная жалоба не содержит анализа якобы имеющихся судебных ошибок в приговоре, из-за которых защита считает приговор незаконным и необоснованным. На прошлом заседании защита периодически заявляла, что суд чего-то не сделал и что-то проигнорировал. Однако никаких конкретных замечаний на протокол судебного заседания нет, хотя известно, что стороны вели аудиозапись судебного заседания и имели право принести свои замечания на протокол.

Сторона защиты утверждает, что А.Абидов не исполнял свои служебные обязанности в тот день, поскольку находился на больничном. Однако в своих показаниях осужденный рассказывает о своих действиях по установлению личности задержанных, о вызовах им сотрудника Центра «Э» и инспектора по делам несовершеннолетних.

«Что это такое, если не исполнение своих служебных обязанностей?!», - вопросила адвокат.

Ева Чаниева добавила, что если бы суд учел отрицательные характеристики А.Абидова (Например, с с места работы, где были упомянуты факты вскрытия и использования вещественными доказательствами), то тот мог бы получить более суровое наказание. 

Затем адвокат обратила внимание суда на внешность потерпевших, сказав, что они и сейчас выглядят как дети.

 

«Как они выглядели три года назад? Достаточно было на них посмотреть, чтобы не заниматься всем этим», - заявила адвокат. - «А что бы с ними, бедными, случилось, если б они, не дай Бог, были бы с щетиной и выглядели более мужланистей?!».

Адвокат Ева Чаниева заявила, что А.Абидова наказали соразмерно тому, что он совершил и попросила суд оставить приговор без изменения, а жалобу без удовлетворения. 

В своем выступлении осужденный А.Абидов подтвердил, что задержанных ребят избивали в его кабинете.

«Почему у меня в кабинете? Потому что и Ахобеков, оперуполномоченный, который был дежурным, он у меня находился в кабинете. Мы с ним заседали в одном кабинете. … Избивали в моем кабинете? Да, я этого с первого дня не отрицаю, но находился ли я там и сколько по времени находился – это уже другой вопрос»,- сказал А.Абидов.

Говоря о телефонах потерпевших, Абидов отмети, что лично он их в руках не держал.

А.Абидов сказал: «Обвинить оперативника в том, что он где-то что-то превысил, учитывая те стереотипы, которые сложились об оперативниках  – это легче простого. Но поверьте мне, в районах, чтобы избивали… Сами поймите… Это невозможно».

По мнению обвиняемого, на суд оказывалось давление:: «…  складывается такая тенденция, появляется защитник Чаниева, вдруг в СМИ появляется уйма статей, с указаниями фамилий, имен, отчеств свидетелей, исковерканных показаний, что, на мой взгляд, 100-процентно оказывается давление на ход суда и следствия.»…

Адвокат осужденного Анджела Дзугова в своем выступлении пояснила, почему сторона защиты затрагивала в своих выступлениях действий других сотрудников. По ее словам, потерпевших избивали многие сотрудники полиции, но следствие не удосужилось разграничить их действия, а в основу обвинительного приговора суда не могут быть положены доказательства виновности ее подзащитного, если данные действия не разграничены. Действия каждого из этих лиц должны подлежать оценке. Она ссылалась и на тот факт, что два бывших сотрудника МВД, Шадзов и Бекулов, также проходивших обвиняемыми по данному уговлоному делу, были ранее амнистированы.

«Что сделало следствие? Разделило уголовные дела на части. Почему-то потерпевшая сторона не представляла никаких претензий к акту амнистии, хотя могла обжаловать», - заявила Анджела Дзугова.

В своей реплике прокурор Альберт Маргушев отметил, что апелляционная жалоба  практически полностью состоит из доводов, в пользу того, что надо было привлекать других сотрудников полиции. Если следовать логике защиты, предположил прокурор, то всем им надо было вменять совершение должностного преступления по предварительному сговору группой лиц. Органы предварительного следствия оценили эту ситуацию иным образом.

«Понятно желание стороны защиты переложить ответственность на других лиц. Именно с этим я и связываю столь тщательное и подробное выступление по поводу Шадзова и Бекулова», - заявил прокурор.

По поводу заявления адвокатов А.Абидова о неразграничении действий лиц, которые наносили удары потерпевшим, прокурор отметил, что А.Абидову вменяется нанесение конкретных ударов и причинение конкретных телесных повреждений. В заключении прокурор отметил, что считает вынесенный приговор суда первой инстанции законным, обоснованным и мотивированным.

После выступления прокурора представитель потерпевшего Сараждин Курсаков добавил, что если бы дети обманывали, то сказали бы, что видели А.Абидова в лицо. Но они сказали, что видели только брюки и черные туфли, а уже следствие установило, кто именно и что делал.

Затем с репликой снова выступил осужденный Аскер Абидов. Он выразил недоумение по поводу того, что С. Шадзов, который «…будучи при исполнении, не на больничном, выехал на задержание несовершеннолетних, задержал, избил, доставил в отдел… Оказывается, Шадзов не исполнял своих должностных полномочий». А.Абидов в очередной раз повторил, что детей действительно доставляли в отдел и избивали. Но кто это сделал, по его мнению, стороне обвинения уже не хочется узнать.

В ответ на реплику прокурора, что сторона защиты хочет переложить ответственность за совершенное преступление на других лиц, адвокат А.Абидова заявила, что следствие не разобралось в ситуации.

«В такую же самую одежду, темные туфли и джинсы, были одеты несколько человек. Мы имели в виду, что как раз-таки на Абидова переложена вина. И это не устранено, эти сомнения в виновности моего подзащитного», - отметила адвокат.

Последнее слово

В своем последнем слове осужденный Аскер Абидов заявил, что может с чистой совестью сказать, что пытался помочь ребятам, но сейчас жалеет об этом. За то время, что длится судебный процесс, он потерял отца, его семья оказалась в бедственном положении из-за того, что он лишен возможности работать. Сторона защиты в ходе процесса неоднократно заявляла, что на иждивении А. Абидова находится вся семья (в частности, мать и 6-летний брат). Адвокат потерпевших возражала, что его мать работает и у Абидова есть еще один брат, совершеннолетний и трудоспособный. По словам Аскера Абидова, в результате этого процесса он пришел к выводу, что помогать никому не стоит: «Я понял для себя одно: будет человек умирать – лучше перешагнуть и пройти. Плюнуть, развернуться и уйти».

 

В завершении своего выступления Аскер Абидов попросил суд, даже если тот сочтет его виновным, не назначать ему наказание, связанное с реальным лишением свободы. Он мотивировал эту просьбу тем, что раньше никогда не привлекался к суду, с места жительства и работы характеризуется положительно, тяжелым материальным положением своей семьи.

После выступления А. Абидова суд удалился для вынесения решения.

Приговор

Посовещавшись, суд постановил - по эпизоду, связанному с потерпевшим А.Моловым  исключить из описательно-мотивировочной части приговора Чегемского районного суда квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч.3 ст. 286 УК РФ «с угрозой применения насилия» и в связи с этим снизить наказание с 3 лет 6 месяцев до 3 лет 2 месяцев лишения свободы с лишением права занимать должности в правоохранительных органов сроком на 1 год.

Назначенное по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы снизить до 3 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанных с осуществлением функции представителя власти, на срок 1 год 6 месяцев. В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Правозащитный центр «Мемориал» считает, вынесенный приговор справедливым. 

«Это редкий случай для всего Северного Кавказа, когда полицейский пытавших задержанных, был наказан. Очевидно, что в данном случае это дело привлекло особое внимание СМИ, поскольку пытали несовершеннолетних. Будем надеяться, что этот приговор послужит предостережением для других силовиков, привыкших силой добиваться от задержанных самооговора» - прокомментировал итого судебного разбирательства член Совета ПЦ «Мемориал» Олег Орлов.

 

PS. На следующий день после вынесения приговора мы получили письмо от матери одного из пострадавших подростков:

 Три года назад мой сын (14 лет), и его друг (16 лет) были жестоко избиты сотрудниками полиции, сперва на улице, потом в отделении МВД Чегемского района. Полиция, которая должна была их защищать. Нельзя передать словами все, что мы пережили за это время. Мальчиков обвиняли в пособничестве бандподполья, подсунули оружие. Ни для кого не секрет, какие последствия могли бы быть. Мы уже не верили, что виновные будут наказаны, а с ребят снимут эти обвинения, так как на утро во всех СМИ передавались, что пойманы двое бандитов. На адвокатов средств у нас не было, а самим вести дело трудно, так как не было никаких знании по таким делам. Находясь в безвыходном положении, обратившись во все инстанции, куда только можно и нигде не получив ни помощи, ни понимания, мы обратились в Правозащитный центр Мемориал. При первом же звонке нам сказали, что возьмутся за наше дело. С того времени все пошло совсем в другую сторону. Адвокаты, которым мы очень благодарны, можно сказать ночами не спали, защищали подростков, как собственных детей не жалея ни сил, ни времени. С каждым разом мы наблюдали, как профессионально они подходили к этому делу. Добрейшей души люди. Хочу выразить огромную признательность и благодарность Правозащитному  центру Мемориал, а также адвокатам Еве Чаниевой, Рустаму Мацеву и Мухтару Мишаеву, которые не отказали в помощи,в такое трудное для нас время и не уставая вели дело в течении трех лет, пока шел процесс. В итоге бывший оперуполномоченный получил три года и восемь месяцев, в испр.колонии общего режима, а две другие освобождены по амнистии. Мы считаем что суд разобрался в нашем деле и вынес справедливый приговор.

Джульетта Курсакова

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзеков

12 октября 2012 года, около 20:40, 14-летний Аскер Курсаков и 16-летний Мурат Бекшоков подверглись жестоким избиениям при участии сотрудников правоохранительных органов. Избивали прямо в здании чегемского РОВД. Подросткам угрожали убийством.