"Божья роса"

Дмитрий Борко
09.8.2017

Представьте себе, что вы вышли на массовую протестную акцию. Дело близится к концу, на Пушкинской остались одни полицейские шеренги, демонстрантов "зачистили" - кого похватали, кого выдавили в переулки. Дошла очередь и до вас - налетели кучей, схватили и впятером тащат за руки за ноги в автозак. 

Вы опытный гражданский активист, знаете про Болотное дело, знаете, что любой, едва коснувшийся полицейского, уезжает в колонию на три-четыре года. Но, несмотря на это, болтаясь спиной вниз между матерыми "космонавтами", хитроумно высвобождаете ногу и прицельно бьете в голову одному из них. 

Собственно, это все о деле Дмитрия Борисова в том виде, как его представляет следствие. Еще стоит вспомнить, что дело было 26 марта. В течение двух следующих месяцев вы узнаете о заведении уголовных дел на пятерых участников акции, а двое (Кулий и Шпаков) успевают отправиться в колонию. Но до 8 июня как ни чем ни бывало вы продолжаете сидеть дома, напрочь забыв о совершенном вами поступке. Сумеете так?

Когда суд арестовывал Дмитрия Борисова сразу после задержания 8 июня, следствие привело для ареста следующие аргументы: 
- Борисов не живет по месту прописки в Сергиевом Посаде, а дом, где он прописан, сгорел, так что жить ему все равно негде; 
- Борисов не работает;
- он уже привлекался к уголовной ответственности; 
- когда за ним пришли, он попытался скрыться и оказал сопротивление. 

Сегодня истек срок ареста, предписанный первым судом, и следствие просило суд арест продлить. На основании того, что "с тех пор обстоятельства не изменились". 

Продление проходило так: судья Басманного суда Елена Ленская громко и внятно задавала вопросы, адвокаты уверенно приводили доводы за то, что Диму необязательно держать в тюрьме во время следствия, следователь Табаков увлеченно читал что-то на смартфоне. 

Допросили мать Дмитрия. Она объяснила, что они давно пытаются прописаться в своем новом доме, построенном на деньги от проданной московской квартиры. Но сделать это не удается, поскольку им никак не могут оформить почтовый адрес. Пришлось прописаться у друзей в Сергиевом Посаде. Сгорел вовсе не тот дом, а соседний. Фото невредимого дома, где они прописаны, их собственного дома, документы на свой дом и на долю в нем Дмитрия судья изучила и приобщила к делу. Так же как регистрацию Дмитрия в качестве индивидуального предпринимателя - он трудится в семейном бизнесе. 

Еще мать рассказала, как Дмитрия задерживали и как он "пытался бежать". В начале восьмого утра через забор частного загородного дома, где с семьей живет Дима Борисов, перелезли не менее 15 человек, окружили дом и приготовили кувалду. Применить ее не довелось - мать Дмитрия сама открыла дверь. На вопрос, что им надо, ответ был краток: "Вопросы тут задаем мы". Они пошли по дому. Дима поднялся в мансарду, чтобы успеть запостить в активистскую группу: "У меня обыск". Скриншот этого поста в группе "14%" сегодня показал суду адвокат Илья Новиков. Вслед за Дмитрием вверх поднялись двое сотрудников и через несколько секунд спокойно спустились вместе - Дмитрий уже был в наручниках.

Выяснилось также, что некогда заведенное на Дмитрия уголовное дело было прекращено, что не дает следствию права называть его "привлекавшимся к ответственности". Адвокаты Новиков и Фомин объяснили, что аргументы, приведенные при первом аресте, полностью опровергнуты и "обстоятельства" как раз очень изменились.

Правда, оставались еще доводы, что "следствию предстоит провести массу следственных действий со свидетелями и комплексную техническую экспертизу видеозаписей 26 марта". Оказывается, дело Борисова зачем-то объединили с делом сторонника Мальцева Алексея Политикова, также арестованного по событиям 26 марта. Но это совершенно разные эпизоды, свидетели и "потерпевшие" по ним также разные. А экспертиза видеозаписей эпизода Дмитрия уже проведена. В следственной группе по делу этих двух фигурантов - 13 следователей. Видимо, им надо как-то оправдывать свое существование, но почему ради этого Дмитрий должен сидеть в тюрьме?

Адвокаты просили суд сменить меру пресечения на не связанную с заключением (подписка или домашний арест). Когда судья спросила мнение следователя Табакова, погруженного в чтение смартфона, тот поначалу машинально буркнул "на усмотрение суда". Судью это не устроило и возмутило: "Вы вообще слышите, что тут у нас происходит?!" "А, не, я возражаю", - рассеянно поправился следователь.

Это было его первое возражение. Когда еще в начале заседания Борисов ходатайствовал о введении в дело еще одного защитника - Петра Курьянова, который представляет его в ЕСПЧ, - следователь тоже не возражал, как и прокурор. Но судья все равно не согласилась ввести защитника без особых объяснений. 

После некоторого ожидания судья огласила странное решение: арест Дмитрию продлить, но не на два месяца, как просило следствие, а только на один. Я так и не понял: то ли она знает, что дело все равно передадут в суд через месяц, то ли решила так показать свою независимость и проучить нерадивого следователя. В любом случае к сути истории Дмитрия Борисова это не имеет никакого отношения.

Источник - Грани.ру
 

Программа: Поддержка политзеков

26 марта 2017 года в десятках городов России прошли массовые антикоррупционные акции. Власти ответили на них беспрецедентными по количеству задержаниями.