Дело против избивших Сапият Магомедову милиционеров не расследуется. Следствие по делу против самой Магомедовой продлено

13.12.2010

В начале декабря адвокат Сапият Магомедова, жестоко избитая сотрудниками Хасавюртовского отделения милиции 17 июня 2010 года, получила уведомление о продлении срока предварительного следствия по делу, возбуждённому в отношении неё (по ст. 319 УК РФ – «оскорбление представителя власти»), на один

В начале декабря адвокат Сапият Магомедова, жестоко избитая сотрудниками Хасавюртовского отделения милиции 17 июня 2010 года, получила уведомление о продлении срока предварительного следствия по делу, возбуждённому в отношении неё (по ст. 319 УК РФ – «оскорбление представителя власти»), на один месяц – до 2 января 2011 года.

При этом уголовное дело, возбуждённое в отношении избивших адвоката сотрудников специальной огневой группы патрульно-постовой службы (СОГ ППСМ) ОВД по г. Хасавюрт (по ст. 286 ч. 3 «а» УК РФ – превышение должностных полномочий), по-прежнему не расследуется.

29 ноября 2010 года Сапият Магомедова обжаловала бездействие следственных органов в порядке ст. 125 (судебный порядок рассмотрения жалоб) УПК РФ. В своей жалобе Магомедова приводит следующие доводы о неэффективности расследования.

1. Уголовное дело, которое должно было быть возбуждено 17 июня 2010 года, было возбуждено с неоправданной задержкой в 13 дней.

2. В течение почти пяти месяцев (с 1 июля по 29 ноября 2010 года) следователь Х. Арслангераев не установил лиц, совершивших преступление в отношении адвоката. Тем не менее он назначил судебные экспертизы в отношении конкретных лиц – сотрудников СОГ ППСМ ОВД по г. Хасавюрту: Б. Магдиева, А. Юсупова, М. Алибулатова, С. Магомедова, Н. Моллаева, Б. Абдухаджиева, из чего следует, что фактически следствие определило круг подозреваемых.

3. Несмотря на неоднократные заявления потерпевшей и её адвоката, следователь Х. Арслангераев не провёл целый ряд необходимых следственных действий: опознание подозреваемых, очные ставки с вышеперечисленными лицами.

4. Несмотря на неоднократные заявления потерпевшей об ознакомлении её с видеозаписью камер наружного наблюдения, установленных в ОВД, и её ходатайство о проведении дополнительного осмотра места происшествия – ОВД г. Хасавюрт – с её участием, следователь Х. Арслангераев категорически отказал.

5. Следователь Х. Арслангераев аккуратно принимает меры к продлению срока следствия, при этом на неоднократные ходатайства о выдаче потерпевшей копии постановления о продлении срока следствия для обжалования в порядке ст.ст. 124, 125 (порядок рассмотрения жалобы прокурором, руководителем следственного органа, судебный порядок рассмотрения жалоб) УПК РФ отвечает категорическим устным отказом, ссылаясь на то, что он обязан только уведомлять потерпевшую о продлении срока следствия. Таким образом, следователь лишает Магомедову возможности в полной мере защищать свои права и интересы и представлять дополнительные доказательства по делу. Между тем, в соответствии с ч. 1 ст. 11 (охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве) УПК РФ следователь обязан обеспечить потерпевшему возможность осуществлять его процессуальные и конституционные права.

6. До сих пор никому не предъявлено обвинение, никто не отстранён от должности; это позволяет лицам, совершившим преступление в отношении адвоката, препятствовать установлению истины по делу, укрывать доказательства и оказывать давление на свидетелей.

В своей жалобе адвокат Магомедова также указывает, что неоднократно прямо спрашивала Арслангераева, почему затягивается следствие. Следователь отвечал, что нужно допросить свидетелей, но никаких мер для этого не предпринял.

По мнению Магомедовой и её адвокатов, что Арслангераев умышленно по надуманным причинам затягивает ход расследования уголовного дела против сотрудников СОГ, чтобы следствие по другому уголовному делу – возбуждённому в отношении самой Магомедовой по ст. 319 (оскорбление представителя власти) УК РФ, где потерпевшим проходит сотрудник милиции Б. Магдиев, было закончено и направлено в суд до того, как будет принято решение по делу в отношении сотрудников милиции. Таким образом, следователь Х. Арслангераев, по мнению потерпевшей, добивается того, чтобы обвинили Магомедову, а не тех, кто в действительности совершил преступление.

Этой же цели, с точки зрения потерпевшей и её адвокатов, служат согласованные действия руководства Следственного комитета при прокуратуре РФ по РД, которое искусственно, разделив одно событие преступления на два уголовных дела, пытается затушевать вину сотрудников милиции и в то же время приписать Магомедовой несуществующее обвинение.

Расследование двух дел проходит явно несимметрично: расследование уголовного дела против сотрудников СОГ тормозится, а против Магомедовой, наоборот, активизируется и ускоряется. Рассмотрение жалобы Сапият Магомедовой на бездействие следственных органов назначено на 20 декабря 2010 года. Судья Советского районного суда г. Махачкалы К.А. Абдулгапуров уже взял самоотвод, будет назначен другой судья.

Сапият Магомедова считает возбуждённое против неё дело незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. «При всей очевидности отсутствия признаков преступления в моих действиях, тем не менее, после возбуждения на основании моего заявления уголовного дела в отношении сотрудников милиции… как уже стало устоявшейся практикой в СУ СКП РФ по РД… в отношении меня ради торга необоснованно возбуждено уголовное дело», – сказано в жалобе адвоката. Возбуждение дела Магомедова также обжаловала в порядке ст. 125 УПК РФ.

В защиту своей позиции по этой жалобе Магомедова приводит следующие доводы:

1. Поводом для возбуждения уголовного дела явилось заявление командира СОГ ППСМ ОВД по г. Хасавюрту Б. Магдиева. Из заявления следует, что 17 июня 2010 года, примерно в 16:10, возле контрольно-пропускного пункта (КПП) ОВД по г. Хасавюрт (ул. Даибова, 4) при исполнении Магдиевым своих должностных обязанностей в присутствии его подчинённых, а также в присутствии посторонних граждан Магомедова публично оскорбила его, а именно выразилась в его адрес словами «сволочи», «скоты», «твари», «суки» и нецензурными выражениями, унижающими его и его подчинённых, как представителей власти. При этом вывод о наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, сделан на основании объяснений двух свидетелей, заинтересованных в исходе дела, – сотрудников милиции С.А. Адилова и А.А. Амирханова.

2. Обязательной составляющей объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, является публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением.

Между тем, 1 июля 2010 года в отношении сотрудников СОГ ППСМ ОВД по г. Хасавюрту возбуждено уголовное дело по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ. Из постановления о возбуждении уголовного дела следует, что 17 июня 2010 года, примерно в 16:10, Магомедова якобы без разрешения дежурного по КПП М.Я. Гойгишиева прошла на территорию ОВД. После этого сотрудники СОГ ППСМ ОВД вывели её с территории отдела милиции, применив в отношении неё насилие, причинив ей телесные повреждения легкой степени тяжести, т.е. совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшей.

Магомедова считает, что, хотя обстоятельства, предшествовавшие совершению в отношении неё преступления, изложены не совсем верно, сам факт применения к ней насилия, т.е. превышения сотрудниками СОГ своих должностных полномочий, налицо. При этом инициатором совершения данного преступления и главным его исполнителем был именно Б. Магдиев .

Магомедова пришла в ОВД по г. Хасавюрт, чтобы  осуществлять свои профессиональные обязанности – защищать своего клиента, подозреваемую М. Евтемирову, а не оскорблять работников милиции (это следует и из содержания постановлений о возбуждении уголовного дела в отношении Магомедовой и сотрудников СОГ ППСМ). С учётом этого есть основания полагать, что оскорбительные слова она могла высказать после или в ходе превышения Б. Магдиевым и его подчинёнными должностных полномочий и причинения ей телесных повреждений. Однако на самом деле, утверждает Магомедова, она не высказывала вышеперечисленные слова в адрес Б. Магдиева.

Следовательно, никак нельзя согласиться с тем, что в момент превышения сотрудниками СОГ ППСМ своих должностных полномочий они находились при исполнении и что последовавшие за этим словесные оскорбления, которые Магомедова, по версии следствия, высказала в адрес Б. Магдиева, были связаны с «исполнением им своих должностных обязанностей». Избиение адвоката, прибывшей в ОВД для работы с  подзащитной, вряд ли входит в должностные обязанности сотрудников СОГ ППСМ.

Адвокат отмечает, что, в соответствии со ст. 146 (возбуждение уголовного дела публичного обвинения) УПК РФ, уголовное дело может быть возбуждено при наличии не только основания, но и повода. В ходе ознакомления с материалами дела выяснилось, что в постановлении о возбуждении уголовного дела поводом указано заявление Магдиева от 21 июня 2010 года. Однако в материалах дела заявления от 21 июня 2010 года не было. Магомедова представила дополнительную жалобу, указав, что повода для возбуждения дела нет, так как не было заявления о совершённом преступлении. Её адвокат заявила ходатайство об истребовании из Следственного комитета книги учёта регистрации преступлений (КУСП).

Судья дважды откладывала процесс. В конце концов, 10 ноября заседание состоялось, и в суд была представлена КУСП, из которой видно, что заявление Магдиева о совершении в отношении него преступления от 21 июня 2010 года было дописано к одному из рапортов. Но талон-корешок Магдиеву не выдали. К этому заседанию заявление Магдиева от 21 июня 2010 года появилось и в материалах дела. Адвокаты Магомедовой потребовали назначить судебно-криминалистическую, физико-химическую и техническую экспертизы этого заявления за пределами Дагестана, чтобы установить сроки его составления. Вместо этого судья назначила почерковедческую экспертизу, которую не запрашивала ни одна из сторон процесса. Магомедовой не выдали протокол судебного заседания от 10 ноября 2010 года, который та неоднократно запрашивала. Её кассационная жалоба на постановление о назначении почерковедческой экспертизы была игнорирована. Дело направлено для производства почерковедческой экспертизы. Рассмотрение жалобы снова перенесено.

Напомним, что в знак солидарности с Сапият Магомедовой адвокатская палата Республики Дагестан выделила для её защиты десять адвокатов. Кроме того, адвокаты Кизилюрта объявили забастовку, которая была прекращена 10 ноября, после того как руководство районных администраций и силовых структур обещало гарантировать безопасность представителям адвокатского сообщества. Также некоторое время бастовали и адвокаты Хасавюрта.