Защита заявила о недостоверности показаний следователя по делу Титиева

08.08.2018

Следователь, возбудивший дело главы грозненского «Мемориала» Оюба Титиева и допрошенный сегодня в суде, отрицает очевидные вещи, заявил адвокат обвиняемого.

Защита и сам Титиев пожаловались суду на поведение стороны обвинения во время слушаний, но суд отклонил просьбу об отводе прокурора.

«Кавказский узел» информировал, что Оюб Титиев с 11 января находится под стражей по обвинению в хранении марихуаны. Он не признает вину, заявляя, что наркотики ему подбросили. Титиев подал в ЕСПЧ жалобу на нарушение его права на свободу, а также на политические мотивы уголовного преследования. Процесс по делу Титиева проходит с 19 июля в Шалинском горсуде. На заседание 8 августа по неизвестным причинам явились не все свидетели.

В начале сегодняшнего заседания секретарь суда заявила о явке четверых свидетелей, но двое из них так не дождались своей очереди. Были допрошены только сосед обвиняемого и следователь, который возбудил против него уголовное дело. Допрос следователя длился более трех часов.

Сосед Титиева положительно его охарактеризовал

Свидетель Ахмед Шахиев заявил, что знает правозащитника с рождения. Он подтвердил, что у Оюба есть автомобиль «Лада Калина», но сказал, что ни 9 января, ни накануне не видел, чтобы Титиев управлял этим автомобилем.

Шахиев подтвердил, что подписал протокол допроса Оюба Титиева и был приглашен на допрос в Грозный. В суде был оглашен протокол его допроса, согласно которому допрос провел 10 марта следователь Управления СКР по Чечне Хадукаев. По словам Шахиева, причина задержания Титиева ему неизвестна, ничего плохого о подсудимом он не слышал. Свидетель охарактеризовал Титиева как человека спортивного, которого он никогда не видел пьяным или с сигаретой в руках.

Титиев увидел нестыковки в показаниях следователя

Второй свидетель, следователь Курчалоевского РОВД Нурди Саламов, во время допроса много и не к месту смеялся, на вопросы защиты отвечал неохотно. Он неоднократно указывал на то, что адвокаты сами могут узнать те или иные данные в материалах дела, а сам он не обязан помнить все детали, передает корреспондент «Кавказского узла».

Саламов пояснил, что в начале января этого года возбудил уголовное дело в отношении Титиева, задержал его и направил в суд ходатайство о заключении правозащитника под стражу. Титиев был допрошен в присутствии адвоката, но отказался давать показания, отметил он. По словам Саламова, Титиев не выражал ему недовольство в связи со следственными мероприятиями и действиями полиции и не подавал жалоб.

Свидетель не смог вспомнить, сколько автоинспекторов участвовали в задержании Титиева. По его словам, в задержании принимали участие только сотрудники Курчалоевского РОВД.

Ранее сотрудники Курчалоевского РОВД заявили в суде, что не задерживали Оюба Титиева и не досматривали его автомобиль.

Свидетель заявил, что ни он, ни автоинспекторы, которые задержали Титиева, не проводили его личный досмотр. Адвокат заявил, что это было его обязанностью. «Хочу — проведу, не посчитаю нужным — не буду проводить личный досмотр», — заявил свидетель.

Как и полицейские из Курчалоевского РОВД, допрошенные ранее в качестве свидетелей, Саламов сказал, что в этом отделе полиции нет ГБР (Группы быстрого реагирования) и автомобиля «УАЗ Патриот» камуфлированного окраса, а сотрудники ходят в синем камуфляже. Адвокат заявил на это, что люди с нашивками ГБР неоднократно проверяли у него документы в Курчалоевском РОВД, но Саламов стал отрицать сам факт проверки там документов Заикина.

Следователь сообщил, что фотографировал, досматривал и опечатывал машину Титиева. По просьбе защиты он нарисовал схему, указав место расположения машины Титиева во время осмотра. После этого адвокат Заикин попросил суд посмотреть сделанные Саламовым фото, пояснив, что после задержания Титиева из его машины пропало дорогостоящее оборудование. Изучив фото, Заикин уточнил у свидетеля, осматривал ли он машину лично. Саламов ответил утвердительно, отметив, что открывал при этом все ее двери. Адвокат обратил внимание суда на то, что на фотографиях видна железная труба, расположенная так близко к автомобилю, что переднюю дверь машины открыть невозможно, и спросил следователя, как ему это удалось. «Раз я говорю, что досматривал, что открывал двери, значит, я как-то это сделал», — ответил Нурди Саламов.

Он добавил, что в машине Титиева не было никаких мобильных телефонов. «В протоколе досмотра же не указано, что там были телефоны. Если там они не указаны, значит, их там не было», — сказал следователь. То же он сказал и о наличии в машине навигационных средств, видеорегистраторов или антенн.

Заикин спросил у следователя, почему он не сфотографировал все части автомобиля, в том числе салон, почему не расчистил снег на лобовом стекле, мешающий разглядеть на фото, что находится внутри автомобиля. Следователь пояснил, что не сделал этого, поскольку в машине, на его взгляд, не было ничего важного.

Он противоречиво отвечал на вопросы о том, был ли у Титиева паспорт, и заявил, что не знает, имел ли Титиев при себе водительские права.

Свидетель счел неуместным вопрос защиты о том, как он опечатывал автомобиль Титиева и какую ставил дату, но ответил, что машина была опечатана бирками и скотчем, сверху была поставлена печать. Ключи от машины не опечатывались, их передали в тыловую службу. Саламов заявил, что он не знает о вскрытии машины Титиева после опечатывания.

По словам свидетеля, он увидел Титиева вечером 9 января в своем кабинете, когда тот пришел туда вместе с адвокатом. Оюб Титиев заявил, что это не так. «Если, по вашим словам, я передал вам паспорт, зачем тогда вы запрашивали в ИВС копию моего паспорта?» — спросил он и напомнил, что мусульманин не может говорить неправду. Титиев также спросил у Саламова, почему тот четыре дня пытался выяснить, где находится его адвокат Тильхигов. Саламов сослался на информацию в СМИ, согласно которой Тильхигов пропал и поэтому он пытался выяснить, где тот находится.

Показания следователя Саламова вызывают улыбку, заявил после суда корреспонденту «Кавказского узла» Петр Заикин. «Следователь Саламов сегодня меня, мягко говоря, удивил. Начал он с позиции отрицания вполне очевидных вещей, которые являются очевидными не только исходя из материалов уголовного дела, но и для жителей Чеченской Республики. Отрицание самого факта существования в МВД Чеченской Республики групп быстрого реагирования — это вызвало не только улыбку, но и недоумение у участников процесса. Потому что даже судье прекрасно известно о существовании подразделений ГБР. Достаточно приезжать ежедневно на работу, чтобы видеть сотрудников в такой форме в соседнем здании», — сказал адвокат.

Титиев пожаловался суду на поведение стороны обвинения

На каком основании был задержан Титиев, следователь, по его словам, не помнит. После этих слов прокурор Ахмедов сказал свидетелю что-то по-чеченски. Заикин попросил суд сделать прокурору замечание. «Иначе и я сейчас начну говорить по-украински или по-польски», — заявил Заикин. Прокурор Ахмедов сказал на это, что еще «очень хорошо» поговорит с адвокатом и по-чеченски, и по-польски. Свидетель Саламов, в свою очередь, обвинил Заикина в неуважительном поведении. «Вы задаете вопрос и после этого пьете воду. Это неуважение ко мне», — сказал он.

Саламов рассказал, что указание на ведение следственных действий дает в письменном виде начальник отдела. На вопрос Заикина, почему эти указания не приобщены к материалам дела, Саламов ответил, что у них нет такой практики. Адвокат напомнил ему, что согласно УПК эти материалы должны быть приобщены к делу, и что он, как следователь, лучше всех должен знать УПК. После этого в зале стали шутить, что в Чечне свой УПК.

Саламов сказал, что не знает, было ли у Титиева изъято какое-либо оружие, в том числе травматический пистолет с кобурой, или другие ценности. Уточняющие вопросы защитника возмутили обвинение и свидетеля. Прокуроры заявили суду, что Заикин специально затягивает процесс, задавая одни и те же вопросы в разных формулировках. После этого Петр Заикин объявил прокурору Милане Байтаевой отвод. «Прокурор препятствует стороне защиты в допросе свидетеля. В данном случае ее действия указывают на личную заинтересованность Байтаевой в исходе дела Титиева. Полагаю, что грубое нарушение УПК, допущенное Байтаевой, свидетельствует о ее профессиональной некомпетентности. Также ее вызывающее поведение, препятствующее реализации наших должностных полномочий, может послужить основанием для заявления отвода прокурору Байтаевой», — заявил адвокат.

Его поддержала адвокат Марина Дубровина и Оюб Титиев. Дубровина заявила, что прокуроры комментируют вопросы защиты и подсказывают свидетелям ответы. По мнению адвоката, такое поведение стороны обвинения недопустимо. Оюб Титиев обратил внимание суда на то, что с первого дня суда от стороны обвинения его защитникам поступают угрозы. «Я хочу довести до прокурора, что какие бы угрозы ни звучали в адрес моего адвоката, это означает, что угрозы звучат в мой адрес. Адвокаты работают по договору со мной, и каждое их слово — это мое слово. Тем более я не в таком возрасте, чтобы пугаться таких угроз, и мой адвокат тоже. Он в прошлом боевой офицер с боевыми наградами, и он их заслужил, не сидя в кабинетах, а в реальных боевых условиях», — заявил Титиев.

Суд в отводе Байтаевой отказал. Судья Мадина Зейнетдинова отметила, что никаких угроз в адрес Титиева или адрес защиты в суде не прозвучало. «Процесс у нас серьезный, обе стороны эмоциональны, прошу отнестись с пониманием. Здесь не звучат угрозы, это просто эмоции», — сказала судья. При этом она не пояснила, будет ли по просьбе Титиева доведена до республиканской прокуратуры жалоба на поведение прокуроров Ахмедова и Байтаевой.

Допрос следователя Саламова еще не завершен, пояснил Петр Заикин корреспонденту «Кавказского узла». «Можно сказать, что из показаний Саламова мы узнали что-то новое и ценное, но оценку его показаниям мы дадим позже, так как мы его допрос еще не завершили. Мы не можем завершить его допрос без допроса части свидетелей, которых он допрашивал», — пояснил адвокат.

Представитель HRW назвала суд над Титиевым фарсом

Руководитель Московского бюро Human Right Watch Татьяна Локшина назвала суд над Титиевым фарсом. «Достаточно сложно комментировать суд, потому что это как смотреть не очень хорошо сделанный сериал. Когда выступают крайне неубедительные свидетели обвинения, которые демонстрируют странные во всех отношениях провалы в памяти, которые не помнят, не знают, путаются в своих показаниях — всем очевидно, что
это не правосудие, это фарс. Это, наверное, больше, чем фарс, слова „фарс“ здесь даже недостаточно», — сказала она корреспонденту «Кавказского узла».

По мнению Локшиной, уголовное преследование Титиева — «атака на саму возможность правозащитной работы в Чечне». «Нам необходимо отстоять Оюба и поднять цену этого вопроса. Нам необходимо непрерывно давать понять тем, кто бросил его за решетку за его правозащитную деятельность, что мы очень внимательно отслеживаем все, что происходит на этом псевдосуде», — заявила правозащитница.

Следующее заседание по делу Титиева начнется в 10 часов утра 9 августа.

Автор — Патимат Махмудова

Программа: Горячие точки
Программа: Поддержка политзэков

Титиев Оюб Салманович родился 24 августа 1957 года, живёт в селе Курчалой Чеченской Республики, правозащитник, руководитель грозненского представительства Правозащитного центра (ПЦ) «Мемориал».

Поделиться: